В 1967 году, за четыре месяца до смерти, 80-летний Феликс Юсупов сделал то, чего избегал всю жизнь: сел перед камерой и публично подтвердил: «Да, я убил Распутина». Это интервью, снятое французским режиссёром Робером Оссейном на студии Billancourt Studios, стало вступлением к фильму «Я убил Распутина» и уникальным историко-правовым документом. Что именно сказал князь — и могло ли это иметь юридические последствия?
Диалог предельно лаконичен и лишён сожалений. На прямой вопрос Оссейна Юсупов отвечает утвердительно, уточняя детали: ему было 29 лет, когда это произошло. Княгиня Ирина подтверждает, что знала о замысле и одобряла его, и категорически опровергает версию о том, что служила «приманкой»: «Меня даже не было дома, меня не было и в Санкт-Петербурге, я была в Крыму». Кульминация — вопрос о чувствах к Распутину спустя полвека.
Ответ Юсупова: «Отвращение». На вопрос, повторил бы он содеянное, князь отвечает: «Да». Мотив участия в фильме — стремление к «правдивой истории», которой, по его мнению, не было в предыдущих картинах. Ненависть, таким образом, не только не угасла, но и стала движущей силой последнего публичного жеста.
Интервью действительно содержит признание, однако юридической силы в смысле основания для уголовного преследования оно не имело. Прежде всего, убийство было совершено в 1916 году в России, а к 1967 году сроки давности по тяжким преступлениям в большинстве правопорядков либо истекли, либо не применяются, но территориальная юрисдикция оставалась камнем преткновения.
Французские суды ещё в 1928 году отказались рассматривать гражданский иск дочери Распутина Марии против Юсупова, указав на отсутствие юрисдикции в отношении политического убийства, совершённого на территории России. Уголовное преследование во Франции в 1967 году было бы юридически немыслимым.
Наконец, к моменту интервью Юсупов был смертельно болен и скончался через несколько месяцев, что исключало реальные судебные процедуры. Интервью остаётся ценнейшим историческим свидетельством, но не процессуальным доказательством, способным повлечь обвинение.
Полная расшифровка интервью:
Оссейн: — Вы убили Распутина?
Юсупов: — Да.
Оссейн: — Сколько вам лет?
Юсупов: — Восемьдесят.
Оссейн: — Сколько вам было лет, когда вы убили Распутина?
Юсупов: — Двадцать девять.
Оссейн: — Князь, принадлежите ли Вы к русской императорской фамилии?
Юсупов: — Нет, но моя жена приходится племянницей императору Николаю II.
Оссейн: — Княгиня, знали ли Вы о замысле Вашего мужа?
Ирина: — Да, я все знала.
Оссейн: — И Вы одобряли его?
Ирина: — Да.
Оссейн: — Княгиня, я неоднократно слышал о том, что Вы в некотором роде являлись приманкой, которой воспользовался Ваш муж для того, чтобы заманить Распутина в тот вечер к себе.
Ирина: — Это совершенно не верно.
Оссейн: — Почему?
Ирина: — Потому что меня даже не было дома, меня не было и в Санкт-Петербурге, я была в Крыму.
Оссейн: — Князь, сейчас, на склоне Вашей жизни, когда Вы вспоминаете о Распутине, какие Вы испытываете чувства по отношению к нему?
Юсупов: — Отвращение.
Оссейн: — Были ли Вы лично заинтересованы в убийстве Распутина?
Юсупов: — Нет.
Оссейн: — Князь, если бы Вы снова оказались в подобных обстоятельствах и должны были бы принять решение, совершили бы Вы то же самое? Совершили?
Юсупов: — Да.
Оссейн: — Всю Вашу жизнь Вы отказывались от участия в создании фильма на эту тему. Все предыдущие фильмы о Распутине были сделаны без Вашего согласия. И вот первый раз Вы согласились на участие в нашем фильме. В первый раз Вы появились перед камерой. Князь Юсупов, почему?
Юсупов: — Потому что в других фильмах не было рассказано правдивой истории.
Оссейн: — Человек, который только что говорил с Вами, человек, который убил Распутина, будет сейчас вспоминать.
[ Юсупов снимает очки, идет начальная заставка фильма «Я убил Распутина». ]
