Она любила папочку больше всех на свете. Стояла возле окошка и часами ждала, что вот-вот подъедет его автомобиль. Материнская истерика «он опять задержался», «он был, непонятно, где» раздражала ребенка. Неужели мама не может просто понять: папочка – самый лучший на свете! Конечно, он всем-всем нравится. Ведь даже друзья прозвали его Шейхом…
Уже много месяцев каждый вечер Джека Бувье начинался одинаково: он приезжал домой и супруга фыркала ему в лицо. Иногда Джанет снисходила до громкого выяснения отношений. Порой молча запиралась в комнате и не покидала ее, пока Джек снова не уедет. Он невозмутимо проходил мимо запертой спальни жены и сразу шел к Джекки. К его любимой девочке.
Перед Джеком Бувье женщины просто таяли. А он знал им цену и давно не терял головы. Теперь его сердце принадлежало только Принцессе, так он называл крошку Жаклин. Эта девочка была похожа на него как две капли воды – те же широко посаженные глаза (отличительная черта всех Бувье), тот же задор, та же кипучая энергия.
— Идем кататься? – предлагал он дочери, и она согласно кивала.
Они седлали лошадей и отправлялись на конную прогулку. Джек научил свою обожаемую девочку великолепно ездить верхом. А еще он неустанно напоминал ей о манерах.
— Ты – особенная, детка, — говорил он ей, — поэтому каждый с первого взгляда должен понять, что ты – будущая королева.
К слову, Джек Бувье оказался прав. Именно безупречные манеры Джекки, ее умение прямо держать спину в любой ситуации, ее подлинная светскость в свое время произвели такое неизгладимое впечатление на семью Кеннеди. Ошеломительное! Поэтому-то наследнику рода и сказали прямо и без обиняков: ты выбираешь только ее! А когда Джекки попыталась «сорваться с крючка» клана Кеннеди, то свекор просто и спокойно предложил ей миллион долларов.
Но в ту пору она была ребёнком. Мать – оскорблённая в лучших чувствах Джанет Бувье – постоянно говорила, что у Джекки «плохой папочка», чем только восстанавливала дочь против себя. И подчеркивала, что из двух дочерей она предпочитает вторую, Ли.
— Она намного красивее тебя, — с удовольствием говорила Джанет своей старшей дочери и видела, что та расстроена. – Ты должна многому поучиться у Ли!
Это была ее месть. За любовь Джека. За то, что муж из всей семьи предпочитал Джекки.
Джон Верну Бувье III родился на Манхэттене, в престижном квартале, в 1891 году. Смуглый (и еще ему всегда нравился загар!) он получил прозвище «черный Джек». Эта семья могла смело причислять себя к американской элите: еще в 1815 году Мишель Бувье перебрался из Франции в Филадельфию. Он служил в наполеоновских войсках и после поражения Бонапарта предпочел поменять страну проживания.
Краснодеревщик из Пон-Сен-Эспри, что в Провансе, он быстро пустил корни на американской земле. Во-первых, занимался делом, которое было знакомо ему с младых ногтей – делал мебель. В этом Бувье преуспевал еще и во Франции. Шутка ли: ему заказывал стулья и кресла сам Жозеф Бонапарт! Потом купил несколько участков, планируя продавать дрова… а выяснилось, что там залежи угля. Семья разбогатела быстро.
Сыновья Мишеля уже жили в красивом доме и получали образование, которое позволило им прославиться на Уолл-Стрит. Кеннеди в ту пору были еще малоизвестной ирландской семьей эмигрантов, а Бувье уже считались воротилами бизнеса. Потом они объединили свои капиталы и оставили майорат – неделимое имущество – одному главному наследнику, Джону. Вот его-то сыном и был Шейх. Он же «черный Джек».
Богач и красавец, он мог выбрать любую карьеру. Джек учился в академии в Эксетере, потом в Колумбийской школе. Затем пришел черед колледжа, где учился и его отец тоже. Это считалось важным! Сын получал образование, где прежде – его родитель. Уже традиция, преемственность, что в молодом американском государстве было ценным.
