— Забрюхатела Дуняша-то, — посмеивались на кухне. – А какую скромницу из себя строила!
Тяжелые шаги прервали этот разговор. Дыша гневом, в кухню буквально ворвалась Марья Сергеевна– экономка и правая рука графини Давыдовой.
— Велено молчать, — проговорила она. – И если только кто ослушается…
Кухарка и две девчонки, который обычно помогали ей, торопливо опустили глаза. Дуняшу они обсудят позже, убедившись, что поблизости никого нет. Уж больно интересная выходила история: стыдная тайна в графском доме.
Та самая Дуняша, о которой болтала прислуга, в эти дни старалась лишний раз не попадаться на глаза графине. Завтрак ей приносили в комнату, в обеденный час она выскальзывала из дома и бродила по округе, закутавшись в плотную накидку. На душе было гадко и тревожно.
Она выросла в доме Давыдовых. О своем раннем детстве почти не помнила – когда ее, пятилетнюю малышку, забрали из усадьбы «Отрада». В эту самую усадьбу приехала погостить тогда еще княжна Ольга Ивановна Барятинская. Нежная и очаровательная девушка, она вдруг пленилась совершенно чужим ребенком и упросила забрать его к себе.
— Но только помни, — строго сказала Ольге ее собственная мать, — ты берешь на себя ответственность! Это не игрушка!
Дуняша не была игрушкой. Говоря, по правде, в орловской усадьбе никто толком не сумел объяснить, откуда взялась девочка. Крепостная? Да вроде бы нет, собственностью не числилась. Прижитый тайный плод любви? Княжна Барятинская возилась с Дуняшей, играла с ней, сама учила ее читать. Извлекла из сундуков детскую одежонку, которую когда-то носила она и ее сестры, и подарила своей воспитаннице.
Ольга тревожилась о будущем девочки. В том 1831 году ее уже сосватали за Владимира Давыдова. Свадьба была назначена на следующий год, и что же тогда будет с Дуняшей?
— Владимир Петрович, — дрожащим от волнения голосом обратилась она к жениху, — прошу вас! Мне бы так хотелось забрать Дуняшу с собой!
Жених возражать не стал. Он выбрал красивую, прекрасно воспитанную и богатую невесту. Так зачем же портить отношения из-за такой малости? В их большом совместном доме найдется место и для куколки Ольги Ивановны, раз она ей так дорога…
Свадьбу в июне 1832 года играли пышную и веселую. В усадьбе Марьино, которая могла по великолепию потягаться с императорскими дворцами, собрались родня и знакомые, друзья и соседи. Нельзя было обмануться – невеста влюблена! Ее глаза сияли, ее избранник был молод и хорош собой. После венчания в церкви села Ивановское, сели за богатые столы. Дуняша крутилась тут же, одетая в белое воздушное платье, которое придавало ей вид совершенного ангела…
Это был счастливый брак! Уже в следующем году Ольга подарила мужу первого ребенка – дочь, Наталью. Через три года родилась Екатерина. А в 1837-м детская графини Давыдовой пополнилась сразу двумя мальчиками-близнецами: Владимиром и Анатолием.
Подрастающая Дуняша изо всех сил старалась помочь своей благодетельнице. Она росла смышленой и бойкой девочкой, очень покладистой и милой. Все это большое семейство изрядную часть года проводило в Москве, а на летний сезон уезжало за город. Графиня Давыдова прославилась как радушная хозяйка и благотворительница, а еще заслужила уважение художников и композиторов, поэтов и известных театральных деятелей.
Здесь, где дары судьбы освящены душой,
Оправданы благотвореньем,
Невольно человек мирится здесь с судьбой,
Душа сознательно дружится с Провиденьем. – писал о доме Ольги Ивановны поэт Федор Тютчев.
Дуняша, которой выправили документы на имя Евдокии Морозовой, расцветала. Она превращалась в прехорошенькую девушку, на которую с интересом посматривали гости Давыдовых.
— Я устрою твою судьбу, — обещала Ольга Ивановна, снова находясь в положении.
Детей к тому времени стало еще больше: в 1840 году родилась дочь, Мария. А в 1841-м снова близнецы – Евгений и Евгения. Увы, мальчик тяжело захворал и скончался в трехлетнем возрасте. Теперь графиня ожидала ребенка и была уверена, что это последние роды… Она устала.
Семья выехала в Париж, где планировала провести от двух до трех месяцев. С собой повезли не только детей, но и несколько человек прислуги. Путешествовала с Давыдовыми и Дуняша… И вот там, во французской столице, пока беременная Ольга Ивановна с трудом могла передвигаться, Дуняша все чаще составляла компанию графу в его прогулках по городу.
Они пропадали целыми днями. Могли уехать с утра и вернуться только к вечеру. Ничего странного в этом бы никто не усмотрел, но Ольга Ивановна почувствовала неладное. За ужином ее супруг и воспитанница обменивались уж слишком красноречивыми взглядами. А как горели глаза графа, когда он поворачивался к Дуняше!
Она заливалась румянцем и отводила взор. Это неприкрытое кокетство больно ранило графиню, но она дала себе слово держаться. Надо было выждать, пока родится ребенок (волноваться нельзя!). А уж потом…
Малыша назвали Сергеем. После этого состоялся тяжелый разговор, где граф не отпирался, а Дуняша только плакала. Из всего выходило, что между этими двоими вдруг вспыхнуло взаимное чувство. Стыдная тайна. Прислуга, которая – конечно же! – любила подслушивать, тоже узнала обо всем. Про Дуняшу начали болтать, что она тоже понесла.
— Это неправда. – шептала воспитанница.
Надо было устраивать ее судьбу. Вернувшись в Россию, Ольга Ивановна принялась подыскивать жениха для Дуняши. Однако девушка проявила упрямство и отвергала всех претендентов, невзирая на их чины, титулы и материальное положение. Среди них были такие известные личности, как художник Иван Айвазовский и управляющий усольским имением графа Карл Бруммер. Уговорить Дуняшу на брак удалось лишь к её 26-летию. Её избранником – по ее собственному решению! — стал Карл Федорович Фиргуф, врач из больницы, возведенной Давыдовыми.
Когда воспитанница садилась в экипаж, чтобы навсегда уехать из поместья, Ольга Ивановна вздохнула с облегчением. Она слишком много сделала для этой девушки. Ее миссия выполнена.
Прежнего лада между Давыдовыми больше не было. Они жили порознь – граф часто путешествовал, Ольга Ивановна сосредоточилась на делах своего поместья. Вырастали дети.
В 1870 году скончался сын Давыдовых, Владимир. Двумя годами позже – их замужняя дочь Евгения, оставив шестерых детей. Эти события подорвали здоровье Ольги Ивановны, и она расхворалась.
Зная, что ее уход близок, муж решил порадовать супругу. Он приобрел за границей за безумные деньги полотно Рембрандта «Спаситель». Словно пытался искупить вину за стыдную тайну, за то, как легкомысленно он поступил. Глядя на картину, Ольга Ивановна и закрыла глаза навеки.
Дуняша не была особенно счастливой в своем браке. Она поздравляла Ольгу Ивановну с ее днем Ангела и Рождеством, присылала небольшие подарки. Все это оставалось не распакованным и не раскрытым…
