«Француженка? Та самая?» — переспросила Люся и без сил рухнула в кресло. Слезы тут же брызнули из глаз. Нет, Люся все еще была красавицей — темные волосы, пронзительные глаза, — но сил конкурировать за сердце Володи с загадочной томной парижанкой она в себе не находила…
Семью Абрамовых считали чуть ли не образцовой. Коренные москвичи, потомственные научные сотрудники — высокообразованные, благородные, воспитанные. Отец, Владимир Аркадьевич Абрамов, трудился редактором в издательстве «Химия», а мать, Наталья Николаевна Абрамова (в девичестве Щербиновская), являлась сотрудником Военного института иностранных языков.
Люся появилась на свет 16 августа 1939-го, за два года до того, как грянула Великая Отечественная война.
Абрамовы занимали просторную квартиру в центральном районе Москвы. Жили большой и дружной семьей: Люся, её родители, сестра, а также бабушка и дедушка по материнской линии.
Мама с папой много работали, так что Люся гораздо больше времени проводила с дедом и бабкой — людьми необычайно колоритными и примечательными. Николай Сергеевич и Любовь Борисовна Щербиновские были учёными-энтомологами; многие годы они посвятили борьбе с саранчой и прочими вредителями сельского хозяйства.
Любовь Борисовна, кроме того, страстно любила поэзию и обладала подлинным артистическим даром. Именно бабушка привила внучке любовь к театру: уже в десятилетнем возрасте девочка твёрдо знала, что станет актрисой.
Родители, однако, мечту Людмилы не разделяли: они питали стойкое предубеждение против «богемных профессий» и хотели, чтобы дочь пошла по их стопам — занялась наукой.
В десятом классе семнадцатилетняя Люся впервые проявила характер. Девушка ушла из дома, перевелась в вечернюю школу и устроилась во МХАТ на техническую должность. Жила Людмила в съёмной комнатке неподалёку от театра.
К тому времени Люся стала настоящей красавицей: высокая, с пронзительным взглядом и чувственными губами.
Едва закончив порядком опостылевшую школу, девушка начала готовиться к поступлению во ВГИК. Параллельно она посещала объединение молодых писателей и поэтов при редакции журнала «Юность».
Именно там Абрамова и повстречала своего первого мужа.
Игорь Дуэль писал и стихи, и прозу, грезил литературной славой. Людмиле подобные устремления тоже были близки, и именно на почве любви к художественному слову молодые люди нашли общий язык. Они начали встречаться, а затем — всего через несколько месяцев после знакомства — быстро расписались в одном из московских загсов.
Позже Людмила так вспоминала о своем первом, студенческом, замужестве:
«Меня увлекло не его личное обаяние. Ужасно нравилась богемная обстановка литературно-художественной среды, в которую он меня ввел. Я была романтичной девицей и от слов «поэт», «художник», «режиссер» тогда начинала чувствовать себя присутствующей при сотворении мира».
Очень скоро выяснилось, что брак был чересчур поспешным. За рамками общего увлечения литературой Игорь и Людмила оказались абсолютно разными людьми. Более того, Дуэль начал проявлять грубость: в нетрезвом виде вполне мог замахнуться на Людмилу — хотя, по ее собственному признанию, ни разу не ударил.
Редакция «Юности» направляла Игоря в долгие командировки на Дальний Восток, откуда он присылал очерки о тружениках моря. Расстояние стало роковым для этого, по сути, бесперспективного союза: спустя два года Людмила и Игорь развелись.
В 1958 году 19-летняя Людмила осуществила свою заветную мечту — стала студенткой ВГИКа. Вместе с ней на курсе учились Василий Шукшин, Андрей Тарковский, Андрей Кончаловский и целая плеяда других молодых дарований. Романтичная и витающая в облаках Абрамова, чьим главным увлечением была поэзия Серебряного века, слегка меркла в компании столь ярких сокурсников. Однако режиссер Ромм был твердо убежден: у девушки большое кинематографическое будущее.
Перейдя на второй курс, Людмила стала объектом страстной любви со стороны однокурсника Владимира Китайского — того самого, кого Михаил Ромм считал самым одаренным из своих учеников. Владимир отличался оригинальным взглядом на киноискусство и к тому же писал прекрасные стихи.
Но Абрамова, при всем восхищении талантом Китайского, не смогла ответить ему взаимностью — юноша был слишком неприметен и лишен внешней привлекательности. А уж рядом с Людмилой, которую все признавали первой красавицей курса, он и вовсе выглядел бледно и невыразительно.
