— Ты не смеешь так обращаться со мной. Я принцесса из дома Османов! – вскинув голову, произнесла Дюрешехвар.
— Ты нищая, — спокойно ответил муж, — и останешься ею, если так решу я.
В этом дворце, среди невероятной роскоши, все вызывало отвращение у Дюрешехвар. Почему муж унижает ее? За что он так обращается с ней? Она не понимала главного: причина была не в ней.
Азам Джах хотя и был старшим сыном низама Хайдарабада, с детства слышал насмешки. Его называли низкорослым, сравнивали с мышонком. Даже собственный отец любил такие шутки и позволял себе пройтись по внешности Азама. Когда молодой человек женился на Дюрешехвар, она этого не знала. И, как назло, надела на свадьбу высоченные каблуки. Когда они вместе вышли к гостям, то знакомые и родня Азама прыснули от смеха. Это было так потешно: рослая красавица и маленький принц.
Дюрешехвар родилась в Константинополе, в 1914 году. Ее отец был четвертым сыном османского султана, мать происходила из уважаемой семьи и тоже принадлежала к миру турецкой элиты. Девочка росла среди роскоши, но вовсе не вела праздную жизнь: османских принцесс воспитывали строго, а еще им надлежало как можно больше времени проводить за учебниками.
В ее доме говорили о политике, религии, традициях и долге. Дюрешехвар с интересом слушала, не вмешиваясь в беседу. Уже в детстве современники отмечали ее красоту, тонкие черты лица и особую аристократическую осанку.
Но времена стремительно менялись. Первая мировая подкосила Османскую империю. 1 ноября 1922 года Великое национальное собрание в Турции решило разделить государство и создать халифат. А халифом избрали… Отца Дюрешехвар. После этого семья новоявленного халифа перебралась в бывший султанский дворец Долмабахче. Казалось, что положение восстановилось, больше тревожиться не о чем. Однако прошел год, и халифат тоже упразднили… Теперь все, кто принадлежал к правящей династии, должны были покинуть Турцию. Для юной Дюрешехвар это означало одно: привычная жизнь закончилась слишком рано.
Это был разрыв с родиной, с дворцами, с языком и с той ролью, которую дом Османов играл веками. Им выдали 2 тысячи фунтов (в пересчете на английские деньги), помогли им получит швейцарские визы и новые документы. В октябре 1924 года семье Дюрешехвар удалось уехать во Францию, где они поселились в Ницце.
А девушка расцветала. При этом Дюрешехвар продолжала получать прекрасное образование, изучала языки, знакомилась с европейской культурой и росла в среде, где соединялись восточная утонченность и западный образ жизни. Это сочетание потом определит почти всю ее судьбу.
Именно в Европе красота Дюрешехвар стала особенно заметной. Молодая принцесса выделялась не только происхождением, но и редкой утонченной внешностью. В ней видели не просто дочь свергнутой династии, а настоящую светскую звезду, способную украсить собой любой двор. Позднее многие будут говорить, что ее лицо, фигура и манера держаться делали ее одной из самых ярких женщин своего поколения.
Судьбоносный поворот в жизни Дюрешехвар-султан произошел, когда ей предложили брак с принцем Азам Джахом, старшим сыном Низама Хайдарабада Мира Османа Али Хана. Это был один из самых богатых людей своего времени.
Но отец, не желая продешевить, потребовал слишком большой выкуп за свою дочь (около 50 тысяч фунтов). Тогда низам – в ответ! — потребовал двух девушек: пусть едет Дюрешехвар и еще одна, кого выберут. У него ведь имеется не только один Азам! Согласие было получено сразу: союз с наследником такой династии выглядел почти сказочно, ведь изгнанная османская принцесса могла вновь войти в мир великих домов Востока.
Двойная свадьба состоялась в 1931 году и стала событием, которое обсуждали в разных странах, хотя торжество было скромным. А еще все сразу заметили, как забавно выглядят жених и невеста – Азам и Дюрешехвар. Низенький и полный сын низама и его статная грациозная избранница.
С виду это был почти идеальный союз: благородная невеста, несметные богатства, величественный двор, блеск традиций. Но за внешней красотой скрывалась реальность, куда более сложная.
