Сгорбленный старик, седой и грязный, владел миллионами. Когда он приценился к девушке на ярмарке, да пообещал хорошо заплатить, вперед выскочила ее рассерженная маменька. Мешая русские и польские слова, она громко отчитывала князя: торговать дочкой отказывается! Коли ему так понравилась Текла, то пусть женится на ней. Точка!
Венчаться с этой литовкой светлейший князь Зубов поначалу не планировал. Хорошая была девушка, только ему не ровня. А вдруг пустит на ветер его огромные деньги? Платон Александрович своими богатствами дорожил, трясся над ними. Жил очень скромно, экономил на всем, а по вечерам любил спускаться в погреб, где хранились сокровища, и рассматривал их с горящими глазами.
Все превратилось в пыль: его могущество, его слава. Когда-то он был великолепным фаворитом Екатерины II, самым молодым из всех и самым резвым. Его так и прозвали – Резвуша! Когда благодетельницы не стало, Платон Александрович бросился в ноги к новому императору. Поначалу Павел I относился к нему благосклонно, но потом велел уехать из России. А все, что было скоплено за годы служения в императорской опочивальне, вернуть в казну.
Помог ему лучший друг императора, граф Кутайсов. Сам выбившийся из нищеты (когда-то он был пленным турчонком), Кутайсов сделал головокружительную карьеру при Дворе и теперь вел жизнь вальяжного барина. Зубов пообещал ему – коли поможет вернуть состояние, то женится на его дочери. И Кутайсов долго и методично уверял Павла I в преданности бывшего фаворита и в его желании служить.
Кутайсов не знал (или не хотел знать), что светлейший князь Платон Александрович больше не планировал ползать на коленях. С помощью сестры, великой заговорщицы, он договорился с англичанами. Огромный сундук с золотом прибыл в Россию, чтобы успешно совершить переворот.
В 1801 году Зубову все-таки вернули его деньги и поместья. Он даже получил должность – пусть не такую грандиозную, как прежде. А еще несколько месяцев спустя император Павел I расстался с жизнью и короной, благодаря непосредственному участию семьи Зубовых. Воистину, менять свое решение в отношении фаворита государю никак не следовало!
К слову, на дочке Кутайсова светлейший князь не женился. Больше не было надобности…
При Дворе у Зубова получилось странное положение: с одной стороны, он расчистил трон для императора Александра I. Любимый внук императрицы Екатерины II мыслил в похожем с Зубовым ключе, он тоже был нацелен на сближение с Англией, а не с Францией. Но… тёмная история с переворотом заставляла императора постепенно вытеснять из Петербурга всех, кто был с ней связан. Государь Александр Павлович боялся мстительной тени отца, опасался прямых обвинений, что это он все замыслил.
Так светлейший князь пустился с длинное путешествие по Европе.
Одних пугало его имя, других – притягивало. Зубов мог жениться с десяток раз, но не спешил к венцу. Правда, красавиц не отталкивал: у него имелось пятеро внебрачных детей, прижитых от разных женщин, да только признавать их светлейший князь не спешил. Однажды государь все-таки сменил гнев на милость и даже навестил Платона Александровича в одном из его поместий.
— Почему это у тебя, князь, — хмуро сказал он, — все крестьяне такие оборванные?
Действительно, Зубов тянул из крепостных все соки. Он превратился в жесткого помещика, требовательного и скупого. Но император буквально заставил князя ослабить хватку:
«Ежели честь и самый долг, законами налагаемый, требует, дабы и беднейшие из помещиков кормили и призирали крестьян своих в трудные и бесплодные годы, — то тем более предосудительно одному из богатейших доводить их до такой крайности».
В 1814 году князь перебрался в Виленскую губернию, в местечко Янишки. Ему не составило труда купить местный замок (ведь он владел 30 тысячами крепостных душ) и переделать его по собственному вкусу. Там, в Янишках, он основал образцовое хозяйство: с пахотными полями, которые регулярно приносили большой доход, с конскими заводами, выводившими прусских лошадей. С утра и до вечера этот человек, который прежде пускал бумажных змеев в Царском Селе, просиживал над счетоводческими книгами. И записывал подробно про каждую потраченную и полученную копейку.
Резвуша был уже не так резв. Он сгорбился, у него болела спина, он полностью поседел, а по его лицу пролегли глубокие морщины. А ведь было ему не так уж много лет – пятьдесят! Соседи завистливо поглядывали на него и мечтали, что он возьмет в жены одну из их дочек. Однако Платон Александрович презрительно кривился. Он-то отлично понимал, что от него хотят.