Абрамова позже вспоминала:
«На третьем курсе я поняла, что роман не состоялся. Чувства к нему у меня не было вообще. Приняла за любовь что-то другое, нечто вроде жалости пополам с интересом к его стихам.Я решила положить конец его ухаживаниям и, презирая себя за неспособность любить».
Людмила дала отказ ухажеру, после чего, по словам некоторых приятелей Владимира, тот свел счеты с жизнью. Правда, у Китайского накопилось и немало других поводов для разочарования: его сценарий отвергли, из общежития выселили, лишив столичной регистрации. Москва обошлась с Владимиром слишком жестоко — он просто не выдержал испытания большим городом.
Когда тело Китайского обнаружили, Людмилу вызвали на допрос к следователю. Никакой вины студентки в случившемся не нашли, и следователь лишь передал ей листок с посмертным стихотворением Владимира:
Любимая, единственная, краткая!
Я рад простить вам — всё, что есть простить!
Не забывая делать физзарядку,
не забывайте иногда грустить —
Людмила была потрясена гибелью своего поклонника. После этого случая она решила целиком уйти в учебу и карьеру, «забыть о чувствах» навсегда.
В 1961 году 22-летнюю студентку пригласили на «Ленфильм» для участия в картине «713-й просит посадку». Людмиле предстояло перевоплотиться в иностранную актрису Эву Пристли — это был ее кинодебют.
По прибытии в Ленинград актриса поселилась в гостинице и принялась готовиться к предстоящим съемкам. В этом же отеле жили и все остальные члены съемочной группы, с большинством из которых Людмила еще не успела познакомиться.
Как-то раз, возвращаясь из булочной, Абрамова заметила на пороге гостиницы парня, который был явно навеселе.
«У вас есть деньги?» — спросил молодой человек и тут же сбивчиво пояснил: он разбил в ресторане посуду, его заставили все оплатить и отобрали паспорт.
Людмила растерялась — денег у нее не оказалось. И вдруг девушка решилась: сорвала с пальца старинное кольцо с аметистом — бабушкин подарок — и протянула парню.
«Вот, возьмите, продайте!»
Молодой человек пьяно улыбнулся, забрал украшение и исчез. Людмила думала — навсегда. Однако уже на следующий день она встретила его на съемочной площадке.
«Владимир Высоцкий, — улыбаясь, представился он. — Я играю морячка в бескозырке».
Высоцкий был всего на год старше Людмилы, однако уже успел сняться в нескольких картинах — правда, в эпизодических ролях. Что касается истории с кольцом, то она получила продолжение. Вот как об этом вспоминала сама Абрамова:
Как бы то ни было, Людмила позволила Владимиру зайти в ее номер. Высоцкий пел под гитару, шутил, рассказывал о своих грандиозных планах на будущее.
Владимир и Людмила почти не расставались ни во время съемок, ни после. «Барышня и хулиган» — так их в шутку называли. Высоцкий и впрямь всегда был готов защитить возлюбленную:
В той драке Владимир одержал победу, чем еще сильнее расположил к себе Людмилу. Молодая женщина осознала, что влюбилась в этого талантливого, веселого и невероятно многообещающего человека.
В столицу они вернулись уже вдвоем. Вскоре Владимир признался Людмиле: с апреля 1960 года он женат на Изольде (Изe) Жуковой, своей однокурснице по Школе-студии МХАТ.
Изу после окончания вуза направили по распределению в Киев, в Театр имени Леси Украинки. Высоцкий почти каждую субботу наведывался к законной супруге.
Владимир божился Людмиле, что с Изой все кончено — их отношения себя исчерпали. Абрамова поверила и познакомила возлюбленного со своими родителями. Владимир Аркадьевич и Наталья Николаевна пришли в ужас от «жениха»: Высоцкий предстал перед представителями старой московской интеллигенции настоящей подворотней шпаной, «блатным».
Отец отозвал Люду на кухню и шепнул ей на ухо: «Кого ты привела в наш дом?»
Родители умоляли Людмилу одуматься, найти себе достойную партию, однако молодая женщина стояла на своем — только Высоцкий.
А тем временем Иза Жукова никак не соглашалась дать Владимиру развод.
Абрамовой приходилось довольствоваться положением любовницы. В марте 1962 года Людмила сообщила Владимиру, что ждет ребенка. Высоцкий пришел в восторг и заявил, что немедленно хочет венчаться с возлюбленной — пусть даже и неофициально.
