В 1983 году в издательстве «Ардис» вышла книга Иосифа Бродского «Новые стансы к Августе». Под названием стояло короткое пояснение: «Стихи к М. Б., 1962–1982».
За двумя буквами скрывалась ленинградская художница Марианна Басманова, которую близкие чаще называли Мариной. Первые посвящённые ей стихотворения Бродский написал вскоре после знакомства, а в 1989 году, когда они уже семнадцать лет не виделись, над его новым произведением вновь появились инициалы «М. Б.».
Их роман закончился намного раньше, но внутренний разговор поэта с этой женщиной продолжался почти три десятилетия. При этом сама Басманова редко рассказывала об отношениях с Бродским, поэтому её история дошла до нас главным образом через стихи, письма и воспоминания людей из окружения поэта.
Из этих воспоминаний постепенно сложился образ прекрасной и холодной музы, которая очаровала Бродского, отвергла его любовь и разбила ему сердце. Реальные отношения были сложнее. Марианна возвращалась к Бродскому после тяжёлых ссор, навещала его в ссылке и родила от него сына, но так и не согласилась стать его женой.
Дочь художников
Марианна Басманова родилась 20 июля 1938 года в Ленинграде. Её отец Павел Басманов был живописцем и книжным графиком, мать Наталия Басманова тоже иллюстрировала книги. Марианна с детства росла среди рисунков, красок и разговоров об искусстве.
Первые годы войны она провела в осаждённом Ленинграде. В сентябре 1942 года девочку вместе с матерью и бабушкой эвакуировали в Алтайский край. Вернуться домой семья смогла только в феврале 1945 года.
После войны Басмановы жили в доме № 15 на улице Глинки. Квартира прежде принадлежала семье Александра Бенуа, а позднее в ней жил художник Николай Тырса. В доме собирались живописцы, графики и литераторы, поэтому Марианна с юности оказалась частью ленинградской художественной среды.
В 1956 году она начала заниматься у Владимира Стерлигова, ученика Казимира Малевича. У него Басманова изучала рисунок, композицию и способы построения пространства. С начала 1960-х годов она работала в книжной графике, иллюстрировала произведения для детей, позднее сотрудничала с журналами «Мурзилка» и «Костёр».
Женщина, которая чаще молчала
Знакомые Марианны почти всегда вспоминали её сдержанность. В компаниях, где громко спорили, читали стихи и старались превзойти друг друга остроумием, она могла провести целый вечер, почти не вступая в разговор.
Людмила Штерн писала:
«Она казалась очень застенчивой… Бывало, за целый вечер и слова не молвит, и рта не раскроет».
Часто Басманова сидела в стороне и рисовала в маленьком блокноте. Её молчаливость одни воспринимали как застенчивость, другие — как холодность и отстранённость.
Обратила внимание на молодую художницу и Анна Ахматова. Её слова о Марианне сохранились в воспоминаниях современников:
«Тоненькая… умная… и как несет свою красоту! <…> И никакой косметики… Одна холодная вода».
Басманова действительно почти не пользовалась косметикой, носила длинные тёмные волосы и производила сильное впечатление на людей, которые встречали её впервые.
Бродский был устроен совсем иначе. Он легко становился центром компании, громко читал стихи, шутил, спорил и быстро переходил от веселья к предельно серьёзному разговору. Рядом с молчаливой Марианной его порывистость становилась ещё заметнее.
Встреча у Бориса Тищенко
Иосиф Бродский и Марианна Басманова познакомились 2 января 1962 года в квартире композитора Бориса Тищенко. Поэту было двадцать два года, художнице — двадцать три.
Уже 2 февраля Бродский датировал стихотворение «Я обнял эти плечи и взглянул…» с посвящением «М. Б.». В нём почти ничего не сказано о внешности женщины. Поэт смотрит на комнату за её спиной: стены, мебель, паркет, печку и буфет. Близкий человек находится рядом, но вещи словно заранее напоминают, что однажды останутся без него.
Так в самом начале романа появились темы, к которым Бродский будет возвращаться много лет: присутствие и отсутствие, память вещей, прожитое время и близость, которую невозможно сохранить навсегда.
Отношения развивались стремительно. По воспоминаниям друзей, Бродский говорил о Марианне как о будущей жене. Они гуляли по Ленинграду, встречались у знакомых, обсуждали литературу и живопись. Марианна рисовала, а Бродский читал ей новые стихи и сам постоянно оставлял наброски на полях рукописей и в записных книжках.
Однако общего представления о будущем у них не было. Бродский хотел жениться, а Басманова не спешила связывать себя браком. Сближения сменялись ссорами, после которых оба объявляли отношения законченными, но спустя время снова встречались.
Ночь на даче
Самый известный эпизод их романа произошёл в ночь с 31 декабря 1963 года на 1 января 1964-го. Бродский в это время находился в Москве, где пытался избежать усиливавшегося преследования за «тунеядство».
Новый год компания молодых поэтов и художников встречала на даче под Ленинградом. Среди гостей находился близкий друг Бродского Дмитрий Бобышев. Марианна добиралась туда одна, проехала нужную станцию и оказалась в Зеленогорске. До дачи её подвёз милиционер на мотоцикле с коляской.
Основные подробности этой ночи известны из поздних воспоминаний самого Бобышева. Во время праздника он и Марианна вышли прогуляться со свечами. На прогулке они поцеловались. Бобышев напомнил, что Бродский считает её своей невестой, на что Басманова ответила:
«Я себя его невестой не считаю, а что он думает — это его дело».
Позднее огонь от свечи попал на серпантин, а затем перекинулся на занавеску. Пока остальные гости тушили пламя, Марианна, по словам Бобышева, произнесла: «Красиво!»
