«Ты не моя дочь, — спокойно говорила Эмма, — но я готова любить тебя, как родную». Горация согласно кивала. Она знала, что является сиротой, и леди Гамильтон растит ее только из милости. Впрочем, приемная мать все больше погружалась в пучину…
Двенадцатилетняя девочка каждое утро приводила Эмму в чувство, а потом бралась за уборку. Выносила пустую стеклянную тару, а потом читала итальянские и французские книги. Раз она ничейная девочка, значит, надо суметь позаботиться о себе.
В 1801 году лорд Гамильтон наотрез отказался признавать ребенка. Он сквозь пальцы смотрел на влюбленность Эммы в Нельсона, но расплачиваться за ошибки этой женщины не собирался. У Гамильтона не было своих детей, и если бы новорождённая девочка была записана на его имя, то она стала бы наследницей… А этого Гамильтон допустить не мог: у него имелись кровные родственники, и свое состояние он планировал оставить им.
— Я не сделаю дочь Нельсона своей преемницей, — жестко произнес сэр Уильям.
Эмма родила девочку 29 января 1801 года в доме своего мужа. После этого ребенка завернули в пеленки и отнесли к кормилице, миссис Гибсон. Родной отец новорожденной, легендарный адмирал Нельсон, в тот момент находился в порту Торбэй.
«Не выразить словами, — писал он своей возлюбленной, леди Эмме Гамильтон, — как я рад услышать вести о рождении моей девочки!»
Но радость была омрачена незаконным происхождением Горации – так ее назвали. Мать не могла дать ей свою фамилию, отец – тоже. Нельсон состоял в законном браке, расторгнуть который было практически невозможно. Вот и получилось, что Горация стала ничейной девочкой. Ее крестили и записали под фамилией Томпсон. В графе «крестные родители» приходской священник указал леди Гамильтон и все того же адмирала Нельсона.
Крестница собственной матери! Горация росла и даже не подозревала, что Эмма ее родила. Когда в 1803 году леди Гамильтон овдовела, то надеялась, что сэр Уильям все-таки упомянул ребенка в завещании… Но в многостраничном документе не было ни слова про Горацию. Эмма даже расплакалась от злости.
В молодости леди Гамильтон была восхитительной красавицей. Родившаяся в простой и бедной семье, она позировала художникам, изображала «живую статую» и работала официанткой. Однажды познакомилась с аристократом, который взял ее в свое поместье. Этот человек одел Эмму, научил манерам, а потом выставил вон, когда она ему надоела. Какое-то время Эмму Харт – так ее звали до знакомства с сэром Уильямом – полностью обеспечивал племянник лорда Гамильтона. А когда молодой человек решил жениться, то просто отправил Эмму к дяде. Ко всеобщему удивлению, сэр Уильям женился на этой женщине в 1791 году и ввел ее в круг аристократии.
Сэр Уильям постоянно жил в Неаполе, и Эмма вскоре попала ко Двору неаполитанского короля. Скажу больше: она стала одной из ближайших подруг королевы! Живая, веселая, остроумная и бойкая, леди Гамильтон превратилась в украшение неаполитанского Двора. Ее величество лично присылала за Эммой карету, чтобы та поскорее приехала к ней и рассмешила своими забавными рассказами.
А Нельсон… Он появился в жизни леди внезапно и стал любовью всей ее жизни. О, это была любовь со множеством препятствий! Неудивительно, что Горацию не стали признавать официально.
Адмирала Нельсона девочка почти не запомнила: он скончался, когда ей было четыре года. Остались смутные очертания лица, Горации казалось, что она помнит его голос. И… все. В 1805 году на земле осталось только одно живое существо, которое заботилось о ней – Эмма. Но та летела в пропасть, причем стремительно.
Деньги таяли. Нельсон оставил для дочери пособие в размере 200 фунтов в год, но их не хватало.
Красота, которая прежде всегда выручала леди Гамильтон, поблекла, кредиторы преследовали ее. Однажды Эмма взяла Горацию и уехала во Францию, чтобы спрятаться от тех, кто требовал заплатить по счетам. К девочке она всегда относилась неплохо, хотя и без особой нежности. Нередко повторяла, что Горация не является ее родной дочерью, она приёмыш… Надо отдать должное Эмме: она приложила усилия, чтобы девочка выучилась. На французском и итальянском языках Горация заговорила как раз благодаря ей.
Она не знала, кто ее мать. Ей сказали, что отец – вице-адмирал Чарльз Томпсон, приятель Нельсона. Об остальном расспрашивать было бесполезно, а с 1815 года и не у кого – Эмма отправилась в Вечность вслед за своим адмиралом. Это случилось в Кале, и, чтобы леди Гамильтон упокоилась по всем правилам, пришлось обращаться за помощью к британскому консулу.
После этого Горация вернулась на родину. У нее были адреса родственниц адмирала. Не прогонят же сироту? Миссис Кэтрин Митчем, увидев девочку на пороге, сразу все поняла. Наметанным глазом определила, что это за дитя. Но и она не сказала Горации не слова.
Ничейная девочка получила приют, но обращались с ней, как с прислугой. Горация не роптала и молча исполняла все, что ей велели: прибирала, полола грядки, мыла окна. У нее был легкий характер и добрый нрав, поэтому она редко на что-то жаловалась. А люди, которые знакомились с ней, уверяли, что она еще и прекрасно воспитана и просто обожает животных.
Бесприданницу встретил и полюбил потомственный священник Филипп Уорд. Он сделал Горации предложение и женился на ней 19 февраля 1822 года. Это был счастливый брак, в котором родилось семеро сыновей и три дочери. Старшего ребенка назвали Горацием, что вполне понятно!
Впрочем, совсем бесприданницей Горация не была. У нее имелись очень ценные вещи – мундир и жилет адмирала Нельсона. Эти предметы были куплены королевской казной у миссис Уорд, что позволило семье выстроить небольшой собственный домик.
А несколько лет спустя произошло и вовсе немыслимое! Исследователь жизни и подвигов адмирала, сэр Николас Харрис, поднял его переписку. В том числе, очень личного плана. И вот тогда выяснилось, что в письмах он называл Горацию своей дочерью. Тайна происхождения девочки была раскрыта окончательно. Потрясённой Горации разрешили носить двойную фамилию: Нельсон-Уорд, и ее же носили дети. В настоящий момент на планете существует немало прямых потомков адмирала Нельсона.
После этого на Горацию посыпался потом милостей: королева Виктория назначила ей пенсию за отца (почти полторы тысячи фунтов!), а саму миссис Нельсон-Уорд пригласили во дворец на прием. Очень любопытный момент: Горация соглашалась, что является дочерью адмирала, но так и не захотела назвать матерью леди Гамильтон. Возможно, держала в душе обиду на нее? Ведь Эмма так настойчиво отказывалась, чтобы Горация звала ее мамой… Причем в ту пору, когда прятать тайну уже не имело никакого смысла…
В 1859 году миссис Нельсон-Уорд овдовела. После этого она переехала в Бофорт-Виллас, который находился недалеко от дома ее четвертого сына – Нельсона Нельсон-Уорда. Да-да, вот так забавно его звали! Она была почтенной пожилой леди, которая пользовалась всеобщим уважением…
Горация покинула этот мир 6 марта 1881 года.
У нее была родная сестра, которая родилась и вскоре угасла в 1803 году. А еще у нее была сестра по матери — Эмма Кэрью, которую воспитывала бабушка. Эмма была простой и не очень образованной женщиной, которая всю жизнь работала прислугой. Ее не стало в 1856 году, и я не нашла сведений, чтобы Горация когда-либо общалась с ней.
