«Жирновата ты стала, Алл, не находишь? — жестко спросил он. — Живот висит, а эти растяжки… Не пора ли худеть?».
Они будто были из разных миров. Вениамин, — вдохновенный юноша из профессорской, глубоко интеллигентной семьи, студент Щукинского училища, с малых лет сидевший за одним столом с Роланом Быковым. И Алла, простая девушка с рабочей окраины, третьекурсница Московского технологического института пищевой промышленности, куда поступила по настоянию родителей, выбравших для дочери надежную, «хлебную» и далекую от грез специальность.
На дворе стоял 1960 год, разгар хрущевской «оттепели». Вениамину Смехову только что исполнилось двадцать, ровно столько же было и Алле.
Их встреча казалась невозможной, случайностью из разряда чудес – но она произошла. И виной всему – советские молодежные спортивные лагеря, куда в ту пору отправляли едва ли не поголовно, порой в приказном тоне: «Поезжай обязательно! На лыжах прокатишься, воздухом подышишь. Атлетом можешь не быть, но физкультурником – обязан!»
Впрочем, оба – и Вениамин, и Алла – отправились в подмосковный лагерь с охотой: лыжи и живое общение они любили одинаково. Именно там, на заснеженных склонах, раскрасневшиеся от бодрого морозца, с палками в руках, они и познакомились.
Симпатия была быстрой, сильной и взаимной.
В столицу возвращались с твердым намерением встречаться. Веня сразу же объявил родителям: «У меня теперь есть девушка. Готовьтесь к встрече с красотой».
Отец, фронтовик Борис Моисеевич Смехов, в мирной жизни — профессор и доктор экономических наук, ответил с присущей ему иронией: «Всегда готовы».
Они не выносили разлуки. Проснувшись и кое-как перекусив, Веня мчался в метро, где его уже ждала Алла. Вместе ехали в центр, бродили по Арбату, Тверской, Пушкинской площади. Целовались под памятником Пушкину, и снег все падал и падал, словно подтверждая: это всерьез.
Веня познакомил Аллу со своими однокурсниками – теми, кому суждено было стать звездами кино и сцены: Саша Збруев, Люда Максакова, Ваня Бортник оказались людьми душевными, веселыми и надежными. Творческая атмосфера, в которую парень погрузил девушку, ей чрезвычайно понравилась, и она сама начала грезить о чем-то подобном, однако, во многом по совету Вениамина, решила все же доучиться в институте пищевой промышленности.
Скоро состоялось и знакомство с родителями. Алла покорила семью Смеховых, а Веня, в свою очередь, пришелся по душе маме и папе Аллы.
В 1962 году они отправились в ЗАГС. На церемонии молодожены сияли так, что ни у кого не осталось сомнений: этот брак заключен по любви, и он сам есть воплощение любви.
Алла и Вениамин мечтали о скромной студенческой свадьбе, но профессор Смехов настоял на «настоящем тожестве», запоминающемся, с приглашением всех (или почти всех) родственников. Молодые не стали перечить.
Затем последовало чудесное путешествие на Кавказ, в Осетию. Величественные горы, радушные люди, бирюзовые озера и фантастические закаты над Караугомом остались в памяти навсегда.
По возвращении в Москву молодая семья столкнулась с первыми серьезными трудностями. Не было ни жилья, ни работы, а сидеть на шее у родителей не хотелось. Алле повезло: она устроилась техником в НИИ пищевой промышленности. Вениамин, с грехом пополам окончивший «Щуку», обегал все столичные театры, прошел десятки проб – но тщетно.
В итоге Смехов стал «домохозяином». Готовил нехитрые обеды и ужины, наводил порядок, дожидался Аллу с работы. При этом он не прекращал бегать на пробы и упрашивать друзей похлопотать за него.
В конце 1962 года произошло невероятное – Вениамина приняли в Театр на Таганке! И буквально следом пришла еще одна радостная весть: Алла сообщила, что беременна.
