Салтычиха когда-то прокляла ее отца, но об этом Евдокия старалась не думать. К чему? У нее, вопреки злым словам помещицы, жизнь складывалась как нельзя лучше: совсем недавно Евдокия вышла замуж за князя Мещерского, который любил ее больше жизни. И теперь, почивая на мягком ложе, она размышляла, что места там хватило бы на четверых. Затейливую кровать с витыми столбиками муж привез из поездки по Италии.
Деревянная резная кровать княгини Мещерской была устлана подушками и перинами. А вот под ними был разложен огромный матрас, плотно набитый конским волосом. В XIX веке матрасы, наполненные таким образом, считались роскошными и дорогими изделиями, доступными в основном состоятельным людям. Ведь в то время бедняки спали на соломе или на дешевой шерсти.
Чехлы для таких матрасов шили из натуральных и прочных тканей — чаще всего из плотного льна или хлопка. Почему это было так престижно? Конский волос ценился за уникальные качества: он прекрасно пропускал воздух, не впитывал влагу так сильно и быстро, как перья или пух, а то и обычная шерсть, и — что важно для качественно сна! — он сохранял упругость.
Так что лошадиные хвосты дворянкам были очень даже нужны! Сам батюшка Евдокии Мещерской, помещик Николай Андреевич Тютчев, предпочитал только такие матрасы, из высококачественного материала.
Был он человеком неробким, а приключений в его жизни случилось столько, что хватило бы на авантюрный роман. Дело заключалось в том, что по молодости лет судьба свела его с богатой вдовой Дарьей Салтыковой. В ту пору эта женщина была еще привлекательна и свежа, ее уважали за благие дела – она много денег тратила на монастыри и церкви… О том, что в доме Салтыковой происходят темные дела, Тютчев узнал не сразу.
Оказалось, что Дарья Николаевна изводит своих крепостных. Да как! Сказать было страшно… А еще она влюбилась в Тютчева с неистовой силой и мечтала, что он на ней женится. Однако Николай Андреевич связывать свою жизнь с этой странной особой побоялся. И, спустя какое-то время, заикнулся, что нашел себе невесту.
Это известие привело Салтыкову в бешенство. Она вызвала нескольких крестьян и потребовала, чтобы они «пустили красного петуха» в дом Тютчева. А когда испуганные люди не стали этого делать, подослала других… И вот после этого Тютчев и написал донос на Дарью Николаевну. Так началось дело Салтычихи. Когда арестовывали жестокую помещицу, она, по легенде, прокляла бывшего жениха.
Николай Андреевич женился на своей избраннице, стал вести жизнь рядового помещика и в округе прославился… своими матрасами. Вот один из них и лежал на драгоценной кровати дочери, Евдокии (а всего детей у него было семеро).
Конский волос для таких изделий сначала предварительно вычесывали, скручивали в жгуты, обрабатывали паром и оставляли закрученными, чтобы они приобрели пружинистую форму, а затем распускали внутри чехла. Дело было небыстрое, зато результат получался великолепный.
Кстати, конские хвосты были нужны не только для матрасов. С Петра I повелось, что дворяне были обязаны в присутственных местах и на Ассамблеях появляться в париках. Даже свои хорошие волосы не считались достаточно «приличными» для важных выходов. Парик был символом статуса и положения, а не только накладкой на лысеющую голову. Для таких париков использовали и натуральные человеческие волосы, и конские. Конский волос был жестче, более упругим, и отлично удерживал форму локонов-буклей. Иными словами, пудрить их приходилось меньше (а пудра стоило слишком дорого!).
Собственные волосы под париком часто сбривали или очень коротко стригли. К слову, так поступали и в Древнем Египте. Знатные женщины и мужчины брили головы, а выходили на публику в париках. Но там это делали еще и по причине жары.
Конечно, париками скрывали раннее облысение и шрамы, но статус и желание следовать европейской моде перевешивали.
Дворянство было военно-служилым сословием. Многие молодые аристократы служили в элитных кавалерийских полках — например, драгунами или кирасирами. На их шлемах сзади развевался длинный конский хвост. У него была важнейшая практическая функция: защита от сабельных ударов! Да, вы удивитесь, но плотный, жесткий и подвижный пучок конских волос на каске служил своеобразной «подушкой безопасности».
Женский наряд тоже был немыслим без конского волоса. Его вплетали в швы или вставляли тонкими пучками для уплотнения (наряду с китовым усом), чтобы корсет не деформировался и жестко утягивал талию. И да, конечно, в то время, когда были в моде высокие прически (особенно в эпоху рококо) лошадиный волос был незаменим. Он помогал удерживать форму конструкции из собственных волос дворянки.
А в Сибири, например, у некоторых народов одежда из конского волоса была в большом почете. Ее считали прочной, удобной, экологически чистой и обладающей лечебными свойствами.
Якуты делали из конского волоса амулеты, которые использовали в обрядах очищения. По народным преданиям, конского волоса боятся змеи, поэтому сплетенными из него веревками окружали жилище для защиты…
Евдокия Тютчева, княгиня Мещерская, о таких свойствах конского волоса не знала. Иначе наверняка попросила бы любящего папу заказать амулет в далеких холодных якутских землях. Потому что после свадьбы ее как будто бы настигла кара Салтычихи.
Было княгине двадцать три года. Князь Борис мещерский пылинки с нее сдувал. Какой роскошный наряд ей пошили к свадьбе в 1796 году! Шелк, расшитый сверху до низу серебром, так что невеста сияла… А два месяца спустя князь попал на охоте под сильный дождь, простудился и слег. Все усилия лекарей были бесполезны. Евдокия оплакивала любимого мужа, зная, что в ней зародилась новая жизнь.
Семь месяцев спустя на свет появилась княжна Анастасия Мещерская. Мать души в ней не чаяла и всю свою жизнь посвятила ей. Вместе с ней плакала над красавцем графом Александром Кутайсовым, который собирался жениться на Анастасии, но сложил голову под Бородино. Впрочем, это уже другая история.
А для чего дворянкам были очень нужны лошадиные хвосты – вы теперь знаете. Применяли их во множестве случаев, поскольку качество конского волоса всегда было высоким.