Азам Джах был человеком, которого современники описывали по-разному, но почти всегда без романтического ореола. Его считали склонным к излишествам, он вел бурную личную жизнь. Казалось, что Азам пытается компенсировать себе все то, что прежде было недосягаемо, когда над ним открыто смеялись.
Дюрешехвар не сразу поняла, что будет непросто. Молодожёны и их многочисленная свита отправились из Венеции в Индию 12 декабря 1931 года на океаническом лайнере Pilsna. В Бомбее их ждал торжественный прием, потом они пересели на частный поезд семьи низама и добрались до Хайдарабада. И вот там, 4 января 1932 года, состоялся особенно роскошный банкет. Для пары выделили виллу Белла Виста, османская принцесса получила титул принцессы Берар.
Первые годы в Хайдарабаде Дюрешехвар провела в обстановке поистине царского блеска. Двор Низама был одним из самых роскошных в Азии. Здесь ценили редкие ткани, драгоценности, музыку, поэзию и строгий церемониал. Для молодой принцессы это был новый мир, где каждый шаг сопровождался вниманием, а каждое появление превращалось в событие.
В ней видели не только супругу наследника, но и символ высокого международного статуса. Но следовало соблюдать немало правил. Османские принцессы были куда свободнее, чем женщины из семьи низама. Им следовало носить сари, а не европейское платье (к чему Дюрешехвар уже давно привыкла), молчать в присутствии мужчин и следовать за ними. И подчиняться.
Дюрешехвар старалась соответствовать, вела себя сдержанно и очень достойно. Ее уважали за манеры, ум, такт и редкую способность сохранять спокойствие в любой ситуации.
Поскольку султанша свободно говорила на двух европейских языках, она сопровождала мужа в заграничных поездках, была принята при Дворе короля Георга V. А в Индии Дюрешехвар шаг за шагом отстаивала права женщин – она считала, что пришло время, когда они могут сами зарабатывать себе на жизнь, а не зависеть полностью от мужчин.
— Она – наша ценнейшая драгоценность! – говорил про нее свекор.
Именно для султанши поменяли строгие правила. Дюрешехвар могла сама водить автомобиль и ездила верхом в компании своей подруги Рани Деви. Они еще и играли в теннис на корте дворца!
Но личное счастье не пришло.
Богатство не сделало Азам Джаха внимательным мужем. Напротив, отчуждение между супругами росло. Даже рождение двух сыновей не смогло улучшить погоду в доме.
В традиционном аристократическом мире от жены ждали терпения и молчания. И Дюрешехвар действительно долго терпела. Сыновья стали для нее главным смыслом жизни. Именно ради них она продолжала сохранять видимость семейного порядка, даже когда внутри все уже было сломано. Но наступает момент, когда терпение иссякает. Терпеть унижения от мужа, который открыто появлялся в обществе других женщин, она не согласилась.
— Я ухожу, — сообщила Дюрешехвар потрясенному мужу.
Это был очень смелый шаг. Она забрала сыновей и уехала (потом оба учились в лучших английских школах). Перед бракосочетанием она подписала документы, что, если случится развод, Дюрешехвар получит 200 тысяч долларов. То есть, ей было на что жить.
После 1952 года Дюрешехвар жила в Лондоне и Стамбуле, но несколько раз приезжала в Хайдарабад. После кончины бывшего мужа в 1970 году, Дюрешехвар надолго уехала в Турцию, однако затем вернулась в Лондон. Этот период ее жизни был уже совсем другим. Она больше не была частью дворцового спектакля, не жила под постоянным давлением придворного этикета и могла сама выстраивать свой путь. Она поддерживала связи с Турцией, интересовалась судьбой своей семьи.
Дюрешехвар-султан вошла в историю не только как несчастная жена и дочь последнего халифа, но и как женщина редкой красоты. Ее современники отмечали безупречную кожу, выразительные глаза, утонченные черты и благородную посадку головы. Она умела одеваться с истинным вкусом. Ее стиль всегда оставался сдержанным, но роскошным. В ней не было показной пышности, зато было то, что запоминается надолго: естественная аристократичность.
Но красота Дюрешехвар была не только внешней. Не менее важным было ее отношение к людям. Она занималась благотворительностью и помогала тем, кто нуждался в поддержке до самой кончины в 2006 году. Открыла несколько больниц и школ, причем одна из них до сих пор носит ее имя.
