Гадкий шепот матери снова заставил Анну вздрогнуть. Княгиня Щербатова к зрелым летам сделалась невыносимой, особенно для своих детей. Никто в Петербурге не мог понять, отчего Антонина Воиновна так тиранит свою дочь: высмеивает ее, не пускает замуж, хотя к Анне сватались. «Тебе 33 и ты – старуха», — говорила княгиня. И хохотала при этом, радуясь своей негодной шутке.
«Княгиню испортил муж», — единодушно считали в обществе. И считали не просто так! Князь Щербатов был старше жены почти на тридцать лет, и, когда он заполучил бриллиант столь редкой красоты (Антонина Воиновна была восхитительна в молодые годы), не уставал осыпать ее подарками и милостями. Недели не проходило, чтобы у княгини не появился новый подарок.
«Щербатов любил жену свою страстно, — вспоминал князь Иван Долгоруков, — баловал её, не смея ей слова сказать вопреки… она же, прекрасная собой, ловкая и видная дама, но гордый характер её и неограниченное своенравие портили прочие её хорошие качества».
Не будучи ни особенно знатной, ни богатой, Антонина Воиновна вошла во вкус роскошной жизни. Она заговорила надменно и дерзко, прямо указывала людям на их недостатки и могла колко высказаться по любому вопросу. Когда она была прекрасна, ей прощали эти выходки, называя их эксцентричными. Возле княгини Щербатовой сформировался целый кружок поклонников, готовых раболепно служить ей… А вот женщины в обществе недолюбливали Антонину Воиновну.
Начиная с 1777 года княгиня была в положении одиннадцать раз и произвела на свет восьмерых детей. Старшую дочь назвали Анной, и это дитя сразу перешло под наблюдение нянек и французских гувернанток. Сама Антонина Воиновна продолжала вести светскую жизнь, регулярно посещала балы и безмерно огорчалась, когда приходил срок родин. Тогда ей надобно было запираться в доме на месяц-другой, вдали от блеска и знакомых.
— О, как мне это надоело! – со злостью говорила она, вынашивая в 1795 году очередного ребенка. Князю в ту пору минуло шестьдесят семь лет. Так что, после появления на свет мальчика Коленьки, он перестал посещать покои Антонины Воиновны к ее облегчению и радости.
«Муж стал стар и ей неприятен, — шептались в обществе, — но она-то еще молода!»
Действительно, княгиня Щербатова позволила себе увлечься бароном Строгановым, который от любви к ней настолько растаял, что был готов даже увезти Антонину Воиновну от мужа… Но не посмел. И, вероятно, с возрастом поздравлял себя с этим решением.
Потому что зрелость ударила по княгине Щербатовой так неожиданно и так больно, что она не сумела этого снести. Некогда тонкий стан расплылся, ноги отекали, по лицу пролегли глубокие морщины, а волосы настолько поредели, что пришлось заказывать себе парики. Княгиня Антонина Воиновна рыдала от злости, когда глядела на себя в зеркало. И складывалось полное впечатление, что она яростно завидует своим дочерям.
Было у Щербатовой шесть дочерей, но до возраста взросления дожили только Анна, Дарья и Мария. А потом двадцатилетняя цветущая Дарья – кровь с молоком! – вдруг быстро угасла на глазах у безутешной родни. Чахотка сразила ее так скоро, что не успели даже отправить девушку на воды, как собирались. Поэтому на выданье оказались две княжны… Но выдавать их Антонина Воиновна не спешила.
Анне было двадцать три, когда в нее влюбился пылко и страстно дворянин Дмитрий Блудов. Он был моложе предмета своих мечтаний на шесть с половиной лет, поэтому на его ухаживания княгиня смотрела с усмешкой.
— Да вам, Дмитрий Николаевич, еще впору с игрушками играть, а не свататься! – говорила она.
