Мари сдали в аренду как чемодан или пиджак. Отработать надо было год, а дальше – непонятно. Боссы киностудий вписывали ее имя в сценарии, где требовалось мало думать, но часто показывать себя. Ведь за ней, такой эффектной, давно закрепилось прозвище «Тело». И хотя Мари оно чрезвычайно смущало и даже злило, владельцы бизнеса отказывались обращаться с ней как-то иначе.
Жизнь Коры Мари Фрай была предопределена с самого начала. Разве может быть другой путь у девочки, если её родители выступают в шоу Зигфельда? Она появилась на свет в 1923 году и часто переезжала: мама и папа с успехом гастролировали по всей Америке. А потом семейная лодка разбилась, и девочка осталась с матерью.
В начальной школе ее часто хвалили за усидчивость и сообразительность: Мари любила учиться, у нее неплохо получалось. Но едва она привыкала к одному месту, как мать везла ее в соседний штат, и девочка шла в другую школу. Потом мама вышла замуж во второй раз, и семья перебралась в штат Нью-Йорк. Вот там Мари впервые отметили, как красивую девушку: ей было пятнадцать лет, когда она попала на конкурс красоты.
Выиграть оказалось так легко, что она сама удивилась. Три раза подряд Мари побеждала в конкурсах разного уровня, а в 1939 даже стала «мисс штат Нью-Йорк». После этого ее завалили предложениями о рекламе, и девушка бросила школу. Съемки невозможно было совмещать с учебой. «Я хотела стать журналисткой, — позже говорила Мари. – Но люди с серьезными лицами утверждали, что мое тело – это мой пропуск на самый верх. И нельзя лишаться этого шанса».
Когда ее пригласили на Бродвей, семья ликовала: прекрасный старт! Кто-то из руководства предложил новый псевдоним для старлетки – Мари Макдональд (это была девичья фамилия матери).
— Когда имя и фамилия начинаются на одну букву, это лучше запоминается, — объясняли ей.
Она сама запоминалась с первого взгляда – удивительно эффектная, соблазнительная и при этом по-детски доверчивая и наивная. Кто-то увидел ее и позвонил на студию «Юниверсал»… В скором времени Мари позвали в Голливуд.
Ей сняли квартиру и определили гонорар: семьдесят долларов в неделю. Для начинающей провинциалки – огромные деньги. Делать ничего особенного не приходилось: просто проходные роли в фильмах, где она появлялась, взмахивала ресницами, или говорила несколько фраз. Главное, что она отлично приманивала новых зрителей – невероятное тело, всегда облаченное в потрясающие наряды…
— Что вы делаете сегодня вечером? – однажды весело спросил у нее молодой мужчина.
— Читаю газету. – спокойно ответила Мари.
Он расхохотался, а потом показал ей визитку: Ричард Аллорд был спортивным журналистом.
В ресторане, куда они пошли поужинать, было много народа. Потом Ричард проводил Мари домой, а после она позвонила матери – взволнованная, полная впечатлений. В ответ она услышала очень суровую отповедь, что ни в коем случае нельзя давать мужчинам никаких авансов! Мари – девушка из приличной семьи, и если кому-то нравится проводить с ней время, то нужно жениться…
Повесив трубку, она покорно кивнула. Мама была права. В конце концов, она и так дает пищу для сплетен, снимаясь в кино. И, когда Ричард позвал девушку в ресторан во второй раз, она так и заявила ему: я тебе нравлюсь? Женись.
Ко всеобщему удивлению, Аллорд не пошел на попятный. Он, действительно, сделал предложение и пара поженилась. Правда… спустя три недели Мари подала на развод: рестораны и милое общение не имели ничего общего с семейной жизнью. Это была явная ошибка! Следовало идти дальше, тем более что в кино появилось еще больше ролей. А еще после развода оказалось, что Ричард подарил Мари обручальное кольцо с поддельным камнем. По всей видимости, он с самого начала воспринимал этот союз несерьезно…
И в «Юниверсал» пресытились этим «телом». Старлетка была хороша, но больно однообразна. Тогда ее сдали в аренду другой кинокомпании, и Мари снялась в триллере «Крик в темноте». Шла Вторая мировая, все вокруг только и говорили, что о фронте. И Мари тоже внесла свою посильную роль в сбор средств – перечислила все свои гонорары за полгода на нужды солдат.
Времени на личную жизнь у нее почти не было, поэтому никто не удивился, что в 1943-м ее позвал замуж собственный агент, Виктор Орсатти. Такие браки в Голливуде случались довольно часто: звезда и режиссер, звезда и агент. Влюбленные обменялись клятвами в Самом Большом Маленьком городе Америки – так забавно называли Рино. Это был еще и город, где разводы оформляли быстрее, чем где-либо в США. Странный выбор для начала супружеской жизни?
