Дебору Митфорд, младшую из шести печально известных сестёр Митфорд, в детстве толком не замечали – родители мечтали о втором сыне, а получили шестую дочь. По субботам она охотилась на лис, по воскресеньям каталась на коньках, а вот с образованием у нее не заладилось – гувернантка и случайные учителя заменяли ей полноценную школу.
Пройдёт немного времени, и именно эта «незаметная» девочка сколотит состояние в 905 миллионов фунтов. Правда, ее дорога к успеху шла через одну трагедию за другой.
Шестая дочь вместо сына
Семья Митфорд была не самой счастливой. Брак родителей трещал по швам ещё с конца 1930-х, пока в итоге развалился окончательно. Дебору, самую младшую, старшие сёстры откровенно задирали и дразнили – хотя, наверняка, в глубине души и любили.
Пока Дебора взрослела, её сестёр несло в противоположные стороны политического спектра. Диана связалась с Освальдом Мосли, главой британских фашистов. Юнити и вовсе перебралась в Германию и стала одной из ближайших к Гитлеру женщин в его окружении – настолько близкой, что Дебора, будучи ещё подростком, оказалась однажды за ужином с фюрером в Мюнхене. Впрочем, разговор не состоялся: Гитлер не говорил по-английски, Дебора – по-немецки, а Юнити отказалась переводить.
Мать и брат тоже склонялись к фашизму, а вот Джессика ушла в коммунизм, да и отец категорически не принимал немецкий режим. Дебора же, вместе со старшей сестрой Памелой, сознательно держалась в стороне от политики. Позже она напишет:
«Я не разделяю фашистских взглядов Дианы, но моя любовь к ней перевесила эту сторону её характера. Юнити же всегда была не такой, как все».
Биограф Селина Хейстингс описывала её как самую уравновешенную из сестёр – приземлённую и трезвую, в отличие от остальных.
Именно эта трезвость сделала Дебору кем-то вроде семейного миротворца. И именно поэтому в сентябре 1939 года, когда Британия объявила Германии войну, 19-летняя Дебора вместе с матерью отправилась в охваченную войной Европу – спасать Юнити, которая в тот же день попыталась застрелиться в Швейцарии.
Несчастную привезли домой, но от повреждений мозга она так и не оправилась и умерла в конце 1940-х, когда пуля, извлечь которую врачи не рискнули, сместилась в черепе.
Один удар за другим
Замуж за Эндрю Кавендиша, младшего сына герцога Девонширского, Дебора вышла в 1941 году – без каких-либо расчётов на титул, поскольку получить его тогда было весьма маловероятно. Из первый ребёнок, мальчик по имени Марк, родился в ноябре того же года и умер через несколько минут после рождения.
Дальше на семью посыпались несчастья. В 1944 году в Бельгии погиб деверь Уильям – наследник герцогства, всего четырьмя месяцами ранее женившийся на Кэтлин «Кик» Кеннеди, сестре будущего президента США (это знакомство позже приведёт чету Кавендишей в гости к самому Джону Кеннеди в Вашингтон). Со смертью Уильяма наследником стал Эндрю. А когда зимой 1950 года от сердечного приступа скончался и его отец, Эндрю неожиданно для самого себя стал 11-м герцогом Девонширским, а Дебора – герцогиней.
Материнство давалось ей сложно. После Эмы и Перегрина, родившихся здоровыми в 1943 и 1944 годах, последовали выкидыш в 1946-м и двое детей, умерших вскоре после рождения – в 1947 и 1953 годах. Здоровая дочь Софи появилась на свет лишь в 1957-м. К этому моменту Дебора успела похоронить четверых детей – при том, что такие потери к середине XX века уже считались редкостью, а не нормой.
Титул герцогини, доставшийся ей вместе с горем, оказался подарком с подвохом: вместе с поместьем Чатсуорт молодожёнам достался долг в семь миллионов фунтов – по нынешним деньгам это больше двухсот миллионов. Советники в один голос предлагали распродать поместье по частям и забыть о нём как о неподъёмной обузе.
Из руин – к миллионам
Семья выбрала другой путь. Они продали часть коллекции живописи и второй фамильный дворец, Хардвик-холл, но сам Чатсуорт решили не просто сохранить, а превратить в одну из главных туристических достопримечательностей Северной Англии. Дом к тому моменту стоял заброшенным – годами его сдавали под частную школу для девочек, а потом просто закрыли.
Дебора взяла реставрацию на себя, причем буквально – сама перекрашивала комнаты, учавствовать в восстанавлении общих залов, следила за каждой деталью. К 1959 году дом привели в порядок настолько, что туда можно было вернуться жить. Вокруг разбили сады, наладили натуральное хозяйство – сегодня туристы обедают в ресторане поместья продуктами с местной фермы, а рядом работает фермерский магазин, тоже её идея.
Она держала собак, лошадей, скот, охотилась, устраивала сельскохозяйственные выставки и конные состязания, а на первых порах и сама сидела за кассой, продавая билеты посетителям. К 1990-м Чатсуорт принимал уже полмиллиона гостей в год – столько же, сколько Тауэр или Альберт-холл.
Личная жизнь Деборы тем временем была куда менее образцовой. Эндрю изменял ей открыто – настолько, что был вынужден признать это на судебном процессе по делу о краже, где всплыло, с кем именно он провёл ту ночь. Дебора терпела и измены, и его пристрастие к бутылке, пока в 1980-х не поставила ультиматум: она или алкоголь.
«Следующие двадцать лет, до самой его смерти, он не выпил больше ни капли», – напишет она позже в мемуарах.
На вопрос, почему она вообще осталась с таким мужем, Дебора как-то ответила коротко: он не был скучным.
В 1999 году королева удостоила её титула дамы-командора за вклад в работу Королевского художественного фонда. Эндрю умер в 2004-м в 84 года, и титул унаследовал их сын Перегрин. К 2023 году состояние семьи оценивалось в 905 миллионов фунтов – земли, отели, десятилетия управленческого упрямства.
Дебора умерла 24 сентября 2014 года в возрасте 94 лет – последняя из шести сестёр Митфорд, пережившая всех остальных больше чем на десять лет. Проводить её пришли больше шестисот сотрудников поместья, сотни местных жителей и даже члены королевской семьи – процессия растянулась от Чатсуорта до церкви Святого Петра в Эденсоре. На похоронах поставили Элвиса Пресли – её любимого исполнителя.
