«Живот от Андрея?» — по-крестьянски грубо спросила Лариса. Юная посетительница тут же заплакала, принялась извиняться сквозь слезы. Но Лариса ничего не слышала.
Семья Ларисы вела род с Рязанщины. В Москву перебрались лишь в 1925-м, а спустя тринадцать лет, в 1938-м, на свет появилась Лариса. Ее отец, Павел Васильевич Егоркин, был инженером, мать, Анна Семеновна, работала швеей.
Лариса росла непоседливой и увлекающейся девочкой. Увидев однажды балет по телевизору, стала грезить танцами. Какое-то время даже посещала хореографический кружок.
Мать к тому времени стала шить костюмы на «Мосфильме», и с ее помощью Лариса вместе со старшей сестрой Антониной оказались на киностудии. Тоня устроилась ассистенткой в актерском отделе, а Лариса окончила курсы, где готовили помощников режиссеров.
В 1957-м, едва достигнув девятнадцати лет, Лариса стала женой инженера Игоря Кизилова, а годом позже родила дочь, которую назвали Ольгой.
Несмотря на оконченные курсы, устроиться помощницей режиссера Ларисе Кизиловой долгое время не удавалось.
Шли годы, и Лариса уже начала сомневаться, что ее способности когда-нибудь окажутся востребованы. Но вот в 1965-м ей внезапно поступило предложение от «Мосфильма» — поработать над картиной «Андрей Рублев». Режиссером ленты был молодой, но уже получивший широкую известность Андрей Тарковский.
Для Кизиловой это был долгожданный шанс — впервые выступить ассистентом режиссера в полном метре. Она согласилась не раздумывая. На площадке Лариса проявляла собранность и хватку: любое указание Тарковского исполнялось мгновенно.
Андрей был весьма доволен ее работой. Более того, он стал присматриваться к ассистентке внимательнее.
На съемочной площадке Ларису за глаза называли «деревня». Внешне она действительно выглядела по-крестьянки грубоватой — особенно если сравнивать с интеллигентным до рафинированности Тарковским.
Но при этом Лариса обладала редким даром: она умела создавать вокруг себя атмосферу комфорта. Стоило Андрею лишь мысленно потянуться к чашке горячего кофе, как та уже оказывалась перед ним на столике.
Да, Лариса была мастерицей уюта, чем, к слову, совершено не могла похвастаться супруга режиссера — красавица-актриса Ирма Рауш.
Ирма и Андрей внешне смотрелись безупречной парой, однако их семейная жизнь не была счастливой. Тарковского изматывали истерики жены из-за отсутствия ролей, вечные сомнения в собственном актёрском даровании и полная неспособность наладить нормальный быт.
Именно поэтому для Андрея стало настоящим откровением, что женщина может быть иной — такой, как Лариса Кизилова: заботливой, покладистой, готовой безоговорочно выполнять любую мужскую просьбу. А для Тарковского подобное имело огромное значение:
Именно такой была Лариса Кизилова. И диаметрально противоположной — Ирма Рауш. Ирма считала себя яркой звездой, выдающейся актрисой и ждала, что муж будет ее «жрецом», а не наоборот.
Когда по кинематографическим кругам поползли разговоры, что Тарковский завел роман с Кизиловой, Ирма Рауш громко рассмеялась: она и на миг не допускала, что её Андрей, утонченный интеллигент до мозга костей, способен увлечься необразованной женщиной деревенского вида.
Даже застав мужа и Ларису вдвоем, Ирма приняла версию Тарковского:
«Она пришла массаж делать, Лариса только душ примет и уйдет».
В Кизиловой актриса видела лишь массажистку — но никак не соперницу, способную отбить у неё мужа.
Однако вскоре, после тринадцати лет брака, Тарковский подал на развод. А летом 1970‑го женился на Ларисе, которая была уже на последнем месяце беременности. Кизилова взяла фамилию мужа, став Тарковской, а в августе родила режиссеру сына Андрей.
Для окружения Тарковского этот поступок режиссёра вовсе не стал потрясением. Близкие знали, как уязвим Андрей Арсеньевич, как остро он нуждается в надёжном тылу и человеке, способном оградить его от житейских неурядиц. И именно жена Лариса стала для Тарковского таким оберегом. Как отмечал биограф режиссёра Николай Болдырев:
То, что Тарковский влюбился в женщину, которая почти во всем его дополняла, противостоя ему, как природа противостоит духу, явствует из множества свидетельств. Все в ней было для него неожиданно, одновременно и шокирующее, и восхитительно: и телесная роскошь и русская бесшабашная удаль, смелость без границ и удержу, и та хозяйственная безупречность, та чистоплотность и инстинктивная («в крови») домовитость, которые искони присущи простой русской женщине…
Даже после свадьбы Лариса продолжала обращаться к мужу на «вы», неизменно подчёркивала его гениальность и брала на себя всё, что причиняло Тарковскому дискомфорт: в том числе, вела тяжелые переговоры с чиновниками и кинематографическим начальством.