Вишенкой на торте образования Джека стал легендарный Йельский университет, который он окончил в 1914-м. Как и многие студенты, Шейх вступил в тайное общество, пока грыз гранит науки. Никто не считал, что это лишнее – среди других участников были будущие министры и самые богатые люди Америки.
Папа взял его маклером в свою фирму. Но пришло время Первой мировой, и Шейх рассудил, что для блестящей карьеры нужно еще и сияние военных наград. Поэтому он поступил на службу в Военно-морской флот Соединённых Штатов, потом перевелся в армию, где служил в звании майора до 1920 года. Семья могла гордиться им. Теперь Шейху требовалось остепениться и жениться.
У него на уме были только старлетки – молодые актрисы. В штатах появилось немало иностранок, которые снимались в немом кино. Русские, немки, даже турчанки, они плохо говорили по-английски, но Шейха это не смущало.
— Картеры из Балтимора, — рекомендовали Шейху, — посмотри на их дочь, Элеонору.
И 7 апреля 1920 года газета New York Sun опубликовала объявление о помолвке мистера Бувье с мисс Элеонорой Кэрролл Дейнджерфилд Картер. Позже никто не мог толком объяснить, что случилось, но помолвку расторгли. Судачили, что Элеонора при всем ее положении и богатстве оказалась на редкость некрасивой девушкой. По другой версии, она решила сделать приятное жениху и без предупреждения приехала к нему… и застала на этаже, где находилась его квартира, две дюжины девушек в слишком легких нарядах.
Он выбрал Джанет Нортон Ли, дочь застройщика. Этот брак соединял две равно уважаемых семьи, поэтому радость от союза была обоюдной. Джанет – очень светская, хорошо образованная, элегантная – казалась лучшей невестой, которую мог выбрать Шейх.
7 июля 1928 года они поженились в церкви Святой Филомены в Ист-Хэмптоне. Сразу родилась дочь, Жаклин, над колыбелькой которой любил ворковать Джек. Молодая мать раздражалась: она получала меньше заботы и любви, чем ее собственный ребенок!
Но Шейх, действительно, обожал свою девочку. Он рано начал делать ей дорогие подарки. Он любил отправляться на прогулку только с ней одной. Когда на свет появилась Ли, то воспринял это совершенно спокойно. В его сердце место уже было занято.
Супруги ссорились. Шейх не менял своих привычек, он по-прежнему сводил с ума все женское население Нью-Йорка. Джанет не могла его остановить, хотя чрезвычайно этого хотела. В 1936 году пара рассталась.
Горше всех плакала Джекки. Ее папочка. Ее самый любимый человек на свете! Только он обожал и ценил ее. Холодной матери не было дела до этих переживаний, она вздохнула свободно, что в доме больше не будет сцен. И сама же, короткое время спустя, впустила Джека обратно.
Они пытались смириться с недостатками друг друга, но у них не вышло. Снова все завершилось некрасиво, и теперь уже Джек уходил навсегда… Маленькая Джекки с той поры всегда будет искать «такого, как папочка».
Официальный развод был оформлен в 1940 году, а еще два года спустя Джанет вышла замуж снова. Когда пришел черед Джекки выходить замуж, то к алтарю, по правилам, ее должен был вести отец. Но Джанет категорически запретила дочери даже говорить отцу о свадьбе. Поэтому к алтарю Жаклин Бувье сопровождал отчим.
Шейх больше никогда не женился. Он проводил большую часть своего времени в одиночестве в своей нью-йоркской квартире, расположенной по адресу 125 East 74th Street. В 1957 году у него нашли недуг, который и свел его в Вечность в августе того же года. Все хлопоты о погребении взяли на себя дочери – любимая Джекки и вторая, Ли.
Муж Джекки, президент Кеннеди, чем-то сильно напоминал ее отца. И тоже нанес ей немало душевных ран. А потом, после его кончины, она вышла замуж за Аристотеля Онассиса, в котором тоже увидела папочку.
Того, о ком тосковала до конца своих дней.
