Аня часто слышала от матери, что у нее «косые, как у зайца, глаза». Да ещё и рост маленький! Одним словом, некрасивая… Впрочем, ей было не до красоты: в семье Подгорных постоянно ссорились и кричали. Отец хлопал дверью, возвращался под утро, и все начиналось с самого начала. «Если ты родилась бедной, — резко говорила Ане мать, — ты не виновата. А вот если останешься бедной на всю жизнь – это уже твоя вина!»
Она родилась 14 января 1963 года в маленьком Гурьевске, но уже год спустя семья перебралась в Череповец. Родители устроились на металлургический комбинат, и поэтому Подгорным дали комнату в общежитии. Однако там было так тесно, что Аня и ее сестра спали на общей кухне – бросали на пол матрасы, да ложились.
Все как-то быстро пошло наперекосяк. Отец постоянно «прикладывался», а потом устраивал громкие сцены. Мать ругалась с ним, и две девочки, испуганно прижимаясь друг к другу, сидели под кухонным столом. Ждали, пока буря пронесется мимо. А потом, когда Ане исполнилось семь лет, отца не стало.
На мамину зарплату жить было очень трудно. Не хватало ни на что, а покупка новых сандалий превращалась в событие. Отчаянно пытаясь выжить, мать часто горько рыдала в комнате. Она понятия не имела, как жить дальше.
Кто-то посоветовал Аниной маме написать письмо самому председателю президиума Верховного Совета, Николаю Подгорному. Попросить о помощи, хотя бы о маленькой комнате в коммуналке! И эту просьбу выполнили. Позже Аня рассказывала, что свою роль сыграла фамилия – наверху подумали, что бедствуют родственники Подгорного, а не однофамильцы.
Она давно придумала для себя, как бороться с невзгодами и проблемами дома – музыка! Еще при жизни папы Ане купили пианино, она записалась в музыкальную школу и с радостью сбегала туда при каждой возможности. На то же время пришлась и ее первая влюбленность: в соседского мальчика, Геру.
Но Аня в ту пору была некрасивой, о чем мама не уставала ей напоминать. Глаза раскосые, как у зайца, худоба, застенчивость…. И все же она решилась на невероятный поступок: поехала поступать в Ярославское театральное училище.
Стриглась она в ту пору коротко, волосы выкрасила в блонд, который ей совершенно не шел. Рядом с другими абитуриентками Аня казалась мышкой, до того невзрачной, что ее не воспринимали всерьез. Разве это конкурентка? Она и сама стушевалась, глядя на других – ярких, уверенных в себе, статных. И была чрезвычайно удивлена, когда обнаружила свою фамилию в списках поступивших.
— Повезло тебе, — хмыкнула заплаканная девушка, стоявшая в сторонке.
Она и правда восприняла это, как везение. Аня никогда не была особенно вознаграждена судьбой, а еще цыганка ей как-то нагадала: «Ох, и короткая у тебя дорожка». Но тут приободрилась, приосанилась и даже отправилась в парикмахерскую, чтобы перекраситься. Вернула себе прежний оттенок волос и пришла на занятия уже совершенно другой…
Девушки ее возраста были уже сформировавшимися, а Аня продолжала медленно расти. Полуголодное детство сказывалось. Тем удивительнее стало превращение – когда на глазах у всех она становилась девушкой, из-за которой «сворачивают шеи». Влюбилась в однокурсника, которого считали первым парнем в училище, и в восемнадцать лет вышла за него замуж.
Она примеряла свою новую фамилию: Са-мо-хи-на. Звучало странно. А когда родила дочь, то решила, что назовёт ее в честь любимого супруга. Так и появилась Александра Александровна….
Когда учеба закончилась, всех распределяли по театрам. Ане и ее мужу выпало работать в Ростове-на-Дону. Климат был теплым, приятным, но вот работа нисколько не радовала. Она-то мечтала о ролях! А получала какие-то эпизоды со странными персонажами. Ее, расцветающую красавицу, заставляли то играть одноглазую соседку, то хромую.
— Может быть, это не мое? – спрашивала Аня у мужа.
Но в 1987 году произошло событие, которое полностью переменило представление Ани о своей судьбе. Режиссер Юнгвальд-Хилькевич (тот, что снял «Трех мушкетёров») искал яркую артистку, которая сумела бы воплотить на экране образ Мерседес. Он задумал «Узника замка Иф».