Новогодняя ночь стала началом близости между Басмановой и Бобышевым. Узнав о случившемся, Бродский вернулся в Ленинград и отправился объясняться сначала с другом, а затем с Марианной. К болезненному разрыву с любимой женщиной добавилось ощущение предательства со стороны человека, которому он доверял.
В январе Бродский пережил тяжёлый душевный кризис и порезал себе запястья. Сведения об этом появились в дневниковых записях Лидии Чуковской, а знакомые поэта вспоминали, как видели его с забинтованными руками. Личная драма совпала с периодом, когда вокруг него уже сжималось кольцо государственного преследования.
Арест и ссылка
13 февраля 1964 года Бродского арестовали. До этого в «Вечернем Ленинграде» вышел фельетон «Окололитературный трутень», после которого обвинения в тунеядстве превратились в уголовное преследование.
13 марта суд приговорил поэта к пяти годам высылки с обязательным привлечением к труду. Бродского отправили в деревню Норенскую Архангельской области, где он работал в совхозе и продолжал писать стихи.
Однако отношения с Басмановой не прекратились. Марианна приезжала к нему в Норенскую и некоторое время оставалась там. Позднее в ссылке появился и Бобышев. Воспоминания участников об этих поездках расходятся, но ясно, что любовный треугольник продолжал существовать и после суда.
Бродский был готов возобновить отношения с Марианной. Встречи вновь сменялись разлуками, а надежда на примирение — очередной ссорой.
Много лет спустя Людмила Штерн спросила Бродского, почему во время суда он выглядел таким невозмутимым. По её воспоминаниям, поэт ответил:
«Это было настолько менее важно, чем история с Мариной — все мои душевные силы ушли, чтобы справиться с этим несчастьем».
Эти слова не обесценивают тяжесть суда и ссылки. Они показывают, насколько сильно личная драма занимала Бродского именно в начале 1964 года.
В сентябре 1965 года назначенный срок сократили до уже отбытого. Бродский провёл в Архангельской области восемнадцать месяцев и 24 сентября вернулся из ссылки.
Рождение сына
После возвращения Бродского отношения с Басмановой снова возобновились. Примирение не принесло спокойствия, но в 1967 году стало известно, что Марианна ждёт ребёнка.
8 октября родился их сын Андрей. Бродский хотел жить вместе, искал жильё, доставал кроватку, весы и коляску. Басманова уже не верила, что рождение ребёнка поможет им избавиться от постоянных конфликтов.
В письме из роддома она писала своей знакомой Людмиле Сергеевой:
«Хотя мои отношения с Иосифом не улучшились, да и не могут улучшиться… не думаю, чтобы наша совместная жизнь… могла сколько-нибудь пойти на пользу ребенку».
Письмо показывает, что решение не создавать семью исходило от самой Марианны. Она не отрицала связь с Бродским, но не хотела, чтобы сын рос в атмосфере бесконечных ссор.
Некоторое время Бродский, Басманова и маленький Андрей всё же пытались жить вместе. Наладить общий быт не получилось, и в начале 1968 года поэт сообщил друзьям об окончательном разрыве.
Андрей получил фамилию матери и отчество Осипович. Отъезд Бродского из Советского Союза произошёл только 4 июня 1972 года, поэтому эмиграция не была причиной их расставания. К тому времени возможность совместной жизни уже несколько лет оставалась в прошлом.
Любовь, оставшаяся в стихах
Расставшись с Басмановой, Бродский не перестал обращаться к ней в поэзии. В 1983 году он собрал написанные с 1962 по 1982 год произведения в книгу «Новые стансы к Августе». Поэт считал, что эти стихотворения можно читать как единое произведение с собственным внутренним сюжетом.
Название отсылало к «Стансам к Августе» Байрона. За литературной параллелью оставалась личная история, которая со временем превратилась в разговор об утраченной молодости, прежнем Ленинграде и жизни, которую уже невозможно повторить.
Марианна не исчезла и из переписки Бродского. В Отделе рукописей Российской национальной библиотеки хранятся 33 её письма и 21 телеграмма поэту, некоторые из них сопровождаются рисунками.
В 1989 году появилось стихотворение «Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером…» с посвящением «М. Б.». Бродский и Басманова к тому времени не виделись семнадцать лет. Поэт писал:
«Но забыть одну жизнь — человеку нужна, как минимум, еще одна жизнь».
К концу стихотворения он утверждает, что прожил эту вторую жизнь. Однако сам факт появления посвящения показывает: прошлое не исчезло, а стало частью памяти, с которой он продолжал разговаривать.
Жизнь после Бродского
Роман с известным поэтом часто заслоняет собственную работу Марианны Басмановой. Она продолжала заниматься книжной графикой, живописью и акварелью, участвовала в выставках и сохраняла художественное наследие своего отца.
С 1994 по 2005 год Басманова работала научным сотрудником музея «Царскосельская коллекция». Она занималась экспозицией, участвовала в подготовке временных выставок, организовывала показы произведений Павла Басманова в Русском музее, Манеже и Третьяковской галерее.
Она также консультировала некоторые проекты, посвящённые Бродскому, но не стала публично пересказывать историю их отношений. Поэтому мы хорошо знаем, как эту любовь переживал поэт, но гораздо меньше понимаем чувства женщины, которой он посвящал стихи.
Марианна не обещала стать его женой и не согласилась жить по тому сценарию, который представлялся правильным Бродскому. Вместе с тем она возвращалась к нему после разрывов, навещала в ссылке, родила от него сына и ещё много лет сохраняла с ним связь.
Для Басмановой этот роман остался частью личной жизни. Для Бродского он стал частью поэзии.
Две буквы — «М. Б.» — пережили сами отношения. За ними сохранилась история двух очень разных людей, которые много лет пытались остаться рядом, но так и не смогли жить вместе.
