-Я старик, ты — дитя, — вздохнул барин. — Нельзя нам вместе быть.
Фенечка помогла Ивану Андреевичу улечься на постели, да вдруг, задув свечку, нырнула к нему под одеяло…
В холодную ночь на 2 февраля 1769 года в скромном деревянном доме, стоявшем тогда на окраине первопрестольной Москвы, супруга армейского офицера Андрея Прохоровича Крылова, Мария Алексеевна, благополучно разрешилась от бремени. На свет появился крепкий мальчуган, которого нарекли Иваном.
В Москве Андрей Прохорович оказался, по сути, волей случая — в ожидании нового назначения. И вскоре приказ пришел: офицеру надлежало проследовать в Оренбургский драгунский полк, к прикаспийским рубежам, на театр русско-турецкой войны.
Супругу и сына Андрей Прохорович взял с собой, устроив их на съемной квартире в Оренбурге. В марте 1772 года карьера Крылова пошла в гору: он получил чин капитана.
В мае того же года Андрея Прохоровича откомандировали в карательную экспедицию генерала Фреймана для подавления бунта яицких казаков. Это выступление произошло примерно за год до того, как на исторической сцене объявился самозванец Емельян Пугачёв.
Царские войска наголову разбили мятежников. После этого в Яицком городке был сформирован новый гарнизон, возглавил который подполковник Иван Данилович Симонов.
Андрею Прохоровичу пришлось задержаться в Яицком городке, в то время как Мария Алексеевна с малолетним Иваном продолжала оставаться в Оренбурге.
В сентябре 1773 года грянула новая беда: объявился «государь-амператор», и началось пугачевское восстание.
18 сентября, на второй день смуты, мятежники уже стояли под стенами Яицкого городка. Казаки из правительственного гарнизона колебались и готовы были примкнуть к бунтовщикам, но подполковник Симонов пригрозил перебежчикам жестокой расправой: их дома в городке будут преданы огню, а семьи — порубаны.
Благодаря артиллерии гарнизону удалось отбить атаки пугачевцев и удержать Яицкий городок. Тогда Емельян повел свою рать вверх по Яику, к Оренбургу.
Вскоре началась изнурительная осада Оренбурга. Подвоз провианта прекратился, и горожане жестоко голодали. Марии Алексеевне и ее четырехлетнему сыну Ване пришлось несладко. В зрелые годы Иван Андреевич Крылов часто объяснял свою знаменитую любовь к обильной пище именно этими лишениями голодного детства.
Тем временем Пугачев отправил к Яицкому городку атамана Михаила Толкачева, который приступил к новой осаде. В 1774 году бунтовщики все же ворвались в городок. В этой критической ситуации капитан Крылов, проявив мужество, принял командование на себя, сменив растерявшегося коменданта Симонова.
Андрею Прохоровичу удалось перевести основные силы гарнизона в крепость, надежно защищенную высоким валом и рвом. Крылов выстроил грамотную оборону, встречая атакующих пугачевцев залпами из пушек.
Александр Сергеевич Пушкин в своем исследовании «История Пугачевского бунта» писал:
«Пугачёв скрежетал. Он поклялся повесить не только Симонова и Крылова, но и всё семейство последнего, находившееся в то время в Оренбурге. Таким образом обречён был смерти и четырёхлетний ребёнок, впоследствии славный Крылов».
Яицкий гарнизон выстоял исключительно благодаря отваге и находчивости капитана Крылова. 16 апреля 1774 года к городку подоспел корпус генерала Мансурова, и осада была наконец снята.
Мария Алексеевна, прихватив сына, незамедлительно выехала из освобожденного Оренбурга к мужу в Яицкий городок.
Наконец-то семья Крыловых воссоединилась! Встреча Андрея Прохоровича и Марии Алексеевны была исполнена невероятного умиления и слез радости.
В сентябре 1774 года капитан Крылов участвовал в допросах плененного Пугачёва.
Тем временем правительство приступило к награждению военных, отличившихся в подавлении бунта.
Струсивший подполковник Симонов получил от императрицы в награду деревню с тремя сотнями душ крестьян. Капитан Крылов же не удостоился ничего. Андрей Прохорович и Мария Алексеевна, у которых как раз родился второй сын Лев, были шокированы столь вопиющей несправедливостью.