На кухне в доме Тарковских никогда не переводились наваристый борщ, румяные пирожки, домашние котлеты. Это резко отличалось от неустроенного, промозглого быта, который был у Андрея в годы брака с Ирмой Рауш. Теперь у Тарковского появилась большая и по-настоящему дружная семья.
Лариса была женщиной эффектной, статной, с той самой «телесной роскошью», однако Тарковскому, привыкшему вращаться в кругу первых красавиц страны, этих достоинств супруги казалось мало. Режиссёр изменял жене без зазрения совести, и Лариса об этом прекрасно знала. Знала — и принимала.
Когда от Андрея Арсеньевича забеременела одна из её приятельниц, Тарковская … выдала подруге деньги на аборт. Эта скандальная история стала достоянием всей кинематографической Москвы.
Ходили и слухи, что Лариса, чтобы удержать Андрея, использовала его нездоровый интерес к выросшей и ставшей красавицей падчерице Ольге Кизиловой, или, по-домашнему, Ляльке.
В 1971-м Тарковский взял на главную женскую роль в своей новой картине «Солярис» 21-летнюю Наташу Бондарчук — дочь знаменитого режиссёра Сергея Бондарчука. Несмотря на разницу в возрасте в 18 лет, между ними завязался страстный, почти безумный роман.
Наталья ушла ради Андрея от мужа, кинооператора Элизбара Караваева, но Тарковский наотрез отказался разводиться с Ларисой. Сама же Лариса позвонила Бондарчук и заявила:
«Девочка, он не для тебя! Ты такого не вынесешь. Андрей не такой, каким тебе кажется. Это очень тяжелый человек».
Без памяти влюблённая в Тарковского Наталья попыталась свести счёты с жизнью: к счастью, её откачали.
Узнав о поступке Натальи, Тарковский тяжело вздохнул и обронил: «Все должны знать: без этой женщины я бы просто пропал».
Разумеется, он говорил о Ларисе.
Лариса безотказно выполняла любые желания Андрея Арсеньевича, оберегала его от тревог, брала на себя все житейские трудности. В собственном доме Тарковский чувствовал себя настоящим барином — всё вращалось вокруг него, подчиняясь его удобству и душевному покою.
На съёмочной площадке, будучи ассистентом режиссёра, Лариса отвечала за всю хозяйственную часть процесса: от комфорта актёров, режиссёров и операторов до организации питания, подбора реквизита, костюмов и поиска новых натурных локаций — словом, держала на себе необъятный пласт забот.
Но превыше всего Тарковский ценил в супруге её манеру ухаживать за ним, как за ребенком. При этом внешне Лариса Павловна неизменно старалась держаться как светская дама.
Представители богемного круга, окружавшего Андрея Арсеньевича, порой недоумевали от его «мещанского» быта. Но Тарковский души не чаял в этой простоте, радушии и хлебосольном изобилии.
Лариса Павловна терпеливо несла свой крест. Случалось, что в периоды безденежья, когда Тарковский оставался без работы, семья существовала лишь на её зарплату.
Жена всецело поддержала решение Тарковского уехать за рубеж. В Европе «деревенская» Лариса, к удивлению многих, быстро приспособилась к новой жизни и активно участвовала в работе над зарубежными фильмами мужа.
Андрей Арсеньевич, словно в благодарность за всё, что Лариса для него сделала, доверил ей небольшую роль в картине «Зеркало», осуществив тем самым её давнюю детскую мечту.
В декабре 1985 года врачи диагностировали у Тарковского рак лёгких. Лариса Павловна без промедления переквалифицировалась в сиделку — преданно и самоотверженно выхаживала мужа, хотя знала, что несколькими месяцами ранее у него начался роман с норвежской актрисой Берит Хеммигрхютт, которая ждала от него ребёнка.
29 декабря 1986 года Андрей Тарковский ушёл из жизни. Ему было 54 года.
Для Ларисы Павловны супруг словно продолжал оставаться живым. Она не оставила своего самоотверженного служения Тарковскому: в 1987-м основала Международный институт его имени, занялась сохранением творческого наследия, привела в порядок дневники и личные документы режиссёра.
В январе 1998-го в Париже Лариса Павловна Тарковская скончалась от онкологического заболевания в возрасте 60 лет. Следуя её воле, её похоронили рядом с мужем на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.
