Жениху было четырнадцать, невесте — двадцать лет. Она оплакивала свою горькую участь и просилась в монастырь. Потому что принцесса Батильда Орлеанская уже сделала выбор: она планировала принять постриг и превратиться в нежную сестру Агнессу…
«В нашей семье не принято быть счастливыми», — сурово отчитал девушку ее отец. Герцог Луи-Филипп Орлеанский говорил это не просто так: его собственное сердце было разбито. В молодости, будучи стройным и красивым юношей, он влюбился в королевскую дочь. Принцесса Генриетта отвечала ему взаимностью, но король Людовик XV категорически запретил влюбленным думать о браке.
Это была не прихоть, а страх. Луи-Филипп сам принадлежал к королевскому роду, и Людовик XV побоялся, что герцог захочет впоследствии завладеть троном. Поэтому герцога и принцессу разлучили, Генриетта начала чахнуть, и скончалась незамужней в двадцать четыре года.
«Я никогда не прощу ему этого», — мрачно пообещал Луи-Филипп.
Он женился в 1743 году и брак оказался на редкость неудачным: новоявленная герцогиня вечно влипала в некрасивые истории. Она рожала семь раз, но выжили только двое детей — сын, Филипп, и дочь, Батильда. «Ненавижу своё имя», — призналась девочка, когда немного подросла.
Вокруг нее расцветали Луизы и Жанны, Шарлотты и Аделаиды… А ей дали имя из какого-то глухого средневековья.
Когда Батильде было восемь лет, скончалась ее мать. Отец (сильно располневший, поскольку печали он привык заедать) уже давно жил на две семьи, и тут привез свою даму сердца во дворец. Эта женщина, маркиза де Монтессон, сразу дала понять, что падчерица ей неугодна. Поскольку равнодушному отцу дела не было до Батильды, то девочку моментально убрали с глаз долой. В монастырь.
И оказалось, что там ей намного лучше! В тишине обители Батильда занималась садоводством, много читала, молилась и мечтала. Она верила, что станет монахиней (и выбрала для себя имя Агнесса) и посвятит себя Богу. Чистые нежные мечты! И Батильда понятия не имела, что ею уже начали приторговывать на брачном рынке.
Сначала герцог решил выдать свою дочь-монахиню за герцога Пармского. Но брак не состоялся, переговоры зашли в тупик. А затем для Батильды присмотрели герцога Энгиенского. Он должен был унаследовать богатства сразу двух мощных фамилий: Конде и Роганов. Правда, имелась разница в возрасте. Луи Анри Жозеф — так звали предполагаемого жениха — был на шесть лет младше предполагаемой невесты!
«Ничего страшного, — спокойно говорил герцог. — Супруга нашего короля Людовика V была старше его на шестнадцать лет… И кто сказал, что в браке надо быть счастливыми?»
Бедная Батильда заливалась слезами, когда ей сообщили о принятом решении: она выйдет замуж за Луи Энгиенского. Она умоляла оставить ее в монастыре, но отец был непреклонен. 20 апреля 1770 года, в Версале, в присутствии всего королевского Двора, Батильда обвенчалась с человеком, которого видела только один раз до свадьбы…
На пиру она старалась не смотреть на мужа. А когда был дан сигнал провожать молодых в покои, то новобрачных развели по разным спальням — жених-то еще был недостаточно взрослым.
«Придет время, — пафосно сказал отец своей дочери, — и вы узнаете и полюбите своего супруга».
Действительно, Батильда узнала своего мужа со временем. Но полюбить не смогла. Луи отвечал ей тем же — полным равнодушием и даже презрением. Он считал, что эта меланхоличная особа, которая просит называть себя Агнессой, должна была бы отправиться к монахиням. И не мешать ему вести тот образ жизни, какой он хотел. Неудивительно, что с детьми у пары не задалось: когда был рожден наследник, супруги перестали даже здороваться друг с другом при встрече.