Но все решил случай. На ярмарке в Вильно он встретил девушку настолько красивую, что оторвать глаз просто не смог. Предложил купить ее. На день? На два? Сколько угодно. Однако сделка не совершилась, поскольку вовремя подоспела мать – мелкая литовская помещица Валентинович. Она и поставила условие, что князю надобно жениться. А он хмыкнул в ответ и развернулся.
Уже дома помещица Валентинович сосредоточенно рассматривала лицо дочери. Красивая была Текла! Упустили такой случай… Или не совсем?
По прошествии нескольких дней литовка велела закладывать экипаж. Путь держали в костел, аккурат через владения светлейшего князя. Случайность или нет? Но вторая встреча с Теклой и ее маменькой, показалась Зубову символичной. Сразу было сделано предложение руки и сердца, которое девушка с восхищением приняла. А оборотистая помещица вытребовала миллион рублей по брачному договору.
— Счастливая, — с сожалением говорили про Теклу, — такую партию сделала!
На самом деле, молодая красавица вовсе не ликовала после замужества. Зубов был очень высокомерен и очень придирчив. Иногда запирался в своих покоях и не выходил по несколько дней, а если доводилось ему слышать звук колоколов, возвещавших о чьей-то утрате, то приходил в ярость.
Он перевёз жену, вскоре забеременевшую, в поместье Руэнталь. Однако насладиться семейным счастьем у светлейшего князя не вышло – 7 апреля 1822 года он скончался. Спустя три недели замок огласили крики новорожденной: княгиня Текла Зубова произвела на свет дочь, названную Александрой.
Двадцать миллионов рублей, россыпи бриллиантов, поместья и дома… Все досталось дочери мелкой литовской помещицы. Мать Теклы не раз поздравляла себя с удачным решением: торговать дочкой отказалась, и теперь та получила главный куш в России. Кто мог похвастаться подобным состоянием? Разве что, Юсуповы? Но с ними тягаться Текла не собиралась.
В феврале 1824 года, оплакав маленькую Александру, княгиня решила, что больше ее ничего не держит в курляндском поместье Руэнталь и отправилась в Вену. План был прост до невозможности – блистать!
Эффектная вдова привлекала взгляды. Блеск ее богатства ослеплял не менее, чем красота. Но в обществе надлежало не только сиять, но еще и общаться, изящно танцевать… Ничего этого Текла не умела, поэтому пришлось срочно брать уроки французского языка и учиться исполнять мазурку. В этом она, к слову, преуспела весьма!
Из всех аристократов, которые ухаживали за ней, Текла больше других отличала графа Андрея Шувалова. Он был молод, служил секретарём в русском посольстве и был всего на год моложе вдовушки.
«Вдова княгиня Зубова, с 8000 крестьянами, намерена сочетаться браком с графом Шуваловым. – писала леди Дисброу на родину. — Она очень молода и весьма низкого происхождения»
Венчание решено было устроить в Петербурге, в Казанском соборе, 12 ноября 1826 года. Шувалов полностью растворился в своей красавице и бросил дипломатическую службу. Они весело тратили деньги Резвуши, переезжая из Флоренции в Англию. Попутно рождались дети… А потом резко вернулись и поселились в Петербурге.
«Фекла, поселившись в Петербурге, с удивительным тактом сделала себе положение. Когда она представлялась императрице, я её видела. Она была как-то пышно хороша; руки, шея, глаза, волоса — у неё все было классически хорошо». – писала Александра Осиповна Смирнова-Россет.
Шуваловы держали один из самых блестящих, самых модных домов в Петербурге. Там собиралось прекрасное общество, бывал там и Пушкин. Даже едкая современница Теклы, Долли Фикельмон, и та отзывалась о ней вполне по-доброму:
«Красивая, улыбчивая Шувалова — добра и естественна. Она не очень образованна и изысканна, но обладает большим тактом… Все её черты пронизаны добротой, и это самое характерное в её лице. Она не особенно умна. Думаю, в её поведение значительно больше доброжелательности и нежности, чем кокетства».
Богатство Резвуши не превратилось в пыль, хотя потратили Шуваловы изрядно. Но воспитали двух достойных сыновей, сделавших блестящие карьеры (один стал посланником в Великобритании, другой послом в Германии). Были у них и две дочери – Софья, редкая красавица, супруга графа Бобринского (прямого потомка Екатерины Второй) и Ольга, скончавшаяся в возрасте двадцати шести лет.
Жили Текла и ее муж вполне гармонично, и ушли в Вечность друг за другом, с разницей в 4 месяца, в 1873 году.
О Резвуше они никогда не вспоминали.
