Кто-то смотрел на нее с презрением, другие — с завистью. Рая старалась делать вид, что ее не задевают косые взгляды. На самом деле, переживала сильно. Да и слово какое подобрали, чтобы называть ее — ППЖ. Словно выплюнули! Походно-полевой женой называлась теперь Рая Кучеренко. Как будто у нее не имелось никаких других заслуг…
За много лет до этого, в 1915-м году, молодой Георгиевский кавалер Родион Малиновский медленно восстанавливался после ранения. Для развлечения офицеров в госпиталь пригласили цыганку, чтобы поглядела на их ладони… Худая, с золотыми кольцами в ушах и ярких пестрых платках, которые обвивали ее голову и талию, она задумчиво ходила между рядами кроватей и рассматривала руки раненых. Кто-то после ее слов злился, другие, наоборот, одобрительно посмеивались.
«А ты, чего ж не показываешь мне руку? — спросила она у Родиона, который отвернулся к стенке. — Я и так все вижу, не думай».
Малиновский обернулся, а цыганка спокойно рассказала ему, что она «видит»: будет известным человеком, дослужится до самых высших званий, совершит много путешествий по миру, встретит женщину среди войны, а потом родится дочь… И после добавила: «Остерегайся пятницы. Этот день для тебя несчастлив! Не начинай новых дел в пятницу!» Малиновский вздрогнул. Ранен он был именно в пятницу, да и потом все неприятные события происходили с ним именно в этот день…
В том же самом 1915-м году, когда цыганка предсказала Родиону Малиновскому судьбу, на свет появилась девочка Рая Кучеренко. В селе Богородичном она провела тринадцать лет своей жизни, а потом отправилась в город Славянск, чтобы учиться в железнодорожном техникуме.
«Ты способная, — говорили ей, — надо учиться дальше». Спустя три года, не имея никаких знакомств, Рая поехала в Ленинград. В Библиотечный институт поступила легко, и уже в городе на Неве вышла замуж и сменила фамилию. А когда получила диплом о высшем образовании, устроилась заведующей библиотекой механического техникума.
О ее первом муже известно крайне мало. В браке с Гальпериным у Раи родился сын, а потом их союз как-то сам по себе распался. Когда пришел грозный 1941-й, Рая успела отправить сына в эвакуацию, а сама осталась в блокадном Ленинграде… Она настолько похудела и была истощена, что не думала, что выживет.
Самая тяжелая, первая блокадная зима, унесла жизни многих ленинградцев. Рае повезло — ее нашли и вывезли 4 апреля 1942 года. Дорога жизни в ту пору была уже изрядно подтаявшей, шоферы боялись, что лед проломится… Но и тут молодой женщине сопутствовала удача: она благополучно добралась до другого берега.
«На станциях стояли женщины с продуктами на обмен, — позже вспоминала Рая, — а у нас на обмен ничего не было. Если кто-то и держал украшения или другие ценные вещи, мы все уже обменяли на продукты в Ленинграде. Женщины эти казались нам такими сытыми, такими румяными… Но это было, конечно не так. Просто они выглядели лучше на фоне нас».
Когда у нее был выбор — отправиться в тыл или служить — Рая выбрала второе. «После блокады, — говорила она, — нам было уже ничего не страшно». Она собирала разведданные, причем очень успешно. Была на передовой. Однажды сумела выведать, где находятся немецкие танки и сколько их, да по какой дороге они будут двигаться… За эти бесценные сведения ее представили к награде. А вручал ей награду… Родион Малиновский. И вскоре перевел ее к себе в штаб, назначив заведующей столовой.
Год они переглядывались, присматривались друг к другу. Общались намного чаще, чем просто боевые товарищи. Кто-то пустил слух, будто бы Рая — сестра Малиновского, оттого он так внимателен к ней. Причина была в том, что у обоих одинаковое отчество — Яковлевичи. Но уже после, когда произошло их сближение, говорить об этом перестали. Теперь Раю называли ППЖ, походно-полевая жена. Таких было немало на фронте…
Оторванные от семей, переживающие тяжелые события в жизни, люди искали тепла и понимания. Обычно считается, что новые семьи заводили только генералы да маршалы. Однако это было не так. Отец Владимира Высоцкого тоже встретил главную женщину своей жизни на фронте, а после 1945 года развелся с женой.
Малиновский был женат с 1925 года. Лариса, учительница французского языка, трижды рожала ему сыновей (правда, старший скончался, будучи совсем маленьким) и находилась во время войны в Иркутске. О том, что ее брак трещит по швам, узнала уже в послевоенный период, когда Малиновский попросил развода.
Документы оформили в 1946-м, и после этого Малиновский сразу женился на Рае (и усыновил ее ребёнка). Как и предсказывала цыганка, у них родилась дочь, названная Натальей. Это имя было особенно дорого маршалу — тетя Наташа, сестра матери, очень заботилась о нем, когда он был ребенком. Поэтому, заработав свои первые деньги, он купил на них швейную машинку «Зингер». Для обожаемой тети.
«Родители прожили душа в душу почти четверть века. — рассказывала о своих отце и матери Наталья Малиновская. — Никогда за все двадцать лет, проведённых рядом с папой, я не видела семейных ссор или сцен, не слышала даже, чтобы кто-нибудь повысил голос на другого. По сдержанности папиного характера? Отчасти. По кротости маминого? Да нисколько – она человек взрывной, но с кем угодно, только не с папой! Не потому, что сдерживалась, – просто друг в друге их ничего не раздражало».
…Маршала Малиновского не стало в пятницу, 31 марта 1967 года. Рая так тяжело переживала его кончину, что не могла найти себе места. А потом попробовала рисовать. Купила холст, краски, стала брать уроки… И у нее получилось. Раиса Малиновская создала множество замечательных работ, которые впоследствии были представлены на трех выставках в Третьяковке на Крымском валу, в Музее декоративного искусства и в Музее наивного искусства. Правда, сама ППЖ этого уже не увидела — выставки состоялись, когда ее самой уже не стало.
А Наталья Малиновская — филолог-испанист, имеет ученую степень кандидата наук. Работала на кафедре зарубежной литературы филологического факультета МГУ на протяжении сорока лет.
