— Слышишь, дочь, к тебе посватался боярин Глеб Иванович Морозов. Пятидесяти четырех лет. Недавно овдовел. Знатный жених. Честь великая, — радостно сообщил Прокофий Соковнин.
Побледнев, Феодосия не шелохнулась. Лишь пальцы вцепились в край вышитого платка, лежавшего перед ней. В душе появилось горькое разочарование, но она его тут же заглушила. Ее с малых лет растили в страхе Божьем и в покорности старшим. Она бы никогда не посмела перечить родительской воле, ведь это было почти святотатством.
— Я рада, батюшка, — тихо прошептала Феодосия, склонив голову к вышивке, чтобы отец не заметил ее душевного смятения.
Феодосия появилась на свет в 1632 году в семье воеводы Прокофия Федоровича Соковнина и жены его Анисьи. В семье было четверо детей: старшие братья Федор и Алексей, сама Феодосия и младшая сестра Евдокия.
Детские годы Феодосии прошли в тереме. С ранних лет сестры привыкли к строгости. Их обучали ведению домашнего хозяйства, рукоделию и покорности. Но самое главное, их растили глубоко верующими и боящимися гнева Господа. В Домострое XVI века об этом хорошо написано:
И не ослабей, бия младенца; если лозою бьешь его, то не умрет, а здоровее будет; ты ибо, бья его по телу, душу избавляешь от смерти; дочь имеешь: положи на нее грозу свою и блюди ее от телесных грехов, да не посрамит лица твоего, да в послушании ходит, да не свою волю имеет, и в неразумии прокудит девство свое и сделает тебя знаемым твоим в посмех, и посрамит тебя при множестве народа. Если отдашь дочь свою без порока, то очень большое дело совершишь, и посреди собора похвалишься, и при кончине своей не постонешь на нее.
Так что Феодосия с самого детства знала, что ее участь будет полностью зависеть от решения отца. От нее требовалась быть послушной и богобоязненной дочерью.
В 1648 году царь Алексей Михайлович женился на девице Марии Милославской, а его приближенный «дядька» Борис Иванович Морозов, желая породниться с государем, взял в жены сестру Марии — Анну.
Возвышение Милославских привело к тому, что к царскому двору были приближены их родственники. Среди них оказался Прокопий Федорович Соковнин. Его назначили дворецким у царицы.
После этого Прокопий Федорович позаботился о дочерях и устроил так, чтобы Феодосия и Евдокия оказались при молодой царице. Именно там юную Феодосию приметил боярин Глеб Иванович Морозов (брат Бориса Морозова).
Девица была очень хороша собой, да вот неприятность, Глеб Иванович три десятка лет находился в браке с Авдотьей Алексеевной. Детей у них не было и, конечно, Глеб Иванович не мог не лелеять мечты о наследнике от новой, молодой жены.
Последующие события развивались очень бурно.
Борис Иванович Морозов слишком увлекся властью и жаждой денег. Благодаря его пошлинам на соль, началось народное недовольство, и последующие события привели к тому, что разгневанные люди готовы были растерзать на части потерявшего совесть боярина. Царю Алексею Михайловичу удалось спасти жизнь своему любимцу, но держать его при себе он больше не мог, поэтому удалил боярина в Кирилло-Белозерский монастырь.
Глебу Ивановичу повезло и он удержался при царе. Его везение продолжилось, и в 1649 году он стал вдовцом. Не собираясь долго горевать, 54 летний боярин посватался к девице Феодосии Прокофьевне Соковниной. Учитывая, что он был одним из богатейших людей России, отец невесты очень обрадовался.
В том же 1649 году сыграли веселую свадьбу и у Феодосии началась другая жизнь. Теперь вместо отца у нее был Глеб Иванович. Она постепенно привыкла к нему, полюбила и полностью ему подчинялась, считая, что их брак воля Божия.
В 1650 году у супругов родился сын, которого они нарекли Иваном.
Несмотря на новое положение, Феодосия была по-прежнему приближена к царице. Только теперь не жила при ней, а была «приезжей боярыней».
Евдокию, сестру Феодосии, выдали замуж в 1651 году. Ее супругом стал молодой князь Петр Семенович Урусов.
А между тем царь переживал нехватку общения с Борисом Морозовым. Но как говорится, незаменимых людей не бывает. Некоторое время на душе у государя была пустота, которую в скором времени полностью заполнил игумен Никон. Он был весьма красноречивым человеком, хорошо знающим людские души. Никон с легкостью изучил характер царя и научился оказывать на государя колоссальное влияние.
Началось не только стремительное возвышение Никона (был назначен главой церкви), но и грандиозные изменения в вере. Посыпались новые церковные реформы, вызывающие недоумение у народа и церковных представителей. С неугодными Никон, благодаря поддержке царя, жестоко расправлялся (чего стоит история с замученным Даниилом Костромским).
Никон играючи привел царя к мысли, что надобно исправить богослужебные книги и внести в них изменения по греческим образцам. Одно из изменений — креститься не двумя перстами, а тремя.
Алексей Михайлович послушно внимал своему новому любимцу.
