О том, что принцесса готова к замужеству, её родным сообщила прислуга. Это было очень кстати, ведь брак мог укрепить союз между Испанией и Францией. И в 1559 году четырнадцатилетнюю Елизавету де Валуа выдали замуж за короля Филиппа II. Горничные и ключники, прачки и пажи – прислуга разных эпох знала о своих господах больше, чем многие. Тесное соседство позволяло людям низкого происхождения черпать самую разную информацию. И делиться ею, если возникала надобность.
Персонаж «Игры престолов», Санса Старк, была в такой же ситуации, как принцесса Елизавета. Все ждали, когда произойдет её превращение из девочки в юную леди, и тогда она сможет выйти замуж за короля Джоффри. Но Сансе, поначалу восторженной и влюблённой, уже совсем не хотелось под венец. А потому, узнав про изменения в своем организме, девушка постаралась их скрыть.
И не вышло. Горничные сразу доложили обо всём королеве Серсее. Те, кто убирались в комнатах, кто растапливал камины, кто зашивал прорехи на платье получали массу сведений о своих хозяевах. А ещё больше знали прачки. Они первыми замечали, если одежды дамы испачканы, или, наоборот, слишком долго остаются чистыми.
О том, что знатная дама может оказаться «в положении», слуги выдвигали предположения намного раньше, чем об этом объявляли лекари. Так было, например, с Екатериной Медичи. Она вышла замуж в 1533 году, но почти десять лет не могла подарить Франции наследника. Короля убеждали: нужно расторгнуть бесплодный союз, когда дамы опочивальни радостно сообщили, что важного известия можно ждать со дня на день. Сама Екатерина в тот момент ещё ничего не знала.
Пажи, подростки из благородных семей, начинали прислуживать другим знатным сеньорам примерно с восьми лет. Они проходили придворную выучку, быстро начинали разбираться, какие интриги плетутся при Дворе, и очень много знали об аристократах.
А всё потому, что на пажей не было принято обращать внимания. Ну что может понять какой-то мальчик? Исключением из правила стал случай князя Михаила Голицына, которого назначили пажом в возрасте за пятьдесят, по прихоти императрицы Анны Иоанновны.
Однако пажи могли собирать – и передавать – ценные сведения. У принца Фридриха, будущего короля Фридриха Великого, имелся задушевный друг – Ганс Герман фон Катте. Младший брат Катте, по имени Петер, служил пажом при прусском Дворе.
Однажды принц по-крупному повздорил со своим царственным отцом, и задумал бежать в Англию. В детали плана были посвящены немногие, и он вполне мог сработать. Но бдительный паж побежал докладывать королю, и Фридрих вместе с Гансом попали в темницу. Принц обрёл свободу, а вот друга он потерял – фон Катте лишили головы 6 ноября 1730 года.
Хороший слуга не стал бы разглашать посторонним тайны своего господина. На это надеялись все, кто нанимал прислугу. Потому что понимали: за долгие годы, находясь очень близко, любой выучит наизусть чужие привычки и склонности, узнает про то, о чем не принято говорить вслух, и наверняка обретёт сведения, способные выставить знатное лицо не в самом хорошем свете. Не случайно литературный Атос приучал своего слугу Гримо общаться жестами. У графа де Ла Фер хватало собственных тайн, и он не нуждался в разговорчивом камердинере.
Предусмотрительно! Падение датской королевы Каролины-Матильды, например, произошло во многом из-за болтливости слуг. Ранцау удалось выяснить замыслы коронованной дамы, которая мечтала править страной вместе со своим фаворитом Струэнзе. Нужные кнопки были нажаты – и Каролина-Матильда угодила в ловушку, была лишена своего статуса и отправлена в изгнание.
— Что вы, мадмуазель! – воскликнула горничная – добрая, но болтливая девушка.
Эта характеристика служанки из «Графини Рудольштадт» у Жорж Санд очень хорошо отражает отношение к тем, кто работал в домах.
Но иногда болтливость слуг шла на пользу. В 1762 году помещица Дарья Салтыкова задумала извести своего бывшего кавалера, Николая Тютчева. Она предприняла две попытки, и обе завершились неудачей. А все потому, что Тютчева заранее предупреждали… крепостные Салтычихи.
Я писала об этой истории отдельную статью «Короткий брак». Если бы крестьяне помещицы смолчали, то не было бы впоследствии Ивана Николаевича Тютчева, а затем – поэта Федора Тютчева. Литература XIX века не получила бы блестящего автора!
И Ла Шоссе, слуга маркизы де Бренвилье, рассказал о тайнах своей хозяйки в 1673 году. Благодаря этому удалось установить, что аристократка последовательно расчищала себе путь к большому наследству.
Дело маркизы стало одним из самых громких в царствование Людовика XIV, и положило начало падению мадам де Монтеспан, которая многие годы царствовала в Версале. Одна ниточка потянула за собой целый клубок из разнообразнейших интриг! И помог в этом деле — обычный лакей.
Многие слуги работали в домах десятилетиями, и становились для своих хозяев близкими людьми, почти родными. За преданность им могли обеспечить пенсию и жильё, даже когда работники переставали трудиться в доме. Некоторые получали по наследству от господ значительные суммы — например, обеспечил своих бывших воспитателей граф Сергей Шереметев.
Другие меняли работу, не особенно тревожась о сохранности чужих секретов. Таким старались не доверять, в их присутствии не обсуждали никаких важных тем, непременно дожидались, чтобы горничная или камердинер вышли из комнаты. И всё равно в большом доме с немалым персоналом редко что-то удавалось утаить.
Правда, если какие-то сведения «ускользали», и удавалось выявить источник, увольняли слуг без сожаления. Могли не дать рекомендацию – и тогда путь в другой дом был закрыт. Без «справки» с места предыдущей работы к знатным людям не нанимали даже кучера. Поэтому прачка, конечно, знала больше. Но предпочитала лишний раз промолчать.