В 1775 году оскорбленный несправедливостью капитан Крылов вышел в отставку без чинов и наград и отправился из Яицкого городка в Тверь. Там он устроился на гражданскую службу председателем Тверского губернского магистрата. Должность, вопреки своему весомому названию, приносила мизерный доход, и семейство влачило довольно бедное существование.
Когда Ивану пошел восьмой год, отец пристроил его в уездный суд на должность подканцеляриста. Юный Крылов оказался чиновником нерадивым: вместо бумаг он читал книжки из-под стола, за что получал подзатыльники от повытчика и нагоняи от отца. Андрей Прохорович, который сам приучил сына к литературе, возя за собой по степям сундук с книгами, чувствовал свою вину и тоже наказывал Ваню.
В 1778 году председатель Крылов скоропостижно скончался. Положение семьи, и без того незавидное, резко ухудшилось: в доме поселилась настоящая нищета. Перед кончиной Андрей Прохорович подозвал Ивана и завещал ему лишь сундук с книгами.
Если бы не великодушие тверских помещиков Львовых, Иван, скорее всего, остался бы без приличного образования. Благодетели разрешили мальчику присутствовать на уроках своих отпрысков, благодаря чему Крылов освоил математику, французский язык и литературу.
После смерти отца Иван стал единственным добытчиком в семье. Его скудного жалованья подканцеляриста в Тверском магистрате едва хватало на пропитание.
В 1783 году Мария Алексеевна решила, что оставаться в Твери долее невозможно, собрала детей и отправилась в Санкт-Петербург. В столице капитанская вдова надеялась выхлопотать себе пенсию и пристроить Ивана на хорошее место.
Ивана вскоре взяли приказным служителем в казенную палату, а вот в пенсии Марии Алексеевне категорически отказали.
Так для Ивана Крылова началась петербургская жизнь. Подросток, рано познавший нужду, отчаянно рвался в люди и свято верил, что единственной путевкой в жизнь для него станет литература — его подлинная страсть.
Уже в 1784 году 15-летний Крылов сочинил свое первое произведение — комическую оперу «Кофейница», в которой уже чувствовалась будущая мощь великого баснописца. В отличие от большинства поэтов того времени, Иван активно черпал из неиссякаемого источника живого народного языка. Жизнь в глухой провинции и бедность парадоксальным образом пошли ему на пользу: Крылов вдоволь наобщался с простым людом, впитывая сочные просторечные словечки.
В возрасте 18 лет Крылов объявил матери, что уходит с казенной службы, дабы всецело посвятить себя литературному труду. Мария Алексеевна, считавшая сына отмеченным Богом, смирилась с его решением.
Первые опыты молодого автора успеха не принесли. Подражательная трагедия «Филомена» с треском провалилась, не вызвали интереса у публики и комедии «Бешеная семья» и «Проказники». Однако критики отметили рост мастерства юного дарования.
Крылов не падал духом и лихорадочно работал над своим образованием. В совершенстве выучив французский, он взялся за итальянский, английский и немецкий. Он запоем проглатывал европейские новинки, выучил древнегреческий, чтобы прочесть Гомера в оригинале, а затем перевести его на русский.
К тому же Крылов виртуозно играл на скрипке, и его часто приглашали музицировать в лучшие столичные дома. У веселого, остроумного и добродушного юноши появилось множество друзей.
Иван чувствовал, что скоро его ждет прорыв и слава. Но пока он все еще искал свою настоящую стезю.
В 1786 году случилось знаковое событие: в журнале «Лекарство от скуки и забот» появилась эпиграмма, подписанная инициалами «И.Кр». Это была первая публикация Ивана Андреевича.
В 1788 году поэт закрепил успех, на этот раз опубликовав не эпиграммы, а басни. Жанр этот в Российской империи тогда был редкостью. «Новопожалованный осел», «Стыдливый игрок» и «Судьба игроков» вышли в «Утренних часах», но читательского восторга не снискали.
Крылов, скопивший к тому времени немного деньжат, рассудил: зачем печататься у других, если можно издаваться самому? В январе 1789 года в типографии Рахманинова он отпечатал первый номер сатирического журнала «Почта духов», где в стихах обличал пороки русского общества.
