— Иди, не бойся, — мягко сказал он. – Не обижу.
Дарья робко подняла на него глаза – Герасим был на две головы выше. А какой статный барин! Все знали, что характер у него крутой, нрав – резкий. Но рядом с этой крепостной девушкой он вдруг становился неловким и послушным. «Влюбился барин», — шептались в доме Савиных.
В имении Серединское всем заправляла хозяйка – бойкая, очень властная Екатерина Александровна. Она жила по старым порядкам, и всегда носила связку ключей, привязанную к поясу. Это были ключи от погребов и сундуков, от буфетного шкафа, где прятали сладости и хрустальные графинчики с рубиновыми напитками. Никому не позволялось трогать припасы без ее позволения. Исключения не делали даже для любимого сыночка Герасима.
Четырех дочерей и двух сыновей родила Екатерина Александровна. Да только старший, Саша, в раннем возрасте неудачно упал и повредился рассудком. Говорили, что он влез на крышу, чтобы погонять голубей, но сорвался. С той поры мальчик словно остановился в развитии: он говорил невпопад, к учению был не приспособлен, а в подростковом возрасте надел на себя монашескую рясу и наотрез отказался снимать. Так и ходил в черном одеянии, пугая своих домашних.
Савины жили богато. Было у них три тысячи крепостных душ, прекрасный дом в Москве, несколько усадеб и триста тысяч рублей на банковских счетах. Ни долгов за ними не знали, ни просроченных счетов… А потому все четыре барышни Савины могли легко рассчитывать на хорошие партии.
Старшую, Машу, выдали замуж за статского советника, Екатерину – за дворянина Дедерева (который был хром и некрасив, зато богат), а вот Пелагея не вышла ни лицом, ни статью. В тридцать лет оставалась старой девой. Была еще и меньшая, бойкая востроглазая Сонечка – добродушная умница, воспитанная на дамских романах. Своим подругам в шестнадцать лет она рассказывала, что уже «много раз была влюблена». И они, зачарованно глядя на Сонечку, только дивились ее успехам. Как-то Сонечка, сидя на скамейке в саду, рассказывала своей приятельнице Лизе, что вот-вот чуть не сбежала с одним офицером.
— Да она все лжет, — холодно прозвучал мужской голос.
Лицо Сонечки вспыхнуло, а Лиза обернулась на звук. Перед ней стоял высокий красивый мужчина, лет тридцати пяти.
— Мой несносный брат! – громко и зло воскликнула Сонечка. – Знакомься, Лиза, Герасим Сергеевич! Недавно прибыл из полка и совсем забыл о манерах!
Что-то в выражении лица этого мужчины показалось Лизе Сухининой очень примечательным. Была в нем задумчивость и даже тоска, какая-то высказанная боль. Несколько дней, вспоминая эту случайную встречу, она думала про Герасима Сергеевича. Никак он не шел у нее из головы! А при следующей встрече с Сонечкой аккуратно начала задавать вопросы про ее брата – кто таков? Женат ли? А если холост, то почему?
— Да влюбился в крепостную Дашку, — отмахнулась Сонечка. – Представляешь, какой он человек? Ему маменька княжну Аграфену сватала, а он…
Спустя пятнадцать минут Лиза уже знала всю историю Герасима. Что он, единственная надежда Савиных, рос в обстановке необычайной любви со стороны матери. Что баловали его, носили на руках, приставили к нему лучших учителей. Ну точно идол в доме! Ни одна из девочек Савиных не могла рассчитывать даже на толику такого поклонения.
Учился юноша неплохо, науками овладевал с большой охотой. А еще прослыл человеком остроумным и привлекательным. Суровая маменька хохотала над остротами любимого сына и мечтала о его блестящей карьере в свете.
Он был еще совсем молод, когда вдруг влюбился в обычную крепостную крестьянку Дарью. Бродил с ней по лугам, подарки дарил… Ласкового барина Дарья нисколько не боялась, и чувство Герасима явно было ответным. Красивая была девушка, да только не ровня! Поэтому, почуяв, что дело может принять нехороший оборот, мать похлопотала об отправке Герасима в полк. А сама, тем временем, поспешно выдала Дарью замуж за другого крепостного. Что могла сделать бедная девушка? Только смириться.
Когда Герасим прибыл на побывку домой, то разразилась буря. Впервые в жизни он кричал на собственную мать и обвинял ее в жестокости. А потом пригрозил:
— Не женюсь никогда. Так и знайте!
Он служил еще какое-то время, а потом вернулся в поместье окончательно. Первым делом явился к Дарье и задал ей простой вопрос: если она его любит еще, то он все для нее сделает. Ну а коли нет… И Дарья, зарыдав, бросилась прямо к Герасиму.
Позади барского дома выстроили отдельный флигелек, в котором хозяйкой стала Дарья. Возразить на это мать не посмела, но ждала, когда сын «войдет в разум». Она считала крепостную обычной прихотью. Натешится с ней сын, и бросит. Сколько она таких историй за свою жизнь знала… Вот и подыгрывала по мере сил.
Дарьиному мужу велели забыть, что у него когда-то была жена. Герасим каждый день приходил к своей возлюбленной и продолжал на материнские вопросы отвечать одной фразой:
— Не женюсь. Невесту мне не ищите.
Екатерина Александровна утешалась хозяйством: следила, чтобы на огородах все поспевало, чтобы поля были вспаханы, чтобы в погребах всегда имелись запасы. Потихоньку пристраивала других дочерей, но тайком роняла слезы, что Герасим ее не одумался.
Жизненный опыт не подвел помещицу Савину. В конце концов, устав от своей крепостной, Герасим все-таки нашел пару, подходящую ему – кузину, восемнадцатилетнюю красавицу Фанни Михайловну. Они поженились.
11 января 1855 году на свет появился их сын, Коленька. Правда, выросший Николай Герасимович Савин любил рассказывать, что матушка его – французская графиня Фанни де Тулуз-Лотрек. И даже какое-то время жил под этой фамилией!
Этот самый Николай Герасимович умудрился наделать шуму на нескольких континентах. Однажды он чуть не получил болгарский трон, послужил офицером в США, а сразу после революции умудрился…продать Зимний дворец одному американскому богачу. После получения денег Савин, разумеется, исчез.
Впрочем, история Николая достойна отдельного рассказа.
Что касается его родителей, то Герасим и Фанни за свою совместную жизнь успели оплакать пятерых детей. Выжили три сына: Николай, Сергей и Михаил. Герасим Сергеевич скончался в 1877 году и о приключениях своего самого знаменитого отпрыска узнать не успел.
Что стало с Дарьей — увы, непонятно. Вполне возможно, что она скончалась при родах.