В 1778 году Батильда узнала, что сразу две французские актрисы беременны от Луи. Она была в ярости! И в Версале покрутили пальцем у виска — это же нормально, отчего она гневается? Все так живут. Когда Батильда уехала из дома своего мужа и заявила, что будет жить отдельно, во Франции посчитали, что она лишилась рассудка.
С ней перестали общаться. Ее не приглашали ко Двору. Батильда (теперь она носила титул герцогини де Бурбон) удалилась в замок Шантийи и принялась ставить там эксперименты.
«Она чернокнижница», — шептались про нее.
А еще Батильда сблизилась с масонами и даже вступила в ложу. Это было весьма удивительно, потому что обычно женщин в масоны не принимали. Как раз на одной из масонских встреч Батильда познакомилась с офицером Александром де Рокфеем. Результат этого знакомства стал понятен довольно скоро: молодая женщина произвела на свет незаконную дочь!
Теперь путь в Версаль был для нее закрыт окончательно. Девочка, названная Аделаидой-Викторией, подрастала в Елисейском дворце, который купила Батильда. Испытывая жуткую неприязнь к своему мужу и собственному сыну (с которым ее разлучили, когда Батильда совершила свой демарш), она увлеклась революционными идеями. И с гордостью надела трехцветную символику после взятия Бастилии.
«Меня зовут Ситуанн Верите!» — представлялась теперь Батильда. Это означало «Гражданская правда». Ее родной брат, Филипп, взял фамилию Эгалите — это означало равенство. Люди, которые прежде воротили нос от Батильды, попадали за решетку и женщина считала это справедливой карой за свои прежние унижения.
Она не учла одного: революция всегда пожирает тех, кто ее устроил. Рано или поздно. Однажды Ситуанн-Батильде припомнили ее высокое происхождение и посадили под арест. Полтора года она провела в узкой тюремной камере, дрожа от страха, что за ней придут и отведут ее на гильотину. Как ее брата, Эгалите…
Но ей повезло: случился переворот и жестокие якобинцы потеряли власть. Тюрьмы стали освобождать, потихоньку Франция возвращалась к прежней жизни. Батильда вернулась в свой Елисейский дворец, где сдавала квартиры, потому что жить было не на что.
А в 1797 году ей опять напомнили о неудачном происхождении: решено было выслать за пределы Франции всех оставшихся Бурбонов. Батильду и ее дочь посадили на простую телегу и отправили в Италию. Править телегой доверили одному 27-летнему офицеру… По прибытии на итальянские земли Батильда уже не скрывала, что влюбилась.
Во Франции воцарился Наполеон, но он не позволил Батильде вернулся. А еще он отнял ее единственного сына… Луи горько оплакивал эту утрату, а жена холодно отчитала его в письме:
«Бог призвал нашего сына, чтобы он, очистившись от грехов, на небе оказывал нам услуги гораздо большие, чем он мог оказать нам на земле, при ложных своих принципах».
Надо ли говорить, что герцог де Бурбон возненавидел свою супругу после прочтения этих строк?
Когда случилась реставрация Бурбонов, Батильда смогла снова ступить в Париж. Ее встречали с большим воодушевлением! Король Людовик XVIII выделил ей пенсию и обменял ее Елисейский дворец на другой, поскромнее. Вместе с Батильдой во дворце поселился и ее избранник-офицер.
В январе 1822 года был организован марш к Пантеону, в котором приняла участие и Батильда. В толпе ей внезапно стало плохо. Кто-то помог ей дойти до ближайшего дома и там уже Батильда испустила дух. Перед кончиной она попросила, чтобы ее называли Агнессой.
Еще в 1791 году Батильда выдала свою внебрачную дочь за своего секретаря, Жозефа Гро. Этот союз привел к рождению одного видного французского дипломата девятнадцатого века. А другим потомком Батильды стал Жорж Гинемер — один из самых известных летчиков времен Первой мировой…
