Пожилой мужчина осматривал юную девушку. Он купил её за копейки, зато теперь она — его собственность, формально помощница по дому,
В старом Китае девочка часто была лишним ртом. Если в семье не хватало еды, отец погряз в долгах, младшие дети плакали от голода, а старшие уже работали на износ, именно дочь часто становилась той, кем можно было расплатиться.
Сына берегли, потому что он должен был продолжить род, содержать родителей в старости и привести в дом жену. Дочь, по их традиционной логике, уходила в чужую семью, а значит, считалась временной в семье с самого рождения.
Тогда продажа девочки не выглядела чем-то ужасным, это была страшная, но практичная сделка: она будет накормлена в богатом доме, а семья получит деньги, рис или хотя бы избавится от одного голодного ребёнка.
Так появились муйцай — девочки-служанки, которых бедные семьи отдавали или продавали в более богатые китайские дома. Само слово «муйцай» означало что-то вроде «младшая сестра», хотя это было, конечно, не так. Это была лишь видимость приличия, на деле же это было почти рабство.
Формально хозяева могли говорить, что взяли девочку на воспитание. Её называли домашней помощницей, приёмной девочкой, будущей невесткой или маленькой служанкой, которой якобы повезло попасть из бедности в приличный дом.
Иногда действительно случалось, что муйцай кормили, одевали, учили домашней работе и позже выдавали замуж. Но это было очень редко.
Муйцай работала с раннего утра до поздней ночи, убирала дом, носила воду, мыла посуду, присматривала за детьми, выполняла поручения хозяйки и спала где придётся. Её могли кормить остатками, наказывать за мелкие ошибки, бить, унижать и напоминать, что она не дочь, а купленная девочка, за которую уже заплатили.
Самым страшным было то, что продажу пытались спрятать под видом семейной традиции. Европейцы считали это рабством, что вполне оправдано, но многие китайские хозяева возражали. Для них это обычай, помощь бедным и часть домашнего порядка. На деле же дешевая рабочая сила — заплатил за неё однажды и все. Более того, их могли и перепродать.
История муйцай особенно распространилась в южном Китае, Гонконге, Макао, Сингапуре и китайских общинах Юго-Восточной Азии. В Гонконге, который находился под британской властью, эта практика существовала ещё в XIX и начале XX века, хотя британские законы уже давно запрещали рабство. Колониальные власти долго закрывали глаза на происходящее, считая это давней традицией.
Цена такой девочки могла быть разной. Иногда платили серебром, иногда деньгами, иногда едой или помощью семье. Да, действительно иногда платили и мешками риса. В голодные годы девочка могла стать платой за выживание остальных. Отчаявшаяся семья была готова пойти на такую жертву.
Обычно муйцай продавали совсем маленькими, от 5 до 10 лет. Они плакали и звали маму, не понимая, почему же вместо мамы теперь чужая тётя. В новом доме девочка быстро училась молчать, кланяться, работать и не задавать вопросов.
Чаще всего у неё не было своей комнаты, она не получала подарков на день рождения и у неё было скудное образование. Ее могли ударить палкой и за это хозяевам не грозило наказание.
Иногда хозяева действительно обещали, что, когда девочка вырастет, её выдадут замуж и отпустят. Но это обещание зависело только от их воли.
Муйцай могла стать женой бедного рабочего, могла остаться служанкой, могла быть перепродана в другой дом, а могла попасть в публичный дом или в положение наложницы, если хозяева или посредники решали нажиться на ней ещё раз. Часто продавали и мусульманам в Ачехе. Что с ними там делали и так понятно.
В начале XX века вокруг муйцай поднялся большой скандал. Журналисты и общественные активисты начали писать о том, что за «традицией» скрывается детское рабство.
Особенно громко вопрос обсуждался в Гонконге в 1920-е годы, когда появилась организация против системы муйцай. Давление стало настолько сильным, что власти были вынуждены принимать правила регистрации таких девочек, запрещать новые продажи и назначать инспекторов, которые должны были проверять, как с ними обращаются.
Но закон на бумаге ещё ничего не означал. Хозяева просто начали прятать девочек, записывать их как родственниц, говорить, что они просто помогают по дому, или утверждать, что никакой продажи не было. Даже когда власти пытались вмешиваться, муйцай оставались зависимыми от тех, у кого жили, ели и спали.
Одна из самых известных историй связана с Джанет Лим, женщиной, которая позже стала медсестрой и писательницей. Она родилась в Гонконге в 1923 году, но после смерти отца и повторного брака матери семья оказалась в тяжёлом положении, и девочку продали как муйцай в дом богатого и пожилого мужчины.
Позже Джанет Лим смогла выбраться из рабства, получила образование, стала первой азиатской медсестрой в сингапурской больнице и написала книгу «Проданная за серебро».
Есть и другой пример — Тьен Фух Ву, китайская девочка, которую отец, по некоторым сведениям, продал из-за долгов, связанных с азартными играми.
В детстве она стала муйцай, но затем была спасена в Сан-Франциско и позже посвятила жизнь помощи китайским женщинам и девочкам, попавшим в рабство, особенно в услужении мужчин. Не все истории заканчивались так радужно. Многие девочки бесследно исчезали.
Даже в XXI веке иногда всплывают дела, похожие на старую систему муйцай: девочку из бедной семьи отправляют к родственникам или знакомым «помогать по дому», обещают ей еду, крышу и будущее, а на деле превращают в бесплатную прислугу.
