Ее толстую косу намотали на руку, чтобы Алагай не могла даже дернуться. «Смотри, — процедил сквозь желтые зубы онгут, — иначе с тобой сделают то же самое!» В эту самую секунду молодая женщина замерла. Она широко раскрыла глаза, чтобы запомнить каждую деталь этой картины. Показать свой страх, свою тревогу? Ни за что! Ведь она – дочь Чингисхана!
Когда все закончилось, Алагай бросили прямо возле погасшего костра. Она лежала, глядя на огромное черное небо и не могла рыдать. Не сегодня. А потом надо забыться крепким сном и думать, что делать дальше.
Когда-то в ее колыбели все дно было выстлано мягким ласковым мехом. Мать с любовью смотрела на девочку с такими яркими черными глазами, что сияли, словно звезды.
— Ты – Алагай, — весело говорила Бортэ. – Ты такая яркая и красивая, ты обязательно будешь счастлива.
Бортэ и сама была красавицей, которая когда-то настолько понравилась могущественному Есугею, что он сразу решил: сын женится только на этой девушке! Сколько тревог ее ждало потом… Но в детях судьба ее вознаградила – они рождались один за другим, крепкие, сильные, красивые. Дети любви и не могут быть другими. Чингисхан гордился своим потомством, ведь оно гарантировало, что завоеванные земли окажутся в надежных руках его наследников.
Алагай стала третьей дочерью Бортэ и Чингисхана. Она появилась на свет между 1186 и 1193 годом, а точнее сказать невозможно. Как и все девочки из монгольского племени, училась ловко держаться в седле. А еще стреляла из лука! Но до важных дел ее не допускали, это считалось привилегией мужчин. Однако для любимой дочери Чингисхана сделали исключение. Впоследствии, Алагай вспоминала многие наставления своего отца:
«Есть много вещей, которые можно любить, но самое важное — это любовь к теплой жизни. Это тело хрупко, но благородное имя вечно».
Мать терпеливо показывала, как собирать, а потом раскладывать юрту. Никто не знал, как сложится судьба Алагай. Сама-то Бортэ не любила сопровождать мужа в походах. А вдруг дочери выпадет кочевая жизнь? Тогда она должна быть готовой ко всему.
— Твой муж – твой господин, — говорила мать своей Алагай. – Всегда помни об этом. Но не забывай еще о том, что ты дочь великого Чингисхана.
Девушек на выданье учили с первого взгляда определять, в каком настроении находится мужчина. Вошел ли он расстроенным, злым, или наоборот, он совершенно спокоен? От этого зависел лад в доме. Если жена правильно распознавала душевное состояние своего супруга, она точно могла сделать все необходимое – где-то смолчать, не желая вызывать раздражения. А в другой ситуации, наоборот – рассмешить, затеять веселую беседу!
Простолюдинки могли быть грубыми, а дочери вождей воспитывались иначе. Надо было говорить негромко, ходить грациозно, а какое значение придавали запаху! У богатых и знатных девушек одежда пахла дорогими благовониями, которые везли из Китая. У Алагай в сундучке была целая коллекция всевозможных ароматных трав, с помощью которых служанка обрабатывала ее одежду.
Семь талантов надлежало иметь знатной девушке: умение почитать родителей, правильно воспитывать детей, шить, готовить, быть гостеприимной и хранить традиции…
Шел 1204 год, когда жизнь Алагай разом переменилась. Алахуш-Дигитхури, предводитель онгутов, предупредил Чингисхана о готовящемся против него наступлении. Беда должна была обрушиться на монголов внезапно и неотвратимо, но преданность Алахуша их спасла. И тогда Чингисхан в знак признательности выразил свою волю: пусть его самая красивая дочь, Алагай, выходит замуж за родственника Алахуша.
Есть разные версии о том, кто стал мужем Алагай. По самой распространенной, это был старший сын Алахуша-Дигитхури по имени Бай-Шибу. Такая версия кажется самой правдоподобной, ведь Алагай была по монгольским меркам принцессой, дочерью правителя. Таких девушек за племянников или младших сыновей не отдавали…
За ней давали огромное приданое. Целые стада гнали за повозками, на которых к северным китайским границам везли дочь Чингисхана. Была ли она взволнованна, расстроена, несчастна? На этот счет нет никаких сведений. Скорее всего, воспитанная в традициях своего рода, Алагай отлично понимала, что рано или поздно с ней произойдёт нечто подобное. К тому же, ее везли не в обветшалый старый дом, а в юрту правителей онгутов.
Ту Цзи, автор «Исторических записок о монголах» («Мэн-у-эр ши цзи»), говорит, что брак был выгоден Чингисхану. С его помощью он получал контроль над пустыней Гоби, где существовали государства, которые ему не подчинялись. Он всегда мог опереться на онгутов, если бы ему пришло в голову двигаться на восток… А Алагай была гарантией мира.
Преданная дочь не подвела отца. Будучи покорной и ласковой женой, она не упускала случая оказать поддержку монголам – присылала им лошадей, столь необходимых для походов Чингисхана.
…Но в племени онгутов зрело недовольство. Все чаще звучали голоса против Чингисхана и его дочери.
— Это Алахуш-Дигитхури виноват, что мы заключили этот унизительный союз! – возмущались воины. – Нам не подчиняться надо, а отстаивать свое!
Возник заговор, а потом он обернулся такой бурей, что она смела и правителя, и его старшего сына. Алагай все это видела своими глазами – ее заставили смотреть. А потом бросили под открытым небом, полагая, что дикие звери решат ее судьбу.
Но вышло иначе. Алагай не только выжила, но и добралась до отца. Ну а тот отправил к онгутам войско и подавил восстание. Его приказ был жестким: все, кто выше колеса от повозки, отправятся следом за их покойным правителем.
И тут Алагай упала в ноги отцу. И умоляла пощадить людей. Говорила, что великодушие запомнится им намного лучше, чем жестокость. Надо отдать должное Чингисхану, к мнению дочери он прислушался. Казнили только тех, кто был причастен к заговору.
Алагай снова вышла замуж, теперь уже за Шенгуя, двоюродного брата своего мужа. Известно, что у них был сын Негудай. И еще, что именно Алагай стала играть важную роль в деле управления землями. Отец поручил ей огромную территорию, а потом дочь получила новый титул: тору дзасагчи гунджи — принцесса-правительница.
Она не только воевала, расширяла владения или принимала посланников. Алагай прославилась, как очень образованная женщина своего времени: она много читала и настаивала, чтобы монгольских ребятишек тоже учили читать. Из Китая ей привозили труды ученых, которые она с интересом изучала, особенно все, что касалось врачевания.
Заботилась она и о браках среди представителей важных онгутских семей с девушками из того же рода, что и Алагай. Так ширилось доверие между племенами, так налаживались связи…
«Каждый день она читает книги, и тысячи женщин получают питание. Любая война будет решаться её собственными руками», — упоминается в «Полных хрониках монгольского ханства».
А когда не стало Шенгуя, то принцесса-правительница удивила всех – пошла замуж в третий раз, за родственника мужа, который был младше ее в два раза!
В 1230 году, по неизвестным причинам, Алагай покинула этот мир. А еще семьдесят пять лет спустя, один из ее родственников, император Тэмур, велел даровать Алагай почетный титул. Он звучит так: Ци-го да-чжан гун-чжу.
