Она жила, когда женщинам запрещали работать в газетах. А она притворилась безумной, чтобы разоблачить ад психиатрической лечебницы. А потом — в одном платье, с одним саквояжем обогнула земной шар и побила рекорд вымышленного героя Жюля Верна.
Вот её история.
Девочка в розовом
Элизабет Кокран родилась в Пенсильвании в 1864 году. В семье было десять детей, и все звали её Пинки — за любовь к розовым нарядам.
Когда ей исполнилось шесть, отец умер. Без завещания. Семья осталась без средств. Мать вышла замуж за пьяницу, который бил её и детей. Через пять лет кошмара она решилась на развод — в те времена неслыханное дело.
Элизабет бросила школу: денег на учёбу не хватало, а для женщины образование не считалось ценностью. Но её ждала другая судьба.
Как хрупкая девушка стала «леди сенсацией»
В 18 лет, живя в Питтсбурге, она наткнулась в газете на статью «На что годятся девушки?». Автор утверждал: удел женщины — рожать детей и заниматься домом. Элизабет взбесилась. Села и написала гневный ответ. Редактору так понравился стиль, что он поместил объявление: неизвестного джентльмена приглашают на работу. А когда в редакцию явилась хрупкая девушка, отступать было поздно. Ей дали псевдоним Нелли Блай.
Она бралась за любые расследования — о жизни женщин на фабриках, о коррупции в Мексике (за это её выслали из страны). Но когда её перевели в женский отдел писать о моде и садоводстве, Нелли уволилась и уехала в Нью-Йорк.
Четыре месяца без работы, без друзей, без денег.
Наконец она пришла в редакцию New York World, которую издавал сам Джозеф Пулитцер.
«Я сама себя вытащу»
Пулитцер предложил задание, от которого у любого волосы встали бы дыбом:
— Можете притвориться сумасшедшей и попасть в лечебницу на острове Блэкуэлл? Мы не знаем, как вас оттуда вытащить.
— Я знаю, — ответила Нелли. — Я сама себя вытащу.
Вернувшись в пансион, она встала перед зеркалом. Широко раскрытые глаза, бессвязная речь, странный смех. Она вспомнила всё, что читала о душевнобольных: главное — взгляд. Она уставилась на своё отражение немигающим взглядом.
«Уверяю вас, — писала она потом, — даже мне мой собственный взгляд показался жутковатым, особенно поздней ночью».
Она перестала мыться, перестала чистить зубы, одела самую старую одежду. Часами тренировала бессвязную речь, блуждающий взгляд, приступы «паники». К концу третьего дня она уже сама сомневалась, где заканчивается игра и начинается реальность.
Ад на острове Блэкуэлл
Сначала Нелли поселилась в приюте для бездомных женщин. Изображала безумную. Придумала историю: сошла с ума от горя после смерти матери.
Психиатры осмотрели её. Из пятерых четверо признали невменяемой.
Она попала в лечебницу.
То, что она увидела, превзошло самые страшные слухи:
· Еда: испорченная говядина, заплесневелый хлеб, жидкая каша с червями. Вода грязная, из-под крана.
· Гигиена: пациенток не мыли. Им выливали на головы вёдра ледяной воды и оставляли мокрыми в неотапливаемых палатах.
· Сон: женщины спали на голых досках, прикрываясь тонкими одеялами, проеденными молью.
· Крысы: бегали по палатам, грызли остатки еды, а иногда — пальцы спящих.
· Побои: санитарки били за любой проступок — громкий разговор, отказ есть, неубранное ведро.
· Карцер: тёмная сырая камера без скамьи, где держали часами, а то и сутками, без еды и воды.
Нелли писала:
«Мои зубы стучат, мои конечности покрылись гусиной кожей и посинели от холода. Неожиданно мне вылили на голову три ведра ледяной воды — она попала мне в глаза, в уши, в нос и рот».
Кто здесь безумен?
Самое страшное открытие: большинство пациенток были здоровы.
Она встретила немку, приехавшую на заработки — она не говорила по-английски, и её признали сумасшедшей. Встретила женщину, у которой не было денег, дома, работы. Диагноз: «бродяжничество, переходящее в маниакальное состояние».
Нелли записала в дневнике:
«Что, кроме пыток, может спровоцировать безумие быстрее лечения? Опытные врачи могли взять совершенно здоровую женщину, запереть её, заставить сидеть с шести утра до восьми вечера на скамьях с прямыми спинками, запретить ей говорить и двигаться, не позволять читать и ничего не знать о внешнем мире, плохо кормить — просто проверить, как много времени займёт, чтобы свести её с ума. Два таких месяца сломают её психически и духовно».
Один добрый человек
Среди этого ужаса был один врач. Пожилой, тихий. Он каждое утро обходил палаты, разговаривал с женщинами, слушал.
Однажды он задержался у её койки:
— Вы не такая, как другие. Я знаю, кто вы. Я читал ваши статьи. Не бойтесь, я помогу вам. Но пока вы здесь, не выделяйтесь.