Вениамин делал всё, чтобы любимой было комфортно. Алла позже вспоминала:
«Веня меня очень оберегал, считал, что в положении я должна видеть вокруг исключительно прекрасное».
Он повесил на окна изящные занавески, доставал цветы где только мог, украшал скромное жилище. А вскоре жилище перестало быть скромным – Алла родила дочку Елену, а Смехову как актеру дали прекрасную квартиру в Москве. Теперь можно было принимать гостей. И каких! Высоцкий, Визбор, Золотухин – все отмечали, насколько гармоничной и удивительно счастливой выглядит семья Смехова.
27 марта 1968 года родилась вторая дочь – Алла, которая в будущем сменит имя на Алика. Родители были на вершине блаженства, а брак казался нерушимой крепостью, которую не взять никому. В театре Смехова считали «однолюбом».
Годы текли. Вениамин Смехов играл в театре, иногда снимался в кино. Но его карьера оставляла желать лучшего. Друзья получали главные роли, становились всесоюзными знаменитостями, а он неизменно довольствовался вторым или третьим планом.
Но вот наступил 1979-й. На экраны вышел фильм «Д’Артаньян и три мушкетера», и уже на следующий день Вениамин Смехов, блестяще перевоплотившийся в Атоса, проснулся знаменитым на всю страну. Это было настоящее безумство! У актера мгновенно образовалась армия поклонниц, среди которых хватало юных хищниц, дежуривших у театра.
Слава странно отразилась на характере Вениамина. Он стал резким, порой грубоватым, часто впадал в странную задумчивость, уставившись в одну точку. Алла списывала это на колоссальную усталость. Тем более что внешне он оставался примерным мужем: ночевал дома, дарил цветы, возился с дочками.
Насторожиться Аллу заставила случайно брошенная фраза:
«Ты бы похудела, что ли».
Дальше – больше. Муж начал настаивать на кардинальных переменах во внешности. Вспоминала Алла:
«Он отправил меня худеть в институт питания, я сбросила шестнадцать килограммов. Правда, чувствовала себя при этом отвратительно».
Алла похудела, похорошела, но в глазах Вениамина по-прежнему застыла та же атосовская грусть.
Когда она приходила в театр, общие друзья смотрели на нее с явным сочувствием – как на больную.
Когда же тайное стало явным, Алла отреагировала на удивление спокойно: женская интуиция давно всё подсказала. Позвонил знакомый из театра и сухо сообщил:
«Алла, Веня больше не придет».
Смехов так и не нашел в себе смелости лично признаться жене, что уже год состоит в отношениях с 19-летней поклонницей, студенткой и стажеркой Таганки Галиной Аксеновой.
Вероятно, именно эта неожиданная трусость «Атоса» и вывела Аллу из себя, превратив развод в тяжелый, скандальный процесс. Она не хотела больше видеть мужа и слышать о нем. Раздел имущества проходил через суд и был унизительно-мелочным.
Смехов, всегда трепетно относившийся к своей репутации, страшно переживал. Но Аллу это уже не трогало.
Дочери – Елена и Алла – безоговорочно приняли сторону матери. Алика со временем возобновила общение с отцом, Елена же так и не сумела простить предательства.
Смехов и Галина Аксенова поженились – этот брак оказался счастливым и благополучно существует по сей день.
Алла Смехова больше не вышла замуж. Всех мужчин, пытавшихся ухаживать за ней, дочери-подростки встречали в штыки, и мать не могла переступить через их неприятие.
Прошло сорок лет. Боль улеглась, обиды притупились. Теперь, когда журналисты спрашивают Аллу Смехову, могла ли она тогда отпустить мужа «по-хорошему», без скандала, она отвечает: это было невозможно, потому что она любила его всей душой. Она всегда помнила ту белую подмосковную сказку и не могла, не хотела верить, что всё кончено.
«Если бы не любила — отпустила бы легко».
