Молодожены девятнадцатого века после свадьбы иногда отправлялись в путешествие. Его тщательно планировали, собирали солидный багаж, и покидали родные места на несколько месяцев. А вот английские новобрачные нередко уезжали в сопровождении родственников. Было принято, чтобы в путешествии за ними кто-то «присматривал». Вот и получалось, что в медовый месяц отправлялись втроём.
Один из родственников писательницы Джейн Остин, с общего одобрения родни, взял в свадебное путешествие… племянника. Подросток с интересом осматривал европейские достопримечательности: а когда еще представится случай? И это никого не удивляло. Наоборот, считалось вполне обычным, рядовым явлением.
Путешествие на континент было делом затратным, его нередко устраивали «вскладчину»: родители оплачивали расходы на проживание и билеты, щедрый дядюшка давал возможность молодым погостить в его парижском особняке, а кто-то из дальней родни привечал путешественников у себя, в Вене или в Риме. Поэтому еще один странник, «в довесок», на общую картину не влиял. Зато семья радовалась: кто-то еще посмотрит красоты Флоренции…
Иногда сопровождающих могло оказаться несколько: из Дувра выезжали молодожены вместе с другой семейной парой, а на французском берегу они разъезжались в разные стороны, каждый по своему маршруту. Но чаще брали с собой компаньонку или девушку-родственницу. Если у новобрачной была младшая сестра, она на эту роль подходила больше других.
Когда Мэри Годвин убежала из дома, чтобы стать спутницей Перси Шелли, она заручилась поддержкой своей сестры, Джейн. А та не только выступила на стороне Мэри, но и поехала вместе с ней во Францию. На протяжении нескольких лет, пока пара колесила по Европе, Джейн сопровождала их. Шелли и Мэри обвенчались, поэтому ситуация снова повторила уже упомянутую формулу – втроём в медовый месяц.
Мисс Клермонт нравился богемный образ жизни четы Шелли, она с удовольствием беседовала с ними о литературе, и даже сама пыталась писать, взяв себе другое, более «яркое» (как ей казалось) имя – Клер. Именно в этих странствиях и произошло главное событие в жизни девушки, ведь она познакомилась с лордом Байроном. Возмутителем спокойствие и знаменитым сердцеедом!
«Несколько мгновений радости, и целая жизнь неприятностей», — говорила позже Клер про Байрона.
Действительно, отношения с ним складывались непросто. Когда у Клер родилась дочь, она отдала её Байрону, но постоянно спорила с ним по вопросам воспитания. А когда девочка неожиданно умерла, и не стало Шелли, устроилась работать гувернанткой. Клер Клермонт даже некоторое время провела в России.
Другая англичанка, Луиза Браун, в 1812 году вышла замуж за Томаса Тертона. Время никак не способствовало путешествиям по Европе – на континенте воевали с Наполеоном. Пара только мечтала уехать куда-нибудь вдвоём, но случай представился лишь в 1822 году. Тертон получил место в колониальной Индии, а перед этим мог провести несколько месяцев, как ему заблагорассудится. Было решено, что супруги совершат увлекательный вояж, прежде чем остановятся в Бомбее.
И, конечно, они поехали не одни. Младшая сестра Луизы, Аделина, выразила желание сопровождать Тертонов. «Почему бы нет?», — весело воскликнула Луиза. Сборы заняли время, и вот уже совсем скоро все трое взошли на корабль…
Но у этой истории оказалась неожиданная развязка. Разбирая бумаги мужа, Луиза Тертон выяснила: Аделина Браун, её собственная сестра, лишь потому так стремилась повидать другие берега, что была давно влюблена в Томаса. И тот, по всей видимости, ничего против этого не имел. Добравшись до Индии, Луиза стала немедленно паковать чемоданы для обратной дороги. Она решила добиться… развода.
Англия, XIX век – самое неподходящее время для расторжения брака. Эта процедура была предельно усложнена, стоила дорого, и могла отнять у сторон долгие и долгие годы жизни. Луиза Браун была убедительна, она сумела доказать, что Аделина и Томас Тертон неверно поняли фразу «родственные отношения». Родственниками, они, конечно, были.
Но только через Луизу. А сестра жены в понимании англичанина – что собственная сестра (например, вдовому супругу нельзя было брать в жёны сестру жены). Вот это и стало решающим.
Потребовалось — кто бы мог подумать! — время. Только в 1829 году Луизу и Томаса развели. К слову, этот случай можно считать исключительным, ведь в то столетие добиться подобного получалось у единиц. Лишь в1857 году приняли Законы о семейных отношениях, где была прописана «более легкая» процедура получения развода, но имелись серьезные различия: в каких случаях об этом может просить женщина, в каких – мужчина.
