После того, что он сделал, Сильвия долго не могла смотреть на себя в зеркало. Она казалась себе грязной. Шла в ванную комнату и снова мыла руки, намыливала лицо, и это не помогало. «Его просто уволили, — рассказывала она много позже, — а надо было обращаться в полицию!» Но никто в Утрехте не хотел скандала.
Супруги Кристель держали гостиницу, в которой сами и жили. Для двух дочерей – Сильвии и Марианны — выделили комнату под номером двадцать два, в которой всегда надлежало поддерживать идеальный порядок. И не просто так: если номеров не хватало, то девочек переселяли в крошечный двадцать третий номер, больше похожей на шкаф.
— А если займут и его? – спрашивала Сильвия у матери. – Мы пойдем на улицу?
В ответ мать пожимала плечами. Заработок был для нее главным, куда более важным занятием, чем общение с дочерью. Родители не слишком много проводили время с Сильвией и ее сестрой, а в свободные часы предпочитали болтовню и кружки с пенным напитком. По ним-то ребенок и научился считать, еще до того, как пошел в школу.
Постояльцы были разными – иногда очень грубыми, иногда они использовали гостиницу для тайных встреч. Сильвия видела разные сцены в своей жизни и ничему не удивлялась. Однако одна картина прочно врезалась в ее память: администратор гостиницы, высокий плотный человек, пытается затащить ее в комнату. Сильвия пыталась звать на помощь, но ее никто не слышал. По счастью, в последний момент появилась тетя, которая тоже временно жила в отеле.
— Раз он ничего не сделал, он просто уйдет, — холодно сказала мать.
А у Сильвии остался ужас на долгие годы: она боялась оставаться одна в комнате, она дрожала, когда шла по коридору. И еще она чувствовала себя грязной. Могла по двенадцать раз в день намывать руки, пока ее, наконец, не отпустило.
Семейного счастья в доме Кристель практически не знали. А однажды отец поставил жену перед фактом: он встретил другую женщину, он собирается разводиться и жениться снова. Поскольку бизнес наполовину принадлежит ему, то надо продать гостиницу и поделить деньги…
«Это предательство, — позже говорила Сильвия, — потрясло нас всех. Отец обращался с нами, как с чужими, посторонними людьми. Мы лишились дома, мама – работы. А денег оказалось очень мало».
Ее отправили учиться в монастырь, где Сильвия откровенно скучала. Монахини приходили в ужас от историй, которые она рассказывала про гостиницу родителей. Увидев такую реакцию, Сильвия старалась еще больше. Наверное, именно тогда в ней первые проявился актерский талант.
«Школа тяготила меня, — рассказывала Сильвия позже. – Особенно, с учетом того, что нам не на что было жить. Поэтому я решила бросить учебу и пойти работать. Но первое, что мне предложили – сниматься для журналов».
Небольшие рекламные контракты были для семьи Кристель спасением. Параллельно Сильвия работала машинисткой в одном офисе, а однажды ей позвонили и предложили прийти на съёмочную площадку. Ей было двадцать лет, и кино казалось для простой девушки совершенно невообразимым миром… Конечно, она сразу дала согласие на съемки! А еще попытала счастье на конкурсе красоты и в 1973 году стала «Мисс телевидение Европы».
Это был год невероятного подъема для Сильвии: у нее все получалось, она влюбилась в писателя Хьюго Клауса, который был на двадцать лет старше, а еще ей предложили ехать во Францию. Режиссер Жюст Жакен планировал приступить к экранизации смелого романа Эммануэль Арсан. И на роль Эммануэль он звал как раз Сильвию Кристель.
— Я боюсь, — призналась Сильвия своему возлюбленному. – Это будет так откровенно!
— Ты прекрасна, — отозвался он. – И у тебя все получится. Надо ехать в Францию. Там снимают двести картин в год, а в Голландии – шесть. Ты станешь звездой!
На съемках было нервно, но постепенно Сильвия привыкла. Она понятия не имела, что произойдет потом… А «Эммануэль» стала самым кассовым французским фильмом в истории! Разумеется, было решено продолжать и о возвращении в Голландию больше не могло быть и речи. Лицо Сильвии украшало обложки журналов, появлялась в газетах, о ней все хотели знать больше. Она стала кумиром для многих…
Три картины поразили Европу и весь мир. В 1975 году, между съемками, Сильвия родила сына, названного Артуром. Как она сама с грустью говорила, мальчик рос практически без нее. У нее не хватало времени, чтобы насладиться материнством, потому что работа шла без остановки. Артур жил в Голландии, с отцом, а она приезжала на выходные, и то не на каждые… А фильмов про Эммануэль было уже три.
Когда ей исполнилось тридцать, Сильвия заволновалась. Режиссер не скрывал, что хотел бы пригласить в фильм более молодую актрису. А потом прямо сообщил – ему нужна другая Эммануэль, Сильвия может больше не беспокоиться. Это стало ударом, ведь она могла остаться актрисой одной роли.
В целом, так и случилось. Хотя Сильвии предлагали другие работы, в ней все равно видели Эммануэль. Когда журналисты брали у нее интервью, то разговор обязательно переходил на очень личные темы.
— Я -другая женщина, — возражала она. – Я не Эммануэль! Не надо мешать мой экранный образ с моей жизнью!
Отношения с Хьюго давно разладились – жизнь вдалеке друг от друга не способствует крепкому союзу. У Сильвии был роман с Роже Вадимом, потом с одним английским актером, который позвал ее в Голливуд. Попытка покорить эту вершину оказалась неудачной. Сильвия-Эммануэль не соответствовала голливудскому шику, она казалась простушкой рядом с тамошними звездами.
А затем ее позвал сниматься Филипп Бло. Однако три фильма подряд обернулись полным провалом, и, чтобы оплатить долги, Сильвии пришлось продать дом и драгоценности. Все, что она накопила, сыграв Эммануэль, растаяло, словно дым.
…Когда ее позвал на ужин президент Франции, Сильвия только усмехнулась. Однако Жискар д’Эстен покорил ее с первого взгляда. Они начали встречаться, ничуть не скрываясь, хотя разница в двадцать шесть лет многим казалась чрезмерной. В попытках заново найти себя, Сильвия увлеклась живописью и ее работы считали очень неплохими. Старалась сблизиться с выросшим сыном, который работал в магазинчике Марианны.
Ее последней любовью был продюсер Фред де Ври. С ним Сильвия пережила самый тяжелый период в своей жизни – когда болезнь точила ее, постепенно разрушая. Покинув Францию, они перебрались в Амстердам, где Сильвия продавала свои картины и угасала. Еще в молодости она завела несколько привычек, которые теперь вели ее к жизненному финалу.
Ее не стало 17 октября 2002 года. Настоящая история Эммануэль оказалась довольно печальной.
«Мой звёздный путь длился только десять лет, — рассказывала Сильвия. – Жалею ли я о том, что в моей жизни была Эммануэль? Да. Наверное, мне не стоило сниматься в том фильме. Он навсегда закрыл передо мной двери. Больше никто не воспринимал меня всерьез, все считали, что я безумная охотница за мужчинами».