Впрочем, эта самая жизнь не продлилась долго – уже четыре года спустя Мари собрала документы для расторжения брака. Виктор был подлинным диктатором, который не отпускал ее от себя ни на шаг, сам решал, где Мари будет сниматься, а где нет. Однажды он так сильно разошелся, что толкнул Мари… И она поняла, что дальше будет лишь хуже. А на пороге ее гримерной примерно в то же самое время стали появляться угрюмые парни с огромными корзинами роз. Иногда к корзине прилагался бархатный футляр с драгоценностями. Вооружившись лупой, Мари проверяла камни лично, она усвоила урок. Все драгоценности были настоящими, ведь их дарил Багси Сигел.
Он был легендой в «теневом» американском мире. Сын еврейских эмигрантов, которые когда-то уехали из Российской империи, Багси стал одним из отцов-основателей знаменитого Лас-Вегаса. Обаятельный, богатый, имевший знакомства повсюду, он обожал общество красивых женщин и не жалел на них средств. Ради Мари и ее внимания он однажды нанял целый самолет, усыпанный розами.
Никто не знает, почему так стремительно и красиво начавшийся роман сошел на нет. Кто-то говорил, что Багси был чрезвычайно помешан на пунктуальности, а Мари все время опаздывала. Другие считали, что просто нашел кое-кого получше. Однако затем, следуя заветам мамочки, Мари опять поспешила под венец: на этот раз, с миллионером Гарри Карлом.
«Я все время должна была оправдывать чьи-то ожидания, — позже писала Мари. – Мать хотела, чтобы я получала огромные деньги, но при этом вела себя, словно монахиня. Виктор хотел, чтобы я подчинялась только ему, Багси – чтобы я приезжала по его первому требованию. Гарри планировал посадить меня дома, чтобы я рожала детей».
Но с детьми не получалось. Шесть попыток закончились ничем, и Мари предложила Гарри компромиссное решение: почему бы им не усыновить кого-то? Тоже благое дело. Тогда в жизни актрисы и появились мальчики Деннис и Харрисон.
Киностудии по-прежнему звали «тело» для съемок. Мари старалась совмещать эти роли – яркой красавицы и хозяйки дома. А мужу все меньше нравились ее отлучки. В итоге, они развелись, а на следующий год поженились снова… А потом случилось чудо, которого Мари уже перестала ждать: она забеременела.
Тина Мари была красивой девочкой. Как Мари любила ее! Однако накопившиеся противоречия уже не сумели спасти ее союз с Гарри – они все-татки расстались окончательно. Позже актриса узнала, что ручку к этому основательно приложила ее коллега, Дебби Рейнольдс. Она-то и вышла замуж за Гарри после его развода…
Это надломило Мари. А потом все как-то сразу посыпалось… Один фильм оказался неудачным и не собрал кассу, и руководители студии сразу обвинили в этом Мари. Потом были неприятности на съемках — на актрису упал осветительный прибор и ей пришлось лечиться. Разумеется, как это часто бывало в те годы, Мари сразу назначили целую гору разных средств. И от этого стало лишь хуже.
В 1957 году она окончательно запуталась в своей жизни. Она позвонила в полицию и сообщила, что какой-то человек по телефону рассказал, что собирается похитить ее дочь. Потом ее мать якобы нашла в почтовом ящике записку, что следует хранить молчание и никуда не обращаться… Еще Мари говорила, что двое мужчин посадили ее в машину и потребовали у нее драгоценности и деньги, а когда они ехали по шоссе, то просто высадили ее в каком-то месте на обочине.
Она говорила сбивчиво. Утверждала, что была в каком-то доме с завязанными глазами. Затем меняла показания. Была убеждена, что у нее требовали 30 тысяч долларов, и что у нее синяки.
Но осмотр не подтвердил сказанного. Полиция перевернула ее дом в поисках каких-то зацепок и нашла брошюру «Пушистая розовая ночная рубашка», где история похищения была описана точь-в-точь, как ее описала Мари…
— Что вы хотите? – нервно сказал ее бывший муж, Гарри, которого тоже вызвали для дачи показаний. – Она нездорова! Я давно это подозревал!
Обвинения предъявить было некому, и все рассыпалось. Над Мари громко смеялись в прессе, а ее уже поглощала пучина, из которой выбраться было практически невозможно.
Она выходила замуж еще – за продюсера Дональда Тейлора. Он-то и нашел Мари бездыханной 21 октября 1965 года. Ее уход сравнивали с Мэрилин Монро, поскольку там и правда было много общего.
Детей забрал к себе Гарри, он и воспитал их вместе с Дебби. А «тело» довольно быстро забыли в Голливуде. Огромная кинематографическая махина перемолола Мари и безжалостно выбросила.
— Она сама виновата, — иногда говорили о ней.
— Она просто не рассчитала свои силы, — возражали другие.
Она просто была.