В апреле 1962-го на подмосковной даче сыграли «ненастоящую» свадьбу, на которую, тем не менее, собралась добрая половина друзей Высоцкого. В ноябре того же года Людмила родила сына, которого назвали Аркадием — в честь приятеля Владимира, знаменитого писателя-фантаста Аркадия Стругацкого.
В 1964-м у пары родился второй сын, Никита, а спустя год Изольда Жукова наконец дала Высоцкому долгожданный развод.
Владимир немедленно повез Людмилу в загс.
Людмила оставила театр, перестала сниматься в кино и целиком посвятила себя семье. Владимир обеспечивал жену и детей, как говорили в советские времена, «по высшей категории» — добывал и покупал только самое лучшее. При этом он успевал возиться с мальчишками, рассказывать им сказки и даже гладить пеленки.
Владимир, которого критика всерьез не воспринимала как актера, постепенно превращался во всесоюзную знаменитость благодаря своим песням. Слава Высоцкого год от года росла как на дрожжах, у него появилось много денег и множество поклонниц.
Владимир по-прежнему любил Люсю, но быть для него музой она уже перестала — Высоцкого утомил быт, а жена начала казаться ему уже не столь привлекательной, как прежде.
В 1966 году Людмиле открылась страшная правда — у Владимира завелась любовница.
Актрисе Татьяне Иваненко было 25 лет. Она была ослепительно красива и, что называется, «манкая»: многие мужчины сходили по ней с ума. Однако Высоцкому стоило лишь поманить пальцем, и Таня, бросив мужа-акробата, с головой ушла в роман со знаменитым бардом.
Владимир ночевал у Татьяны, не скрываясь появлялся с ней в общественных местах и брал с собой в кинокомандировки.
В 1967 году на банкете в ресторане ВТО Владимир повстречал французскую актрису Марину Влади. Со стороны Высоцкого это оказалась любовь с первого взгляда; сама француженка поначалу не обратила на поэта особого внимания, однако, услышав его песни под гитару, Марина влюбилась.
Так случилась «двойная измена» Высоцкого — и законной жене Людмиле, и любовнице Татьяне.
Когда Абрамова узнала о романе Владимира с Мариной, она сразу осознала — это конец. Сын поэта Никита Высоцкий много лет спустя вспоминал:
«Я помню тот день, когда мама узнала об измене папы. Это было в 1968 году. Она сказала нам, что у папы другая семья. Мы достаточно болезненно это восприняли».
Высоцкий окончательно ушел из дома, но продолжал обеспечивать жену и детей «по высшей категории».
В 1970 году Владимир и Людмила официально расторгли брак, и Высоцкий незамедлительно женился на Марине.
Людмила не стала внушать сыновьям ненависть к разлучнице, да и сама не питала злобы к Марине Влади. Высоцкий по-прежнему приходил, общался с детьми, провожал их в школу и давал на содержание мальчиков немалые деньги.
Но Людмиле все равно приходилось очень тяжело. Боль начала утихать только в 1971 году, когда актриса познакомилась с инженером-механиком Юрием Овчаренко — человеком простым, но хорошим и добрым.
Людмила вышла за Юрия замуж и родила дочь Серафиму. Жизнь постепенно наладилась.
В 1980 году Абрамову потрясла весть о смерти ее бывшего супруга. Владимира Семеновича, величайшего советского барда, не стало.
На похоронах Людмила впервые увидела Марину Влади не на экране, а в жизни. Женщины сидели рядом, скорбя по мужчине, которого обе они любили так сильно.
В 1984 году Людмила Владимировна попробовала себя на сценарном поприще: по ее произведению сняли фильм «Пока не выпал снег».
В дальнейшем Людмила Абрамова писала мемуары о Высоцком, занималась созданием музея Владимира Семеновича и всячески пропагандировала творчество бывшего мужа. Ни в одном интервью Людмила Владимировна ни разу не упрекнула Высоцкого, не пожаловалась на него.
«Я мать его сыновей — и этого мне достаточно», — говорила она.
17 февраля 2023 года Людмилы Владимировны Абрамовой не стало: актриса тихо скончалась в Москве и, по решению сыновей, была похоронена на Долгопрудненском кладбище, рядом со своими родителями.
Завершить эту статью хочется пронзительным стихотворением барда В. Долиной:
Была ещё одна вдова
В толпе гудящей.
Любовь имеет все права
Быть настоящей.
Друзья, сватья и кумовья —
Не на черта ли?
А ей остались сыновья
С его чертами.
