На дыбу её несли в кресле. В 1546 году дворянка Анна Аскью была арестована по подозрению в ереси. Она стала первой женщиной, подвергнутой пытке на дыбе в Тауэре. Когда допросы закончились, она уже не могла ходить.
Её конечности были сломаны и вывернуты, тело искривлено под неестественными углами. Пытка при этом была незаконной: разрешения короля не запрашивали, и члены совета были возмущены случившимся. Но для жителей Лондона это зрелище стало незабываемым.
Анна родилась в 1521 году в семье сэра Уильяма Аскью — рыцаря и члена парламента, сопровождавшего Генриха VIII во Францию и имевшего связи при дворе принцессы Марии.
Анна получила среднее образование, по крайней мере, она умела читать. После смерти старшей сестры её выдали замуж за Томаса Кайма, убеждённого католика, и в этом браке у неё родилось двое детей.
Почему и как её жизнь затем резко изменилась, остаётся загадкой. Со временем её вера пошатнулась и из католички она стала протестанткой. Она начала читать Библию вслух всем желающим, несмотря на запреты мужа и брата.
Она хотела отправиться в Линкольнский собор, чтобы увидеть там Библию, но муж пожаловался на жену епископу, а друзья предупреждали её, что это приведёт к серьёзным неприятностям. В конце концов Томас Кайм устал от её поведения и выгнал её из дома. Скорее всего он боялся навлечь на себя неприятности из-за веры жены.
Несмотря на это, у Анны оставались связи при дворе. После смерти отца её брат служил при дворе, сводный брат был приближённым короля, а сестра состояла в браке с юристом, связанным с высокопоставленной знатью.
Имея такую поддержку, Анна отправилась в Лондон с намерением добиться развода через Канцелярский суд — шаг крайне редкий для женщины того времени. Причина развода не совсем понятна, видимо обида, что муж не поддержал её и выгнал из дома.
В Лондоне она сблизилась с протестантами и даже вращалась в придворных кругах, где познакомилась с королевой Екатериной Парр, последней женой Генриха VIII. Однако её проповеди на улицах привлекли внимание властей. 10 марта 1545 года по наводке мужа её арестовали и привели на допрос к епископу Лондона.
В тот раз всё закончилось сравнительно благополучно. За неё вступились влиятельные знакомые, её кузен просил мэра освободить её под залог, а сам епископ заверял, что никто не причинит ей вреда.
Её обвиняли в отрицании мессы, но доказательств не нашлось. К ней относились скорее как к заблудшей женщине, которую можно наставить на путь истинный, и в итоге её отпустили без обвинений.
На этом история могла бы закончиться, но летом 1546 года положение при дворе резко изменилось. Консервативная партия выступила против королевы Екатерины Парр. Её религиозные взгляды и поддержка реформ вызвали недовольство, и против неё начали плести интригу. Был выдан ордер на её арест, её покои обыскали, а её окружение начали допрашивать.
Анну снова арестовали, надеясь, что она даст показания против королевы, но она отказалась. Её допрос длился два дня. От неё требовали назвать сторонников её веры, особенно среди придворных дам. Анна отвечала уклончиво, стараясь никого не выдать. Она скрыла дружбу и с герцогиней Анной Стенхоуп, которая была женой Эдуарда Сеймура.
Постепенно внимание следствия сместилось с её убеждений на её связи. В начале июля 1546 года её приговорили к сожжению и отправили в тюрьму Ньюгейт. Однако, поскольку она продолжала молчать, её тайно перевезли в Тауэр и подвергли пытке.
Один из ведущих противников реформ лично участвовал в её допросе. По её словам, её пытали до тех пор, пока она почти не умерла, она теряла сознание, её приводили в чувство и продолжали «допрос».
Комендант Тауэра возражал против происходящего, поскольку пытка женщины без разрешения короля или совета была незаконной, но остановить это он не смог. К концу допросов все конечности Анны были сломаны или вывихнуты, и она уже не могла стоять.
16 июля 1546 года её вынесли к месту казни в кресле. Каждое движение причиняло ей боль. Её дотащили до костра и привязали к столбу.
Ей предложили помилование, если она отречётся от своих убеждений, но она отказалась. Более того, она даже поправила епископа, упрекнув его в том, что он говорит без опоры на Писание.
Анна не кричала до тех пор, пока огонь не достиг её шеи. Зрелище длилось около часа, но Анна потеряла сознание уже через 15 минут. На момент смерти ей было 25 лет.
Тех, кто её жестоко допрашивал, даже не наказали. Что стало с детьми тоже неизвестно, забрал ли их под опеку отец или нет.
