«Неплохой парень в расцвете сил»

Похождения супергероя в России.

Есть у меня старая статья, которая до сих пор пользуется большой популярностью у читателей и у многих ее герой вызывает неподдельный восторг.

Речь в ней идет об американском политике 19 века, Кассиусе Марцеллеусе Клее (1810-1903 гг.) который вел себя в реальной жизни так, как супергерои ведут себя в боевиках на экране. И ему всегда сопутствовала удача. Его безбашенная храбрость спасала его в ситуациях, когда шансов на спасение не было вообще никаких.

Кто-то в комментариях сравнил его с медоедом — не ведающим препятствий небольшим африканским зверьком, от которого спасаются бегством даже львы. Потому что медоеду без разницы, львы они там или еще кто — он просто берет и нападает.

Клей много лет прожил в Российской империи. Как дипломатический посланник США он приезжал в Россию дважды и провел здесь почти 8 лет в период с 1861 по 1869 годы.

Из России он вернулся с новым сыном. Признать официально он его не мог, поэтому просто усыновил.

Нашу страну он любил.

*

И вот на днях, работая над совершенно другой темой, я потянула за случайно попавшуюся ниточку и нашла дополнительный очень интересный материал о Клее.

Связанный как раз с его пребыванием в нашей стране.

Во-первых, это его личный фотоальбом.

Он был создан в 1866 году, а сейчас хранится в Библиотеке университета Кентукки.

К сожалению, в интернет-доступе этот альбом представлен не полностью. Поэтому сложно судить о его цели и истории создания.

Дается описание:

  • на обложке — 4 строки текста на русском языке (фотографии или перевода нет)
  • на фронтисписе, тринадцать строк текста на русском языке, адресованного Кассиусу Клею, и десять русских подписей внизу (тоже нет ни фото, ни перевода)

В альбоме 12 фотографий. Часть — не оцифрована. Часть — это пушки и полевое военное вооружение.

А вот еще часть — некие здания, явно сфотографированные в России.

Кто делал фото — не известно, и почему они были собраны в альбом именно в таком комплекте мы тоже не знаем.

Но мы можем увидеть кусочки нашей страны, которые чем-то были знаменательны для Клея.

Прежде всего, это сделанное профессиональными фотографами фото колокольни Ивана Великого и Успенского собора в Москве. Думаю, это вариант открытки тех лет.

И еще несколько зданий и видов, которые являлись, видимо, образцами русской архитектуры. Вы увидите их в качестве иллюстраций далее по тексту.

И во-вторых, я нашла мемуары Клея.

Они были изданы на английском языке, и, как понимаю, не полностью, но то, что было издано я обнаружила.

Перевод у меня гугловский. И я читала их не полностью, поскольку я не биограф Клея, а просто рассказываю вам об уникальном человеке, чья жизнь была связана с нашей страной.

Вот как раз с рассказом о его пребывании в России я и ознакомилась.

И намерена передать вам его непосредственные впечатления, по возможности не вдаваясь в политику.

Предваряя рассказ о русском обществе, а выполняя, по сути, обязанности посла, он вращался в самых высших кругах, Клей дает любопытную характеристику самому себе.

Вот знаете — закрываю глаза и прямо слышу голос Трампа)):

Я был в расцвете сил. Неплохой парень, который многое повидал в мире и был полон решимости нравиться.

Нравиться он пытался на свой фасон — не сильно заморачиваясь условностями. Например, однажды он, по собственному признанию, весьма фамильярно разговаривал с императрицей (а ею была Мария Александровна (1824-1880 гг.), супруга императора Александра Второго):

Императрице было 37 лет, а «неплохому парню в расцвете сил» — 51. Наверное он видел перед собой прежде всего приятную молодую женщину.

Клей отметил у нее наличие здравого смысла, приятный характер и слабое здоровье.

Но вот после беседы выяснилось, что запросто подходить и болтать с императрицей было грандиозным нарушением этикета, и пока они болтали, за кулисами придворные аж целое совещание собрали с вопросом — «Что делать??» Спас положение император, который только посмеялся их рвению и сказал, что Клей новый человек, потом он все правила будет знать лучше. Эта оплошность не сказалась на его карьере, а императрица вообще не подала вида, что их общение не уместно. Более того, потом она неоднократно возобновляла их беседы. Вот, что значит хорошее воспитание и тактичность.

Вообще, о русской аристократии Клей был самого возвышенного мнения:

Вот еще:

Интересно, кого он упоминает, как выдающихся представителей знати того времени.

Одна — некая княгиня Радзивилл, о которой я данных не нашла, а вторая — падчерица Бенкендорфа, Елена Павловна (1812—1888), урожденная Бибикова. Которую Клей называет принцессой Кочубей.

Елена Павловна в молодости считалась красавицей, но осталась в памяти современников как дама со сложным и очень гордым характером.

