Одернув юбку, мисс Салливан гордо вышла из кабинки на улицу. Вокруг ахали от изумления: одна! В таком неприличном месте! Но юная леди, не обращая внимания на шепотки, продолжала двигаться по улице. Середина девятнадцатого века принесла лондонцам новое удобство – общественные уборные. Однако бытовало мнение, что дамы должны их посещать только «за компанию». А одной – это стыдно!
Все началось с дела, которое к уборным не имело никакого отношения. В 1851 году в столице Англии открыли Всемирную выставку. Идейным вдохновителем грандиозного события стал муж королевы Виктории, принц-консорт Альберт. Умный, деятельный и чрезвычайно озабоченный вопросами образования, этот человек с большим интересом следил за технологическими новинками.
Альберт был бедным саксонским принцем, когда королева Виктория сделала ему предложение (да-да, сама! По статусу не полагалось, чтобы Альберт первым решился на такой шаг). Любовь молодой королевы к нему была настолько пылкой, что придворные тихо посмеивались. Казалось, что правительница Англии с радостью проводила бы все время в опочивальне…. Так что его инициативы она поддерживала горячо.
Выставка потребовала огромных вложений. Был построен целый огромный Хрустальный дворец площадью 90 тысяч квадратных метров. Для привлечения публики демонстрировали диковины отовсюду, включая роскошные индийские алмазы и «предсказателя бурь». 827 тысяч человек – немыслимое число для того времени – посетили детище принца. И, конечно, многим из них требовались не только зрелища, но и… уборные.
Общественная уборная на Всемирной выставке стала такой же достопримечательностью, как, например, паровая машина. В ней имелся смыв! С грохотом, как будто бы неслись воды огромного водопада, струя катилась вниз… После несомненного успеха экспозиции, стало ясно: такие заведения – уборные! – надо множить.
Они стали появляться рядом с крупными площадями, неподалеку от мест прогулок… Словом, принцип был таким же, как и сейчас. Но были два важных момента:
— уборные не были рассчитаны на женщин
— а если бы женщине вздумалось посетить такое место, она не должна была ходить туда одна.
Герцогиня Баклю, хранительница гардероба королевы Виктории с 1846 года, однажды с досадой сказала:
«Ах, мужчины совсем не думают о наших надобностях. А ведь мы нуждаемся в тех же вещах, что и они!»
Герцогиню считали женщиной умной, весьма образованной и прогрессивной. Ее точку зрения разделяли многие и негодовали: почему кабинки такие узкие? Почему вообще женщинам бывать там – стыдно?
— Потому что, — возражали скептики, — это может стать местом встреч. Нехорошо!
Поборники морали были уверены, что кабинки начнут использовать для других целей, если позволить женщинам массово посещать их. Дамы возмущались: с какой же стати? Нет места менее романтического, чем это.
К слову, они ошибались. В семнадцатом столетии король Карл I Стюарт тайно встречался с одной фавориткой как раз в помещении неромантического предназначения. Так уж вышло… К слову, Карл Стюарт впоследствии расстался с головой….
Женщины решили протестовать. Они создавали целые организации, добиваясь равных прав с мужчинами. Получалось, что их, буквальным образом, ограничивают в перемещениях! Чтобы женщина чувствовала себя хорошо, она должна была так планировать свои поездки по городу, чтобы не отлучаться далеко или надолго.
Некоторые шли на хитрости: они почти ничего не пили. Вы наверняка слышали о том, что в девятнадцатом веке барышни часто падали в обморок? Некоторые связывают это с особой чувствительностью, другие с тугими корсетами… Но правда была в том, что женщины, часто, оказывались просто обезвоженными!
Мисс Энн Салливан была одной из сторонниц создания «дамских комнат» по всей стране. Свой протест она выражала тем, что посещала имевшиеся – мужские – заведения, причем без всякой подруги или компаньонки. Девушка принадлежала к хорошей, хотя и не титулованной семье, и ее поступок стал заметным. Потом к ней присоединились и дворянки, и дочери чиновников… Матери хватались за сердце, отцы грозили дочерям запереть их в доме на долгие недели. Ничего не помогало!
«Зачем это нужно? – говорили даже в английском парламенте. – Зачем женщине далеко уходить из дома? Ее место там, рядом с мужем и с детьми. А если надобно совершить поездку, то имеются постоялые дворы!»
Наконец, было решено поставить эксперимент: на одной из улиц разместили специальную кабинку для дам. Но мужчины, которые возражали против этого, регулярно портили ее – то срывали замочек, то специально задевали ее колесами экипажа, то проламывали дверь (якобы случайно). Боролись, как могли.
Женщинам помогла жажда наживы. Дельцы, которые открывали новые лавки и магазины, тоже читали газеты. И тоже знали, какая нешуточная борьба развернулась вокруг этой деликатной проблемы. Поэтому самые сообразительные принялись обустраивать свои заведения по-новому. И не стеснялись размещать объявления в газетах: «Новый галантерейный магазин на углу такой-то улицы со всеми удобствами для дам».
Поток клиенток хлынул. И его было уже не остановить. Постепенно, сравнивая количество посетительниц там, где удобства были и там, где от них отказались, дельцы принялись менять подход к клиентам. Спустя короткое время в торговых центрах появились уже и удобства, и кофейни, куда можно было заглянуть на чашечку вкусного напитка.
Прогресс пришел!
И ходить одной стало уже не стыдно. Все больше девушек, даже из богатых семей, отказывались от сопровождения служанок. Во-первых, их путь пролегал на глазах у всех, во-вторых, так было быстрее.
А все началось с амбициозного проекта принца Альберта… К слову, замечательный Хрустальный дворец впоследствии разобрали и перенесли на другое место. Он восхищал посетителей вплоть до 1936 года, когда погиб в огне. Восстанавливать эту красоту не стали. А жаль!
