Зрители ждали необычного представления: перед ними должна была появиться виконтесса Фрэнсис Пёрбек — босая, закутанная в белую простыню и публично кающаяся в супружеской измене. Но виконтесса не пришла.
Фрэнсис Кок родилась в Лондоне летом 1602 года в семье сэра Эдвард Кока, одного из самых влиятельных английских юристов своего времени, бывшего главного судьи и члена Тайного совета.
Мать Фрэнсис, Элизабет Сесил, происходила из могущественного рода, обладала собственным состоянием и не привыкла, как все дамы того времени, молча подчиняться мужу.
Брак родителей Фрэнсис был сложным. Они ссорились то из-за денег, то из-за недвижимости и даже права распоряжаться дочерью. Иногда супруги жили раздельно и старались как можно реже встречаться. Фрэнсис была моложе мужа на 26 лет и добровольно согласилась выйти за него замуж после смерти первого супруга, но вот её вспыльчивый характер было трудно унять.
Фрэнсис выросла миловидной девушкой с тонкими чертами лица. Она была нежна и улыбчива, хотя расстраивалась из-за частых ссор родителей. В 1617 году отец решил выдать 15-летнюю дочь за сэра Джона Вильерса.
Его семья как раз была на пике могущества при английском дворе. Его младший брат Джордж Вильерс был любимцем короля Якова I и вскоре стал герцогом Бекингемом — одним из самых могущественных людей Англии.
Эдвард Кок как раз лишился королевского расположения и надеялся браком дочери вернуться ко двору. Фрэнсис оказалась удобным подарком семье Вильерсов.
За невесту обещали огромное приданое, примерно в 30 тысяч фунтов, это почти как несколько миллионов современных денег.
Жених, конечно, благородно заявлял, что готов жениться на Фрэнсис даже в одной рубашке, но вот его родственники изучали состояние и приданное чуть ли не под лупой.
Леди Хаттон пришла в ярость. Она считала Джона неподходящим женихом и подозревала его в нестабильном психическом состоянии.
К тому же не желала отдавать земли и деньги семье Вильерсов и позволять уже ненавистному супругу использовать дочь ради возвращения ко двору. Сама Фрэнсис тоже не хотела этого брака, чем-то ей сразу не угодил жених.
В июле 1617 года мать дождалась, когда Эдвард Кок отправится спать, и тайно покинула дом вместе с дочерью. Фрэнсис увезли в ночной одежде и спрятали в загородном доме родственников. Леди Хаттон надеялась выиграть время и, вероятно, устроить дочери другой брак, с молодым графом Оксфордом.
Но Эдвард Кок быстро нашёл, где укрылась его жена и дочь. Он вместе с сыновьями, слугами и вооружёнными людьми, получил ордер на обыск и приехал за Фрэнсис.
Леди Хаттон пыталась не пустить мужа во двор и кричала, что не позволит ему забрать ребёнка. Сторонники Кока сломали ворота, выбили дверь дома и нашли перепуганную девушку, спрятавшуюся в шкафу на верхнем этаже.
Фрэнсис брыкалась и звала маму на помощь, она плакала, пытаясь отбиться от людей отца. Её вытащили из укрытия и увезли. Мать с вооружёнными родственниками бросилась следом, но их лошади выбились из сил и были вынуждены отступить.
Леди Хаттон обращалась к Тайному совету и утверждала, что муж силой лишил её дочери. Эдвард Кок настаивал на своём отцовском праве распоряжаться будущим Фрэнсис, и отчасти он был прав. Однако с влиятельной и богатой семьей Элизабет Сесил тоже приходилось считаться.
В конфликт оказались втянуты король, министры и придворные. А мнение самой девушки интересовало окружающих меньше всего, она была разменной монетой.
Поговаривали, что Фрэнсис привязали к столбу кровати и жестоко высекли, пока она не согласилась на свадьбу.
В конце сентября 1617 года её заплаканную обвенчали с Джоном Вильерсом в Хэмптон-Корте. Несчастная юная леди на собственной свадьбе шмыгала носом и смотрела в пол, стараясь не видеть жениха. Отец же был довольным и весёлым, даже не пытался утешить дочь.
На свадьбе присутствовали король Яков и наследник престола принц Карл. Король конечно поддержал отца Фрэнсис. Леди Хаттон на церемонии не было, её держали под надзором, чтобы она не сорвала свадьбу.
Через два года Джон получил титул виконта Пёрбека, а Фрэнсис стала виконтессой. Формально её положение в обществе выглядело великолепно. Её родственники отныне сидели рядом с королём.
