Мужчины вели себя с ней, как с вещью. Их было четверо, а она — одна, женщина, к тому же — не белая женщина, а значит, нечего и церемониться…
Тяжёлые ледяные воды глухо бились о берега острова Врангеля, словно предупреждая: назад дороги нет. Корабль «Сильвер Вэйв» (в русских источниках его называли «Серебряный») скрылся за горизонтом, оставив в сентябре 1921 года на промёрзшей земле острова Врангеля в Чукотском море шесть живых существ: четырёх мужчин, одну женщину и кошку по кличке Вик.
Ада Блекджек стояла на ветру, кутаясь в потёртую меховую куртку, и смотрела в сторону Большой земли, где в приюте города Нома остался её восьмилетний сын Беннет, больной туберкулёзом и никому не нужный, кроме матери.
Молодая женщина не знала главного: её обманули, никаких других женщин в экспедиции не будет. А организатор похода, канадский исследователь Вильялмур Стефанссон, давно потерял связь с реальностью, уверовав в собственные теории о благодатной Арктике, где человек может жить охотой и рыболовством.
И уж тем более Ада не догадывалась, что Стефанссон затеял эту авантюру вовсе не ради науки — ему нужен был формальный повод заявить права на остров Врангеля для Британской империи, пока Россия, охваченная Гражданской войной и революционными пожарами, не обращает внимания на свои дальние северные рубежи.
Осенью 1921 года в Советской России действительно было не до островов: хлебные очереди в Петрограде, восстания в Сибири, тиф и голод — Арктика могла подождать.
Ада Делутук родилась в эскимосской семье на Аляске 10 мая 1898 года — точное место называли по-разному: то ли Спрус-Крик, то ли отдалённое стойбище в восьми милях от поселения Соломон. Отец умер, когда она была ребёнком, от пищевого отравления. Мать, не имевшая средств прокормить дочь, отправила Аду в методистскую миссионерскую школу в Номе.
Там девочка выучила английский, научилась читать и шить — и навсегда потеряла связь с родной эскимосской культурой. Ада стала чужой для своих и осталась чужой для белых.
В шестнадцать лет Ада вышла замуж за Джека Блэкджека. Джек пил, бил жену, пропадал неделями. Родив троих детей, Ада похоронила двоих из них — в суровых условиях детская смертность была обычным делом, но от этого матерям не становилось легче.
Когда муж окончательно исчез в 1920 году (позже выяснилось, что он просто сбежал с другой женщиной), Ада осталась с сыном Беннетом и кучей мужниных долгов. Поговаривали, что маленькая эскимоска прошла пешком почти сорок миль до Нома, неся ребёнка на руках, — другой дороги у неё просто не было. В Номе Ада отдала Беннета в приют Джесси Ли, а сама взялась шить и убирать, чтобы выжить.
Восьмилетний Беннет заболел, надежды почти не было, туберкулёз тогда лечили «деньгами» — санатории, смена климата, врачи, лекарства, и то не факт, что удастся спасти обречённого. У Ады же не было ничего: заработка от мытья полов в барах Нома, шитья на заказ одежды для шахтеров едва хватало на хлеб.
В мае 1921 года женщина услышала о наборе в экспедицию. Организаторы искали эскимосскую швею и повариху для группы колонистов, отправлявшихся на остров Врангеля. Платили пятьдесят долларов в месяц — баснословные по тем временам деньги. Стефанссон лично заверил Аду, что в группе будут другие женщины-эскимоски, что условия приемлемые и что ровно через год её вернут домой с тысячью долларов в кармане. От отчаяния Ада согласилась.
В августе 1921 года судно отчалило от причала Нома. Стоя на палубе, Ада поняла страшную вещь: других женщин нет, кроме неё в экспедицию отправились лишь четверо мужчин. Двадцатитрёхлетний Аллан Кроуфорд — канадец, студент, мечтавший о приключениях, Мильтон Голл, американец, плотник, Лорн Найт, американец, картограф и охотник, Фред Морер, американец с полярным опытом — он уже участвовал в экспедиции на «Карлуке» 1914 года. Все молодые, азартные, но абсолютно не представлявшие, что такое настоящая Арктика.
Ада попыталась отказаться, но корабль уже вышел в море и возвращаться, ради того, чтобы высадить передумавшую женщину, никто не собирался.
16 сентября 1921 года экспедиция высадилась на острове. Стефанссон уверял, что на острове полно дичи: овцебыки, тюлени, белые медведи. На деле оказалось, что крупные животные на остров Врангеля заходят редко, а сезонная охота требует опыта, которого у городских парней не было. Еды, взятой с собой, хватило бы на шесть месяцев при условии жесткой экономии.
Стефанссон обещал, что корабль с провизией придет летом 1922 года, пополнит запасы, и группа сможет остаться на вторую зимовку. Корабль не пришёл. У Стефанссона не нашлось денег, чтобы его снарядить.
Первую зиму они пережили. Ада трудилась наравне с мужчинами: шила из шкур теплую одежду, готовила, чинила палатки, собирала плавник для костра. По ночам женщина плакала, вспоминая сына. Она даже написала завещание на случай своей гибели: все деньги должны были пойти Беннету.