Он сдержал слово. Позже Нелли напишет о нём: «Чья доброта и ласковое обращение останутся в моей памяти навсегда».
Освобождение
Она пробыла в лечебнице десять дней. Перестала играть в сумасшедшую: разговаривала спокойно, отвечала на вопросы, пыталась объяснить, что здорова. Но чем разумнее она себя вела, тем более безумной её считали.
Главный закон этого места: если ты попал сюда, уже никогда не докажешь, что ты здоров. Потому что доказательство нормальности здесь — симптом безумия.
На десятый день в лечебницу пришёл адвокат, подосланный газетой.
— Я ищу Нелли Браун.
— У нас есть пациентка с таким именем, но она крайне нестабильна.
— Я настаиваю.
Когда Нелли привели в кабинет, она была в рваной одежде, с немытыми волосами, с синяками на руках. Но смотрела на врачей ясными глазами.
— Меня зовут Нелли Блай. Я журналистка, работаю на New York World. Я притворилась сумасшедшей, чтобы написать правду об этом месте.
Врачи побледнели.
— И завтра вся Америка узнает, что здесь происходит.
Позже она напишет:
«Когда я выходила из этого ужасного места, мне было больно оставлять их. Десять дней я была одной из них. И казалось невыносимо эгоистичным уйти, бросив их страдать. Но решётки опустились, и свобода была для меня слаще, чем когда-либо».
Результат: миллион долларов и скандал
Статья «Десять дней в сумасшедшем доме» вышла через два дня. Тираж разлетелся за несколько часов.
Нелли писала без прикрас — о системе, которая позволяла любому объявить другого безумным без доказательств, о врачах, ставивших диагнозы не глядя, о судьях, подписывавших ордера на принудительное лечение не глядя.
Скандал был таким громким, что власти не могли его проигнорировать. Большое жюри провело расследование. Нелли вызвали давать показания. Персонал уволили, на улучшение условий выделили миллион долларов.
Нелли Блай изобрела жанр «журналистики под прикрытием».
Психиатр, который помог ей, впечатлился её смелостью. Он сделал предложение — с условием, что она бросит опасную работу. Нелли отказалась.
Вокруг света за 72 дня
В 1889 году ей пришла в голову новая идея. Роман Жюля Верна «Вокруг света за 80 дней» она прочитала ещё девочкой. И думала: почему вымышленный мужчина может, а настоящая женщина — нет?
Пулитцер согласился.
У неё был один день на сборы. Она заказала в ателье одно платье, купила пальто и саквояж. Всё.
14 ноября 1889 года пароход «Августа Виктория» отчалил от причала. В багаже Нелли — платье, пальто, несколько смен белья и маленький саквояж. Она оставила дома даже зонтик. 200 фунтов золотом она зашила в мешочек и повесила на шею под одежду.
Маршрут: Лондон — Париж — Суэцкий канал — Коломбо — Сингапур — Гонконг — Йокогама — Сан-Франциско — Нью-Йорк.
В Амьене её ждал сам Жюль Верн:
— Я слежу за вашим путешествием.
В Италии стоял лютый холод. В вагоне был один обогреватель на двоих. Нелли делила его с французом, который сердито поглядывал на неё из-за газеты. В Сингапуре она купила обезьянку и везла её до самого Нью-Йорка. В Китае посетила лепрозорий.
Тихий океан оказался не тихим: шторм задержал пароход на целый день. Нелли стояла на палубе и считала часы — опоздание могло стоить рекорда.
21 января 1890 года пароход вошёл в бухту Сан-Франциско. До Нью-Йорка оставалось 2577 миль железной дороги.
Пулитцер зафрахтовал специальный поезд — «Miss Nellie Bly Special». Он преодолел 4147 километров за 69 часов. На каждой станции люди высыпали на перроны, бросали цветы, кричали: «Давай, Нелли!»
25 января 1890 года поезд прибыл в Нью-Йорк.
Нелли обогнула земной шар за 72 дня, 6 часов, 11 минут и 14 секунд.
Жюль Верн прислал телеграмму:
«Я нисколько не сомневался в успехе Нелли Блай. Она показала своё упорство и мужество. Ура в её честь!»
Жизнь после славы
Нелли стала самой знаменитой женщиной на Земле. Её книга «Вокруг света за 72 дня» разошлась миллионными тиражами.
В 31 год она вышла замуж за миллионера Роберта Симена. Ему было 73. Брак был счастливым, она оставила журналистику. После смерти мужа возглавила его компанию, ввела на заводе медицинскую страховку и спортзалы — неслыханные для того времени льготы. Но плохо разбиралась в финансах, и компания обанкротилась.
В 57 лет Нелли вернулась в журналистику. Писала о суфражистках, о политике, присутствовала на казни на электрическом стуле.
Она умерла от пневмонии в 1922 году. Все американские газеты вышли с заголовком: «Не стало лучшего репортёра Америки».