Претенденток были сотни. Отсмотрели фотографии, и каждый раз режиссер разочарованно повторял: «Не то». Когда ему попалось фото Анны Самохиной, не поверил своим глазам – вот это да… Фотографию ему передал ассистент, которому поставили задачу перерыть носом все возможные театры в поисках фактурной молодой женщины. И Аню позвали в Одессу, чтобы снять кинопробы.
Она робела. Она по-прежнему не чувствовала себя красивой! Но ее нарядили в платье девятнадцатого века и сделали прическу и… Юнгвальд-Хилькевич завороженно смотрел на эту новенькую. Сумеет ли только она сыграть? Но и тут Аня не подвела.
Сарафанное радио быстро разнесло, что найдена новая актриса, которая может стать мировой звездой – до того хороша! Аня не успела опомниться от съемок, как ей предложили новую роль, в фильме «Воры в законе».
Знаменитая сцена появления Риты в начале фильма снималась в Ялте. Эффектный проход героини по набережной на высоких каблуках был смонтирован и поставлен под динамичную музыку Жоржа Бизе (характерная тема из оперы «Кармен»), что сразу задало образу Риты тон роковой, дерзкой и опасной женщины. Никаких статистов! Вокруг были обычные люди. И они, глядя на Самохину в коротком черном парике, открывали рты. Это было попадание «в яблочко».
Борис Щербаков страшно смущался. Ане приходилось его направлять:
— Я не кусаюсь! Не бойся же меня!
Роль шикарного особняка, в котором живет Артур, исполнило здание местного ЗАГСа, а суд, куда приезжал адвокат в исполнении Зиновия Гердта, расположился во Дворце пионеров. Фантазировали на месте, «натуру» подстраивали под нужды фильма. Ну а королевой этой картины стала, конечно, Самохина.
С той поры было ясно: родилась звезда. Два фильма вышли на экраны почти одновременно, и у Ани опять появились новые предложения. Ян Фрид позвал ее в музыкальный фильм «Дон Сезар де Базан». Сначала она должна была сыграть королеву, но потом режиссер передумал: нет, цыганкой она лучше!
Самой тяжелой сценой для Анны Самохиной стал знаменитый танец Маританы на городской площади. Съемки проходили летом в Вильнюсе под палящим солнцем. Актрисе пришлось непрерывно танцевать на открытой площадке около пяти часов подряд. А роль королевы досталась Наталье Лапиной.
А потом была «Царская охота»… И никто бы не посмел тогда бросить: «Анечка у нас некрасивая»…
Но пришли 90-е и с ними испытания. Работы было мало, или она была такой, что о ней Аня предпочитала не думать. Роли – ужасные. Да еще и отношения с мужем разладились. «Саша очень спокойный, а мне все время чего-то надо, я рвусь вперед», — рассказывала Самохина позже.
Тогда же, из-за отсутствия ролей, у нее появилась идея открыть ресторан: «От безысходности, когда сил много, а в профессии — полный штиль». Так появился «Граф Суворов». И в то же время, 1994 году, Аня вышла замуж во второй раз — за петербургского предпринимателя Дмитрия Конорова, который уже владел небольшим кафе. Он-то и помог актрисе разобраться в коммерческих нюансах…
Потом был второй ресторан. А затем начал оживать кинематограф. Аню снова звали сниматься, и это совершенно не устраивало ее мужа: ревнуя, он часто повышал голос… Так закончился и этот брак.
Она ушла в никуда, в съемную квартиру. Когда предложили роль в сериале «Черный ворон» очень заинтересовалась. Съемки пришлись ей по вкусу, налаживалась и личная жизнь. Евгений Федоров говорил, что готов бросить к ее ногам весь мир и перевез в свой особняк.
Все как-то успокоилось… И Аня начала двигаться меньше, а вот в удовольствии съесть вкусненькое отказать себе не могла. Когда расплылась до 80 килограммов, вдруг пришла в ужас: это же не она! И села на жесткую диету.
За короткие сроки – минус сорок кг. Разумеется, это не могло сказаться на здоровье. Однажды во время репетиции Анна Самохина упала в обморок. А когда ей сказали, что за этим стоит, то восприняла вести с удивительным спокойствием.
Она уходила на глазах у близких. Не жаловалась, попыталась уцепиться за жизнь всеми возможными способами, но не получилось. Цыганка оказалась права – короткая дорожка.
Но – яркая. Удивительная.
8 февраля 2010 года она ушла в Вечность.
