Она только что убирала в чужой грязной комнате, а потом носила тяжелые подносы. Принцесса Луиза Бельгийская не сама выбрала такую жизнь. В отеле «Нассау», где ей предложили скромную должность, она трудилась за гроши.
И никто не узнал бы в пожилой усталой женщине в полинялом платье, звезду балов императорской Вены. Ведь когда-то она была так мила, так очаровательна! Сам наследный принц Рудольф приглашал ее на танец, а потом катал в экипаже по городу.
Все рассеялось, как дым. Всё лучшее было в прошлом.
…За много лет до этого, в 1876 году, Луиза Бельгийская чувствовала себя самой несчастной женщиной на свете. Она была дочерью короля и женой принца Сакен-Кобургского, к которому не испытывала никаких нежных чувств. Поначалу еще надеялась, что они смогут поладить, но, когда молодожены перебрались в Вену, эта иллюзия испарилась.
В доме принца Филиппа всем заправляла его суровая и очень нервная мать. Она требовала от невестки подчинения и смирения, нисколько не желая знать, чего хочет сама Луиза.
А она хотела одного – пусть ее оставят в покое! Принц и принцесса не понимали друг друга, словно родились на разных планетах. Глядя на этого человека, Луиза не могла понять: как она вообще согласилась выйти за него замуж? Как не разглядела, что у него столько странностей?
Филипп вечно подкидывал жене разные книги и иллюстрации, в надежде разбудить ее чувственность. Но это вызывало у Луизы только брезгливость. Она предпочла бы вообще не быть замужем, и вести образ жизни, как до свадьбы – заниматься верховой ездой, танцевать… Но даже мать писала ей из Брюсселя наставнические письма:
«Я слышала, что ты не пускаешь мужа в свои покои, — сетовала королева Бельгии, — это непозволительно! Ты забываешь о своем долге!»
Когда Луиза с мужем навестили Бельгию в 1876 году, отец принцессы… сделал вид, будто бы ее нет рядом! Король просто проигнорировал ее, желая показать, как ему не нравится «свободное» поведение дочери. Тогда Луиза долго плакала, а потом все-таки впустила мужа. Затем у них родился сын, названный Леопольдом, а потом дочь, Доротея.
— Девочке необязательно быть умной и образованной, — небрежно говорил принц Филипп. – Ты же не очень много знаешь, верно? Вот и Доротея может обойтись минимумом знаний.
Это обидело Луизу. Она хотела бы, чтобы дочь и сына не разделяли. Так было в ее собственном детстве: брата учили разным наукам, а Луизу – преимущественно, вышивать. И все повторялось, и она никак не могла повлиять на это…
Ей нравилось танцевать на венских балах, ее считали остроумной и очень веселой молодой женщиной. Мало кто знал, что на душе, на самом деле, скребли кошки. Одним из доверенных лиц Луизы стал наследник императорского трона, кронпринц Рудольф. Сам непонятый семьей и близкими, он почувствовал в принцессе родственную душу.
— Вы замечательная, — говорил он ей, — если бы я мог жениться на вас!
— Тогда женитесь не моей сестре! – с улыбкой предложила Луиза. – Говорят, мы похожи.
Эта фраза определила все. Впоследствии в Вене много обсуждали, что именно жена Филиппа Саксен-Кобургского повлияла на выбор Рудольфа. Или это просто совпало? Однако кронпринц по-прежнему часто обращался к Луизе, и они нередко вместе ходили на прогулки. Когда 10 мая 1881 года Рудольф повел к алтарю принцессу Стефанию Бельгийскую, Луиза была среди самых почетных гостей.
Хотя Луиза прекрасно держалась в седле, однажды она решила, что ей нужны дополнительные уроки верховой езды. Конюший барон д’Аблен вызвался помочь ей в этом. Для Луизы даже соорудили не дамское, а вполне мужское седло, и это тоже вызвало разговоры в Вене: так не положено для знатной дамы!
Когда ей было невыносимо грустно, принцесса отправлялась или на конюшню, или во дворец Рудольфа. Два этих человека – барон и кронпринц – были для нее самыми верными, самыми лучшими друзьями. С Рудольфом ей нравилось проводить время, но она очень переживала, что наследник престола все чаще погружается в мрачные мысли.
— Гоните их от себя, — говорила Луиза, — я помогу!
Все это страшно не нравилось принцу Филиппу. Он предпочел бы, чтобы его жена завела подруг в женском кругу. Вдобавок, ему нашептывали недоброе про принцессу, и он с готовностью в это поверил.
— В самом деле? – усмехнулась Луиза, когда муж рассказал ей, в чем ее подозревает. – Да ваше поведение навсегда укрепило во мне чувство отвращения к подобным вещам!
Но Филипп не поверил ей. Однажды августовским утром 1888 года Луиза проснулась, встала, накинула пеньюар и… не смогла выйти из комнаты. Она кричала и колотила в дверь, но никто не мог явиться к ней на помощь – принц запретил. Лишь вечером, после того как ключ повернулся в замке, принцесса выскочила наружу. А потом узнала, что один из ее друзей внезапно почувствовал себя плохо.
С ней случился подлинный припадок. Луиза плакала, рвала кружева на своей одежде, швырялась вазами… А в следующем году не стало и кронпринца Рудольфа. История его ухода была настолько странной и загадочной, что об этом много говорили в Вене и за ее пределами.