Минул еще один год, и, когда Блудов робко заехал к Щербатовым в гости, его встретил такой же неласковый прием. Между тем, молодой человек устроился в иностранную коллегию, приятельствовал с Жуковским, Карамзиным и Державиным и делал решительные шаги на дипломатическом поприще.
— Аннушке уже пора бы замуж, — говорили княгине Щербатовой, когда она появлялась в свете. – Как бы не засиделась в девах!
Зло прищурившись, Антонина Воиновна ничего не отвечала. Она упорствовала. К Анне сватались, причем предложения были самые разные (и даже лестные), но у матери всегда находился повод, чтобы отказать.
Она считала, что одни женихи слишком бедны, другие – недостаточно знатны. А этот малыш Блудов и вовсе смешон! На самом деле, Антонина Воиновна жутко боялась остаться в одиночестве с больным мужем (князь впадал в детство и мало узнавал близких), и зависть по-прежнему переполняла ее душу. А вдруг Анна сделает еще более удачный выбор, чем она сама?
Княжне не позволялось лишний раз кокетничать с молодыми людьми. В 1810 году скончался князь Щербатов, и Антонина Воиновна, не без удовольствия, пеняла дочери:
«Тебе 33 и ты – старуха! Замуж никогда не выйдешь!»
И в самом деле, такой риск существовал. В возрасте, в какой вошла княжна Анна, под венцом могли оказаться во второй раз, но никак не в первый.
А Дмитрий Блудов? А он все ждал чуда! Не женился, хотя и мог. Занял пост правителя дипломатической канцелярии у графа Каменского, главнокомандующего Дунайской армией. Разжился деньгами и уже прикупил в столице дом, для которого требовалась хозяйка.
Он снова постучался к Щербатовым. И опять был высмеян княгиней, которая выглядела на редкость нехорошо – она словно разом одряхлела, превратившись в старуху, которая опирается на клюку. Все, что удалось в тот визит Блудову – это наспех перемолвиться парой слов с Анной, да оставить ей записку.
— Обезумела, точно, — говорили в Петербурге, — вот и куражится, пока у нее есть возможность.
Анна не чаяла, что когда-либо обретет счастье. С плачем говорила младшей сестре, что они обречены – обе! – сидеть в своих комнатах до самой старости. Их жалели родные и знакомые, но вмешаться, разумеется, никто не смел. Да и как? Выкрасть тайком? Запрещено, невозможно! Сломить же сопротивление княгини Щербатовой было совершенно нереально: Антонина Воиновна была упряма, как стадо мулов.
Небеса сами решили все и за Щербатову, и за ее дочерей. Однажды зимней ночью 1812 года с княгиней случился удар. Она даже не успела позвать на помощь… Оплакали Антонину Воиновну на третий день, а на пятый, в княжеский дом, страшно смущаясь, явился Дмитрий Блудов.
Он говорил взволнованно и при этом пылко. Уверял Анну Андреевну, что любит ее много лет. И, если бы судьба была милосердней (читай, княгиня Щербатова), давно сделал бы ее своей законной супругой. Он, конечно, понимает, что сейчас настанет Пост, да и траур в семье…
— После Поста и поженимся, — решительно проговорила княжна.
Не было счастливее жениха и невесты! Как светились их лица! Едва отпраздновали Пасху, как обвенчались Дмитрий Блудов и княжна Анна Щербатова. В скором времени супруг Анны получил графский титул, так что положение их несколько сравнялось.
Но главное – они свили прекрасное семейное гнездо и стали родителями четверых детей (двух девочек и двух сыновей). Супругам было уготовано тридцать шесть лет совместной жизни, пока Анна не скончалась в 1848-м. Граф Блудов угас в 1864-м.
Вы же помните, что у Анны была еще и младшая сестра? Она тоже нашла свое счастье – в 1816 году сказала «да» камер-юнкеру Поликарпову. Мария Андреевна, по словам современников, в молодости была красавицей и имела прозвище «la belle Рolonaise».