К весне 1922 года, как позже писали в газетах, с ней начало происходить что-то странное. Говорили, что Ада «уходила в себя» на несколько часов, не реагировала на оклики, смотрела сквозь людей.
По неподтверждённым свидетельствам, которые циркулировали в прессе тех лет, она якобы умоляла Кроуфорда на ней жениться, а через час уже ненавидела его. Рассказывали даже, что мужчины будто бы привязывали её к флагштоку, чтобы она не навредила себе. Правда это или выдумка жёлтых журналистов — теперь уже не установить.
Исследователи склоняются к тому, что многие из этих деталей — не более чем расистские штампы того времени: белые колонизаторы любили изображать коренных жителей «дикими».
Старейшины из числа эскимосов называли похожее состояние «пиблокто» — арктическая истерия, расстройство, которое иногда случается у женщин, слишком долго живущих в условиях полярной ночи в отрыве от привычного общества. Но если верить документам, однажды утром, в начале августа, Ада проснулась совершенно спокойной. Она позавтракала кипячёной кожей (другой еды почти не осталось) и вышла чинить капканы.
Осенью 1922 года Стефанссон наконец собрал экспедицию снабжения, однако льды встали раньше времени. Три недели судно пыталось пробиться к острову и отступило. По рации Стефанссон передал изнурённым людям: «Вы можете прокормиться сами. Я верю в вас».
В январе 1923 года температура на острове опустилась до минус пятидесяти пяти градусов по Цельсию. В домике из плавника и шкур вымерзали углы. Лорн Найт заболел цингой, дёсны его распухли и почернели, зубы выпали, суставы болели так, что он не мог ходить.
Кроуфорд, Морер и Голл решили прорываться пешком через пролив Лонга в Сибирь, до ближайшего чукотского стойбища, до которого было больше двухсот километров. Мужчины ушли и больше их никто никогда не видел. В лагере остались: женщина, умирающий Найт и кошка Вик.
Ада делала невозможное почти полгода. В одиночку охотилась на тюленей, рискуя жизнью на тонком льду, однажды провалилась, выбралась чудом, обморозила пальцы, но продолжала ползти с ножом к добыче.
Женщина освоила винтовку, которой раньше боялась как огня, потому что ружейный выстрел в эскимосской традиции означает смерть, научилась разделывать медведя, те ходили вокруг их лагеря стаями — на острове Врангеля до сих пор самая высокая плотность белых медведей в мире. А ещё Ада вела дневник на английском, коряво, но вполне разборчиво.
Найт, прикованный к постели, впал в тяжёлую депрессию, он кричал, обвинял Аду в том, что она его отравила, что специально не давала ему витаминов, хотя их просто неоткуда было взять. В дневнике есть запись, где женщина описывает, как однажды Найт швырнул в неё кружкой и попал в висок. Ада молча вытерла кровь и пошла ставить капканы на песца.
В июне 1923 года Найт умер, Ада похоронила его рядом с лагерем, наскребая мёрзлую землю ножом и руками, поставила на могиле небольшой крест из плавника и написала имя. Потом, как она сама рассказывала корреспондентам, легла рядом с могилой и пролежала почти двое суток, глядя в белое небо, — сил не было ни на что.
Двадцатого августа 1923 года к острову подошло спасательное судно, снаряжённое уже американцами. Капитан увидел на берегу фигуру в лохмотьях, маленькую, сгорбленную, с кошкой на руках. Ада Блекджек продержалась на острове два года и целых шесть месяцев после ухода мужчин.
На Большой земле женщина стала сенсацией. Газеты выходили с заголовками: «Эскимоска пережила ужас, от которого умерли мужчины», «Мать вернулась с того света ради сына», «Женщина-Робинзон Крузо». Аде предлагали деньги за интервью, за ней бегали репортёры, фотографы просили попозировать с ружьём. Ада смущалась, закрывала лицо руками и пыталась объяснить, что она просто делала свою работу.
Нашлись и критики: «Она плохо заботилась о Найте», — писала одна из газет. Другая выдвигала версию, что она специально морила Найта голодом. Третья заявила, что вся история — выдумка, что на самом деле остров был тёплым, медведи — ручными. Организатор экспедиции Стефанссон, чтобы спасти свою репутацию, публично усомнился в психическом здоровье Ады, намекнув на ту самую «арктическую истерию».
Женщине выплатили лишь часть обещанных денег — меньше четырёхсот долларов. Остальное, по версии Стефанссона, ушло на снаряжение спасательной экспедиции.
Ада, выжившая в аду, купила билет до Сиэтла и отвезла Беннета в хороший санаторий. Сын выздоровел. Позже женщина вышла замуж во второй раз, родила ещё одного сына, Билли. Ада прожила долгую жизнь, умерла 29 мая 1983 года в возрасте восьмидесяти пяти лет, окружённая внуками и правнуками.
На её могиле на Аляске, по свидетельствам тех, кто её посещал, выбито: «Ада Блэкджек — героиня экспедиции на остров Врангеля, 1921–1923».
Сама себя Ада героиней не считала, она просто хотела спасти сына.