— Может быть, виноват Филипп? – задумчиво говорила Луиза.
Она стала бояться этого человека. Запиралась на ночь, а днем старалась никуда не выходить в одиночестве. По счастью, сопровождение нашлось – барон Николя Дёри де Жобахаз. Это был опытный наездник и любитель охоты, он состоял адъютантом при принце Филиппе и потому постоянно находился в Кобургском дворце. Луиза быстро прониклась к Дёри сильными чувствами, ведь она была так одинока!
Филипп был разгневан. Он написал матери Луизы полное обвинений письмо, которое заканчивалось одним: пусть королева Бельгии повлияет на дочь! Но теща решила действовать тоньше. Она написала не Луизе, а… Дёри. Ему предложили щедрое вознаграждение, чтобы он перестал мелькать перед глазами принцессы и даже посоветовали хорошую девушку в жены. Бедная Луиза горько рыдала, когда Николя рассказал о своей женитьбе.
Свет был ей не мил. Она погружалась в черную пустоту депрессии и это стало так заметно, что испугался сам Филипп. Он забрал жену и увез ее в Египет, что очень понравилось Луизе. Когда они вернулись в 1894 году, мир в семье словно был восстановился…
Но принц рано радовался, что все так наладилось. В жизни Луизы появился новый персонаж – граф Гёза Маттачич. Как и другие, он занимался с принцессой верховой ездой. Как и другие, он много времени проводил подле Луизы. Тогда Филипп, не желая ни в чем разбираться, просто… вызвал графа на дуэль.
«Тебе больше не рады на родине, — писала дочери королева Бельгии, узнав об очередной ссоре в Вене, — даже не думай приехать сюда!»
В Вене на Луизу тоже косились: сколько можно? Когда эта пара — Филипп и Луиза — начнут жить спокойно? Тогда принцесса собралась и уехала в Ниццу. Уже оттуда узнала, что муж и граф обменялись нерезультативными выпадами, которые ни к чему не привели.
А потом… ей поставили ультиматум: или она возвращается к жизни в Кобургском дворце, или… ее помещают в клинику для людей с расстройством рассудка.
— Вернуться к вам? – с презрением произнесла Луиза, обращаясь к мужу. – Да никогда!
Так она и оказалась среди безумных женщин, в Дёблинге. Терпеливо выносила свое заключение и старалась ни с кем не общаться. Бог весть, кто прознал об этом, но в австрийской прессе появились заметки – что принц Филипп, дескать, незаконно распорядился судьбой жены. Луизе сочувствовали, и это стало приобретать такие масштабы, что муж заскрипел зубами. В конце концов, он вывез Луизу за пределы империи и поместил в саксонской лечебнице Линденхоф.
Наверное, она так и оставалась бы под надзором врачей, но граф Гёза решительно направился к журналистам. В январе 1904 года, в Лейпциге, он издал мемуары «Безумная по государственным мотивам». Там было все о несчастной Луизе: как она оказалась в заключении, каким несчастливым стало детство в семье, разделённой разладом родителей. Он рассказывал о браке, навязанном принцессе и поставившем её в двусмысленное положение при венском дворе. В Австро-Венгерской империи книгу изъяли и запретили, но это только подстегнуло к ней интерес.
Никто еще не писал подобным образом о королевских особах!
31 августа 1904 года граф помог Луизе сбежать. А потом женщина предстала перед консилиумом врачей в Париже, которые признали, что она в здравом уме… И после этого Луиза – с огромными сложностями – подала на развод. Принц Филипп согласился на выплату ежемесячного содержания для своей супруги и годом позже подписал все документы.
Когда в 1909 году в Бельгии скончался отец Луизы, она приехала на церемонию. Но ее держали поодаль от дворца, указывая на волю самого государя. Та поездка на родину принесла лишь финансовую выгоду: принцесса получила 2 миллиона франков.
Но для нее настали трудные времена – сын отказался общаться с Луизой, а потом п о г и б. Деньги были растрачены, и принцесса оказалась на грани нищеты. Ей пришлось продавать свой гардероб и украшения, чтобы выжить. А потом арестовали графа Гезу: его подозревали в шпионаже и отправили в лагерь в Будапеште. Луиза держалась только благодаря дочери, которая присылала ей вещи и деньги.
— У меня было все, — печально говорила дочь короля Бельгии. – И теперь нет ничего. Как так вышло?
Ей порекомендовали написать мемуары. Книга называлась « Вокруг престолов я видела падение», которую она посвятила своему отцу. Это позволило Луизе несколько улучшить свое положение, но затем ее ждал новый удар – любимый граф Геза отправился на небеса.
Принцесса – пожилая, усталая, раздавленная жизнью – получила последний урок, когда ей предложили… стать горничной в отеле «Нассау». И она приняла это предложение. Так девушка из бельгийской правящей семьи, родственница императоров Австрийской империи попала на самое дно.
Это унижение продолжалось чуть больше года. А потом для Луизы все закончилось внезапно и быстро – 1 марта 1924 года она закрыла глаза навеки.
«Она опозорила наш род!», — говорили в Бельгии. Но в черное все-таки переоделись.
А историю жизни Луизы еще не раз пересказывали – уж слишком причудливо и витиевато она сложилась. Хватило бы на несколько человек.