Сам брак оказался несчастливым. Джон Вильерс страдал от тяжёлых психических приступов. Это была и меланхолия, и безумие, он терял способность управлять собой.
Между приступами он мог появляться при дворе и даже поддерживал беседу с людьми. Многие сочли его психические особенности лишь злыми слухами со стороны матери Фрэнсис.
Спустя несколько лет супруги фактически разошлись, но вот развестись официально было задачей невыполнимой. Огромные деньги, обещанные при свадьбе, контролировались Вильерсами, и виконтессе приходилось добиваться собственных средств на своё содержание у родственников мужа и при дворе.
В это время рядом с ней появился сэр Роберт Говард, один из младших сыновей графа Саффолка. Он тоже происходил из могущественной семьи, но Говарды находились в конфликте с герцогом Бекингемом.
Между ней и Робертом начался долгий и бурный роман. В октябре 1624 года Фрэнсис родила мальчика. Ребёнка крестили в частном доме как Роберта Райта — сына некоего Джона Райта из Йоркшира.
Скрыть ребёнка не получилось. О романе заговорили при дворе, а свёкр, герцог Бекингем, воспринял случившееся как оскорбление всей семьи.
Бекингем использовал связи, чтобы добиться суда над невесткой и её возлюбленным. В 1627 году суд признал Фрэнсис и Роберта Говарда виновными в прелюбодеянии. Как доказали — непонятно, наверно по письмам и свидетелям.
Виконтессу решили отделить от мужа, однако полного развода она так и не получила. Ей назначили публичное церковное покаяние: она должна была войти в часовню Савойского дворца босой, в одной белой простыне, и перед собравшимися признать свой грех.
Для благородной дамы это было просто унизительно. Её собирались выставить перед светом как распутницу, тогда как отец, насильно устроивший брак, и родственники, воспользовавшиеся её деньгами, оставались уважаемыми людьми при дворе.
В день покаяния придворные в предвкушении ожидали босую Фрэнсис, но она не появилась. Она спряталась, а когда к дому приблизились люди, присланные её арестовать, савойский посол помог устроить погоню за переодетым пажом.
Некоторое время Фрэнсис жила скрытно. Позднее она вернулась в Стоук-Погес к отцу. Удивительно, что не к матери, видимо, у Фрэнсис были свои причины. Он не выставил за порог опозоренную дочь и позволил ей жить рядом.
Она ухаживала за стареющим Эдвардом Коком до его смерти в 1634 году. После смерти отца преследование возобновилось. В 1635 году Фрэнсис и Роберта Говарда арестовали.
Говарда заключили во Флитскую тюрьму и заставили дать крупное денежное обязательство больше не встречаться с виконтессой. Саму Фрэнсис держали в Гейтхаусе, но она снова сбежала.
Кто-то подкупил тюремщика, после чего Фрэнсис вывели из здания в одежде пажа. Сначала она добралась до острова Гернси, затем перебралась во Францию. Обычные граждане радовались, что Фрэнсис смогла вырваться из цепких рук правосудия.
Во Франции Фрэнсис жила в Париже вместе с сыном. Она перешла в католичество и некоторое время находилась при монастыре, хотя монахиней не стала. Английские власти отправляли за ней посланника с требованием вернуться. Воссоединилась ли она с Робертом Говардом, неизвестно.
В 1640 году Фрэнсис снова попыталась вернуть свои деньги. Она дважды обращалась в палату лордов и требовала отдать ей 10 тысяч фунтов брачного состояния, присвоенного семьёй Вильерсов.
Добиться всей суммы не удалось. Вильерсы были жадны до денег. Особенно странно повёл себя законный супруг. Джон Пёрбек не добивался окончательного развода и позднее официально признал Роберта своим сыном и даровал фамилию, объявив своим наследником.
Возможно Джон хотел примириться с Фрэнсис и не отдавать её деньги или же сказалось помутнение рассудка.
Началась Английская гражданская война. Фрэнсис оказалась в Оксфорде, который служил королевской столицей и находился под угрозой осады. Там весной или в начале лета 1645 года она тяжело заболела.
Фрэнсис умерла 4 июня 1645 года. Ей было около 42 лет. Точная причина болезни неизвестна: источники говорят лишь о лихорадке или тяжёлом недуге во время осады.
Мать Фрэнсис пережила дочь примерно на год. Джон Пёрбек прожил до 1658 года и позднее женился снова. Роберт, сын Фрэнсис и Роберта Говарда, пользовался фамилиями Райт, Вильерс и Данверс.
Его потомки пытались доказать, что он был законным наследником виконта Пёрбека, но палата лордов так и не дала семье право на титул.
