Почему 72-летний Гёте называл брак с 17-летней «способом омолодиться»

Только в беседке юная Ульрика осознала, чего от нее добивался этот благообразный старик!

В конце лета 1821 года 72-летний поэт и влиятельный сановник Иоганн Вольфганг фон Гёте прибыл на чешский курорт Марианске-Лазне (в немецкой традиции — Мариенбад), чтобы поправить расстроенное здоровье.

Пять лет минуло с тех пор, как Гёте лишился своей обожаемой супруги Кристианы Вульпиус, и он до сих пор не обрел душевного равновесия. Изнывающий от тоски, утративший вкус к жизни поэт бесцельно слонялся по городку, размышляя о тщете сущего.

В ходе одной из таких прогулок Гёте столкнулся со старой знакомой — аристократкой Амалией фон Леветцов. Поэт хранил в памяти образ этой женщины как юной прелестницы, порхавшей подобно ангельскому мотыльку.

С этой обворожительной дамой Гёте свел знакомство еще в 1810 году в Теплице. Тогда Амалия отдыхала на курорте в компании своей дочери, шестилетней Ульрики. И вот судьба свела их вновь. И Амалия вновь была с дочерью.

В Мариенбаде постаревшая Амалия совсем не заинтересовала Гетё, зато его глаза засияли при взгляде на 17-летнюю Ульрику, свежую, словно утренняя роза.

Гёте, несмотря на преклонный возраст, имел славу неутомимого ловеласа, к тому же не было тайной, что почтенный старец исповедовал античную теорию герокомии, то есть, благотворности брачного союза глубокого старца и юной девы.

«Единственный способ омолодиться – это волочиться за молодыми женщинами».

Эти слова принадлежат перу Гёте и в полной мере передают суть герокомии. Более того, эллины верили, что союз с юной красавицей способен не только вернуть старцу молодость, но и продлить его земные дни.

Ярыми адептами герокомии выступали живописец Питер Пауль Рубенс, обвенчавшийся с 16-летней Еленой Фоурмен в 53 года; создатель бессмертного «Дон Кихота» Мигель де Сервантес Сааведра, взявший в жены девицу на 18 лет моложе себя; 55-летний английский бард Джон Мильтон, избравший в третьи супруги 24-летнюю Элизабет Минсхалл.

Гёте не собирался уступать своим великим предтечам.

Приступы черной меланхолии, терзавшие Гёте со дня кончины жены, после случайного свидания с Ульрикой в Мариенбаде покинули поэта. Иоганн Вольфганг вступил с девушкой в оживленную переписку, а затем зачастил в поместье Тршебивлице в Богемии, принадлежавшее роду фон Леветцов.

Ульрика на тот момент завершала курс наук во французском пансионе. Похоже, тамошнее образование было весьма поверхностным, ибо поначалу девица и не подозревала, сколь знаменит и могущественен ее визави. Возможно, именно поэтому она держалась с пожилым обожателем без тени страха, легко и непринужденно, чем лишь сильнее распаляла его сердце.

Вскоре Гёте перешел к открытым знакам внимания, влюбляясь в Ульрику все сильнее. Поэт приглашал барышню на вечерние прогулки, дарил ей дорогие подарки.

При этом мать Ульрики была свято убеждена, что седовласый гений питает к ее дочери исключительно платонические чувства, видя в ней лишь прилежную ученицу. Никто и вообразить не мог, что творится в душе Гёте. Все полагали, что поэт, годившийся 17-летней прелестнице в прадеды, узрел в Ульрике некий духовный и творческий дар.

В 1897 году Ульрика вспоминала:

«Гёте нравилось общаться со мной и нашим кругом молодых девушек. Он обучал нас светским играм, которые подчас вызывали девичью стыдливость, так как касались интимности женского туалета и прочего в этом духе, отчего, бывало, я краснела и не знала что сказать, а Гёте смеялся и разъяснял что и как надо».

Уж кто-кто, а Гёте действительно знал, «что и как надо»! Семидесятитрехлетний стихотворец обладал колоссальным светским опытом и слыл одним из самых неистовых ловеласов Германии с бесконечным донжуанским списком. В сети его чар попадали как родовитые дамы, так и простые бюргерские девушки.

В 1823 году Гёте решился: заручившись поддержкой Карла Августа, великого герцога Саксен-Веймар-Эйзенахского, поэт попросил руки Ульрики.

Родители красавицы были ошеломлены (или искусно это разыграли), но ни согласия, ни отказа не последовало.

Отказ прозвучал чуть позже, когда матушке Ульрики открылось, что параллельно с ее дочерью Гёте вел нежнейшую переписку с польской клавесинисткой Марией Шимановской, которую поэт величал «обольстительной богиней гармонии».

Впрочем, любовной связи между 32-летней Марией и творцом «Фауста» не существовало, поэтому общение с полькой родня, по всей видимости, использовала как формальный повод отвергнуть сватовство престарелого литератора.

Для Гёте этот отказ обернулся сокрушительным ударом. Автор «Страданий юного Вертера» был уверен в том, что ему не откажут, присматривал для первой брачной ночи новый особняк в Веймаре.

Ульрика, которая успела привязаться к гениальному поэту, также тяжело переносила разлуку.

Сердечная трагедия с Ульрикой сподвигла Гетё на создание одного из его главных поэтических творений — «Мариенбадской элегии»:

Прощальный миг! Восторги обрывая,

В последний раз ты льнешь к устам любимым.

Идешь — и медлишь — и бежишь из рая,

Как бы гонимый грозным серафимом.

Глядишь на темный путь — и грусть во взоре,

Глядишь назад — ворота на запоре.

Эти ворота, воистину, оказались на запоре для Гёте. С Ульрикой он более не встречался и даже не состоял в переписке, да и на богемскую землю нога великого поэта более не ступала.

Последние годы своей жизни Гёте посвятил тяжелейшему труду над второй частью «Фауста» — трагедии, что обессмертит его имя.

«Фауст» был закончен в июле 1831 года, а в начале марта 1832-го Гёте выехал на прогулку в открытой коляске, простудился и скоропостижно скончался в возрасте 82 лет.

Жизнь поэта выдалась долгой, а плоды его гения — титаническими. Быть может, Гёте и впрямь удалось омолодиться?

Но, а что же Ульрика? Она так и не вышла замуж, хотя соискателей было предостаточно, и среди них встречались родовитые, молодые и богатые.

С годами Ульрику стала тяготить упорная молва о ее страстном романе с Гёте. Женщина стала гневно отрицать всякую связь с поэтом. В то же время госпожа фон Леветцов признавалась, что к браку с «гениальным старцем» она не была готова, а потому благодарна родителям, уберегшим ее от «рокового шага».

После кончины матери в 1868 году Ульрика вступила в права владения родовым гнездом Тршебивлице в Богемии. Там она и скончалась в 1899 году в возрасте 95 лет…

Оцените статью
Почему 72-летний Гёте называл брак с 17-летней «способом омолодиться»
– Да хоть горшком назови, – махнула рукой Паша Ангелина, когда сестра предложила назвать новорождённую дочку Сталиной