Журнал выходил до августа, не снискав большой популярности (всего 80 подписчиков), зато обратил на себя гневное внимание властей. За острую критику существующего строя императрица Екатерина II прикрыла «Почту духов», а Крылову предложила прокатиться по Европе за казенный счет — посмотреть, как живут люди, и набраться ума.
Вернувшись из-за границы в 1791 году, Крылов гостил в Брянском уезде у приятеля-помещика. Здесь 22-летний поэт встретил дочь местного священника Анну и потерял голову.
Семья Анны была состоятельной, находилась в дальнем родстве с самим Ломоносовым и имела множество влиятельных родственников. Родители девушки сочли бедного поэта совершенно неподходящей партией. Крылову было отказано в руке Анны, что стало для него тяжелым ударом. Собрав вещи, Иван в тот же вечер уехал обратно в Петербург.
Анна горько тосковала, дни напролет проливая слезы. В конце концов, родители смягчились и согласились на брак. Ивану Андреевичу отправили письмо в Петербург.
Крылов ответил, что сейчас у него нет денег на дорогу в Брянск, и предложил родителям привезти невесту в столицу, где он немедленно обвенчается с ней. Родственники сочли ответ оскорбительным, и о браке было окончательно забыто.
О дальнейшей судьбе Анны, увы, ничего не известно.
Чтобы заработать на жизнь, Крылову пришлось вновь поступить на службу. Впоследствии он научился совмещать казенную рутину с литературой без ущерба для вдохновения.
Мало-помалу, с выходом каждой новой басни или пьесы, известность Ивана Андреевича набирала обороты.
В 1809 году вышло первое отдельное издание его басен. Именно эта тонкая книжечка, содержавшая 23 произведения, принесла Крылову долгожданную славу. Последующие сборники лишь укрепили его положение как одного из главных русских поэтов.
С того момента жизнь Ивана Андреевича превратилась в череду непрерывных успехов, признания и императорских почестей.
Баснописец, обожавший вкусно поесть и выглядевший гораздо старше своих лет, постепенно превращался в того самого «дедушку Крылова», которого вскоре полюбила вся страна.
Тиражи книг Крылова по тем временам были фантастическими: десять, двадцать, сорок тысяч экземпляров. В конце концов, издатель Смирдин выложил Крылову баснословный гонорар за десятилетний контракт на издание его басен. Иван Андреевич стал не просто обеспеченным, а по-настоящему богатым человеком.
В свете, конечно, многих мучил вопрос: почему столь завидный жених, как Крылов, до сих пор холост? Иван Андреевич отшучивался:
«Непригоден я для брака».
Однако самые осведомленные знали: без женской ласки литератор не остается. В доме Крылова в Петербурге жила молоденькая, хорошенькая кухарка по имени Фенечка.
Иван Андреевич был невероятно нежен с Фенечкой и с истинно отцовской теплотой относился к ее маленькой дочке Саше.
Друзья поэта были уверены, что он состоит с кухаркой в тайном сожительстве. Иван Андреевич, возможно, и хотел бы обвенчаться с возлюбленной, но высшее общество того времени такой мезальянс ни за что не приняло бы.
Крылов и Фенечка, впрочем, и без того были счастливы, однако, счастие их длилось недолго. Фенечка захворала и скоропостижно скончалась.
Ивана Андреевича смерть возлюбленной едва не загнала в гроб. Крылов долго болел, лежал в постели. Лишь через два года он смог вернуться к литературному труду.
Повзрослевшую и превратившуюся в очаровательную барышню Александру поэт устроил в дорогой пансион за свой счет.
По окончании пансиона Крылов выдал девушку замуж, снабдив богатым приданым. Когда у Александры пошли дети, он с огромным удовольствием их нянчил. Малыши называли его «дедушка» — так же, как и вся остальная Россия.
Здоровье Ивана Андреевича, однако, неумолимо ухудшалось. Он едва передвигался, подолгу не вставал с постели.
9 ноября 1844 года великий русский баснописец Иван Андреевич Крылов скончался в своем петербургском доме в возрасте 75 лет. Причиной смерти стало двустороннее воспаление легких. Перед кончиной Крылов призвал к постели Александру с супругом и переписал на них всё свое движимое и недвижимое имущество.