Она дважды была замужем. Сперва — за князем Эспером Александровичем Белосельским-Белозерским, к которому относилась с некоторым презрением. Дело в том, что с отцовской стороны ее муж был из Рюриковичей, а с материнской — из богатейших купцов. Благодаря чему и сам был фантастически богат. Но вот все равно, происхождение подкачало и жена не давала это ему забывать. В браке родились дети, но через 15 лет ее муж умер от тифа.

Княгиня скоро вышла замуж за следующего богача — князя Василия Викторовича Кочубея, и через пару лет брака опять овдовела. Далее она сосредоточилась на придворной карьере и, судя по отзывам Клея весьма преуспела.

Клей вообще говорит, что она стояла во главе российского придворного общества и даже принимала в своем дворце царскую семью, что было знаком огромного признания ее заслуг.

А мы о ней вообще ничего и не знаем. Вот так.

Он путешествовал по Европе с одним русским генералом и его женой, которую он не называет, отмечая, что она была одной из самых красивых женщин, которых он встречал в России — с черными волосами и карими глазами. В частности, они приехали в Баден-Баден. Клей отмечает, что там русская знать проводила бОльшую часть своего времени. Привлекали источники и игорные столы (крепостное право только отменили, господа еще не все профукали и привычек не изменили)

Клей видел в Российской империи только 2 класса общества — дворяне и военные с одной стороны и простолюдины с другой. И никакие заслуги не могли уравнять вторых с первыми.

Клей замети, что в придворных кругах огромное значение придается тому, как человек одет. И та одежда, в которой он ходил на родине, по праздникам, по всей видимости, не подходила — даже русские слуги были одеты лучше. Другая одежда (черный костюм), видимо, тоже считавшаяся в кругах попроще парадной, носилась только для выхода в кафе и в основном иностранцами.

Так что в итоге он принял решение появляться при дворе максимально пышным — в форме генерал-майора (у него было это звание в американской армии) и со шпагой, усыпанной драгоценными камнями.

Он говорит, что никаких указаний на этот счет не было, но он, так сказать, сам оценил обстановку и решил не выделяться.

Клей отмечает, что отмена крепостного права (белого рабства), вызвала огромное недовольство крупных помещиков-крепостников. И говорит о том, что было много провокаций, с целью расшатать людей на революционные действия против царя (например, он относит к ним пожары в Петербурге).

В тот период уже начались покушения на Александра Второго. Их источником Клей видел недовольных дворян. Он отмечает, что в время первого покушения царя очень поддержал простой народ, который многотысячной толпой окружил Зимний дворец и успокаивалась эта толпа, только когда царь выходил на балкон и показывал, что он жив.

Его помощник, умный человек, из бывших крепостных, сказал Клею, что если дворяне убьют царя, народ перебьет их до самого последнего.

Клей оставил характеристики и самому Александру Второму, которого он очень уважал, видя в нем единомышленника.

Он встречался с царем на разных мероприятиях и посещал его в Гатчине.

Он говорит что многие иностранцы считали Александра слабым правителем. Но это не так. Он затеял перемены слишком глобальные для одного человека. При этом Александр не был блестящим правителем, но он был человеком здравомыслящим.

Александр был больше похож на немца, чем на русского (было бы странно, если бы было наоборот). У него было большое круглое лицо, большие голубые глаза. Выражение этого лица всегда было дружелюбное.

Император был трудолюбив, всегда хорошо осведомлен о текущих делах, он был гуманным, великодушным и храбрым. Очень сдержанным в азговорах.

Несмотря на покушения, он гулял по Петербургу каждый день один, без охраны. К нему подходили с разными просьбами простые бедные люди, и царю это было приятно.

Клей вообще оставил весьма пространные и разносторонние заметки о России. Всего не охватить. Некоторые его наблюдения и сведения весьма необычны.

Например, он сообщает, что честь стать фрейлиной при императрице нравилась и принималась далеко не всеми. Старое гордое дворянство (как понимаю, представители допетровских дворянских и княжеских родов) отказывалось от этой чести.

Вообще, тема русского дворянства очень сложная и интересная. Там многое было не так, как мы упрощенно привыкли считать.

Клей старался, по его словам, всем угождать и нравиться во имя успеха своей миссии, ну и в книге дает несколько мастер-классов по комплементам. Особенно он любил делать комплементы женщинам, особенно, их мужьям и отцам, якобы не знаю об их родстве.

В общем, хитер.Но мне понравился небольшой анекдот, рассказанный им о некрасивой женщине:

На этом мы с вами покидаем американского супермена.

Возможно, я еще вернусь к его запискам о России, но точно сама пока этого не знаю. Общий контур его личности мы прочувствовали, голос его, через цитаты услышали.

Думаю, всем очарованным его личностью эта статья будет приятным подаркам. А остальным советую прочитать первую часть, ссылка на которую дана в начале. Скучно не будет.

Оцените статью
«Неплохой парень в расцвете сил»
Её заставили быть тенью первой жены