Я всегда считала, что если в веке 17-18 тебе повезло родиться в богатой и знатной семье, то это в принципе лучший исход, которого можно желать. Но чем больше я читаю различных материалов, тем больше осознаю, что и в этом случае гарантий на долгую и счастливую жизнь не было никаких. И пример несчастной Луизы-Шарлотты тому ярчайшее подтверждение.
Товар на витрине
Луиза Шарлотта родилась в 1779 году в герцогстве Мекленбург-Шверин – одном из тех небольших немецких государств, которые в ту эпоху существовали во многом за счёт выгодных брачных союзов. Она была старшей дочерью великого герцога Фридриха Франца I, и с раннего детства её воспринимали прежде всего как дипломатический ресурс.
К концу 1790-х годов она считалась одной из самых завидных невест на европейском брачном рынке.
Нашли вариантик для подходящего союза быстро. В 1797 году её сосватали за Августа, наследного принца Саксен-Гота-Альтенбургского, – дальнего родственника по материнской линии. На бумаге партия выглядела блестяще: Август был состоятелен, образован, покровительствовал искусствам. Луизе Шарлотте было 18 лет, Августу – 25. Свадьбу сыграли в Людвигслюсте 21 октября 1797 года.
Мужчина в женском платье
Чтобы понять, что происходило за закрытыми дверями Готского замка, стоит сначала разобраться, кем был Август на самом деле.
Художница Каролина Луиза Зайдлер, приехавшая ко двору зимой 1811 года писать портреты герцогской семьи, оставила примечательное описание: она назвала Августа «величайшим оригиналом своего времени», во внешности которого было что-то «дамское».
Это была дипломатичная формулировка. По более прямым свидетельствам, Август регулярно появлялся перед придворными в женской одежде и настаивал, чтобы в частной жизни его называли «Эмили». Стихи, приписываемые ему, содержат намёки на влечение к мужчинам, хотя это и остаётся лишь предположением историков.
Всё это рисует портрет человека, глубоко несчастного в собственном теле, живущего под постоянным давлением роли, которую он не мог и не хотел играть. Однако внутренний конфликт не делал его жертвой: свою неудовлетворенность он выплёскивал на жену.
Август был патологически сосредоточен на себе, переменчив в настроениях и жесток. Он унижал Луизу Шарлотту публично – высмеивал её внешность, и при дворе её открыто называли «невзрачной». Он отрезал её от подруг, от семьи, от любых связей за пределами замка. Он давал ей понять, что единственная её ценность – это способность произвести на свет наследника. И это было не просто психологическим давлением: исторические источники прямо указывают на то, что брак, так сказать, был физически жестоким.
Без права на выход
Луиза Шарлотта пыталась уйти. Она просила родителей забрать её домой, но получила отказ. Это, пожалуй, один из самых горьких моментов всей истории: семья, которая должна была её защитить, предпочла не разрушать политический союз.
У неё не было никаких инструментов для сопротивления. Насилие мужа над женой в конце XVIII века не существовало как юридическое понятие – жена была собственностью супруга, и закон не вмешивался в то, что происходило в стенах семейного дома.
Она прожила в этом браке три года – от 18 лет до 21.
Эхо несчастья
21 декабря 1800 года Луиза Шарлотта родила дочь, которую назвали Луизой. Это был единственный ребёнок в браке. 4 января 1801 года, через одиннадцать дней после родов, Луиза Шарлотта умерла от послеродовых осложнений. В целом, никто даже не пытался особенно ее лечить.
И если вы думаете, что такая судьба – исключение из правил, то ничего подобного. Ее дочь с пугающей тягостью повторила судьбу матери.
Луизу в 17 лет выдали замуж за Эрнста I, герцога Саксен-Кобургского, который был вдвое её старше и с первых лет брака открыто изменял жене. В 1824 году скандал с её собственными романами стал поводом для изгнания: Луизу выслали из герцогства и навсегда разлучили с двумя сыновьями – восьмилетним Эрнстом и пятилетним Альбертом. По одной из историй, она ещё раз видела сыновей мельком – переодевшись крестьянкой, пробралась в толпу на деревенском празднике, где они были. Луиза умерла в 1831 году, в 30 лет, в Париже.
Её младший сын Альберт (который позже станет мужем королевы Виктории), правда, вырос человеком с репутацией образцовой нравственности – верный муж, строгий моралист, человек, для которого семейная верность была почти религией. Биографы давно заметили прямую линию между его детской потерей и этой взрослой одержимостью: мальчик, которого бросила мать – точнее, которого от матери отняли, – вырос с железной убеждённостью, что семья не должна разрушаться изменами и слабостью.
А в начале этой цепочки стоит Луиза Шарлотта – женщина, о которой почти никто не помнит.