Любимцем Никон оставался до 1658 года, а потом у него с царем произошла размолвка и дружба распалась. Однако, посеянные семена, начали давать свои плоды. Алексей Михайлович, полностью уверовав в то, что все церковные реформы, зародившиеся при Никоне, верны, начал созревать к «охоте на ведьм». То есть, к притеснению тех, кто не желал полностью переходить к новым богослужебным традициям.
Феодосия с опаской слушала о происходивших в церкви изменениях. Ей, истинно верующей женщине, происходившее очень не нравилось. Но ее дело было маленькое: слушать да помалкивать. Все изменилось в 1662 году, когда Глеб Иванович испустил дух и боярыня Морозова стала вдовой.
Феодосии в то время было тридцать лет. Она, по свидетельствам протопопа Аввакума была красивой женщиной:
Лепота лица твоего сияла, яко древле во Израили святыя вдовы Июдифы,
победившыя Навходоносорова князя Алоферна. И знаменита была в Москве пред человеки, яко древняя Деввора во Израили, Есфирь жена царя
Артаксеркса… Очи же твои молненосны, держастася от суеты мира, токмо на нищих и убогих призирают. Нозе же твои дивно ступание имеют
К внешности добавить огромнейшее состояние Морозовой и становится понятно, что вдова являлась желанной невестой многих знатных мужчин. Но она не собиралась больше связывать себя узами брака. Ей хотелось сосредоточиться на воспитании сына и добрых делах. Кроме того, будучи замужней женщиной, она чаще всего находилась дома, а теперь получала право на свободное передвижение.
Теперь Феодосия стала частой посетительницей церквей. Ей нравилось беседовать со священнослужителями. Она углублялась в веру и делала щедрые подношения монастырям. Морозова сильно сблизилась с протопопом Аввакумом, ярким представителем старообрядчества и он стал ее духовным отцом. Сестра Феодосии, следуя ее примеру, тоже стала духовной дочерью Аввакума.
Когда в 1664 года царь отправил Аввакума в ссылку, потрясенная Феодосия начала собирать в своем доме монахов-старообрядцев. Все кто осуждали никоновские реформы, были для нее желанными гостями.
Естественно, поведение боярыни стало скандальным и сильно раздражало царя. Алексей Михайлович, избавляясь от других старообрядцев, был вынужден сдерживаться по отношению к Морозовой. А все потому, что к ней хорошо относилась царица.
В 1669 году Феодосия лишилась своей заступницы: несчастная государыня не выдержала очередного испытания родами и скончалась. Морозова поняла, что лучшим выходом для нее будет постриг. Она надеялась, что успеет сперва женить сына Ивана, но потом поняла, что у нее нет сил на всю эту мирскую суету. В декабре 1670 года она совершила тайный постриг.
В январе 1671 года, оправившийся от потери жены, царь Алексей Михайлович собрался снова жениться. Так как Морозова являлась старшей боярыней, она должна была присутствовать на свадьбе, но к тому моменту она уже являлась инокиней, а потому, по церковным правилам, не имела права на подобные «развлечения».
Феодосия, решившая посвятить себя Богу, не хотела брать грех на душу и решила сказаться больной. Мол, ноги не ходят. Да, врать грешно, но куда большим грехом казалось идти на свадьбу царя.
За Морозовой приходили несколько раз, но она все равно не шла. Взбешенный Алексей Михайлович решил, что та специально решила его оскорбить. Этому не могло быть прощения.
В конце 1671 года над домом Морозовой сгустилась тяжелая туча…
Мстительный царь, затаивший обиду, вволю отыгрался. Феодосию и ее сестру Евдокию заключили под стражу. От них требовали принятия новых церковных реформ. Учитывая набожность женщин, было ясно, что они откажутся.
Иван Морозов провожал мать в последний путь. Для него происходившее было чудовищным. Он переживал и не мог сдерживать слез. Это испытание он не перенес и вскоре скончался. Все имущество Морозовых было отдано в царскую казну.
Феодосию и Евдокию подвергли жестоким испытаниям. От них настойчиво требовали отречься от старой веры, выкрикивали угрозы, давили страхом и болью, но ни Феодосия, ни Евдокия не склонили головы. Их стойкость лишь распаляла ярость тех, кто добивался покорности. Однако расправиться с ними открыто царь не решался. Слишком знатным был их род, слишком громким могло стать возмущение в боярской среде.
Потому избрали другой путь, но не менее беспощадный… Сестер вывезли подальше от Москвы, в Боровск, и поместили в земляную тюрьму. Там их решили заморить голодом и перестали приносить еду и воду. Бедные женщины скончались. Их не стало осенью 1675 года.
Борьба между Алексеем Михайловичем и строптивой боярыней была завершена. Но сложно сказать, что царь вышел победителем. Во-первых, люди были на стороне боярыни. В их глазах ее слово стало последним, она выдержала муки и не была сломлена. Во-вторых, Господь словно наказал его, и не прошло и трех месяцев, после гибели мучениц, как у царя произошел сердечный приступ. На момент смерти ему было сорок шесть лет.
