— Глупая, лицемерная, — говорил брат, — она, как моя жена! Вот увидишь! Эти принцессы все такие!
Пылкий тон великого князя Константина еще больше убеждал младшего брата, что выбор сделан неправильный. Бежать бы ему, да со всех ног, к любимой девушке… Но его заставили ехать в Штутгарт, прихватив с собой великолепные дары для принцессы Вюртембергской. Еще не видя девушку, великий князь Михаил был убежден, что избранница – просто отвратительная.
Он напрочь забывал, что его собственная мать – тоже немка. И бабушка, Екатерина Вторая, конечно же… Просто душа лежала к другой и звали ее княжной Хилковой.
Не было ни малейшей надежды, что венценосный брат позволит этот неравный брак. И без Михаила в семье хватало конфуза…И все же он попытался отстоять свое счастье, и потерпел на этом поприще неудачу. Императрица Мария Федоровна, мать великого князя, велела ему направить свои мысли в другую сторону. Она подыскала невесту в родном для нее Вюртембергском доме.
— Уже пора, — тоном, не терпящим возражений, говорила императрица, — ваши братья женились юными отроками, а вам скоро двадцать пять лет!
Александра и Константина, старших братьев Михаила, действительно, женили рано. И оба разочаровались в браке. Если Александр еще жил со своей супругой (и даже закрывал глаза на ее «увлечения»), то от Константина его законная «половина» просто сбежала. Она обвиняла мужа в жестокости, варварском поведении и грубом отношении к самой себе. Князь Константин не отставал: после побега жены Анны, он горячо возненавидел всех немок. И младшего брата наставлял в том же ключе:
— Никаких немецких принцесс! – говорил он с жаром. – Они все лицемерны и глупы! Вот увидишь!
Когда в 1822 году Михаилу пришлось ехать в Штутгарт, он был бледен, подавлен и очень скуп на улыбки.
«Эта поездка была ему очень не по сердцу и, забывая о всякой осторожности, он обнаруживал свою холодность, или, скорее, отвращение к новому положению, которое ему предстояло», — записал граф Мариоль.
Тоненькая изящная девушка, которая вышла навстречу Михаилу, не могла взять в толк: отчего он столь не любезен? Принцессе Фредерике Шарлотте Марии Вюртембергской исполнилось пятнадцать лет и дома ее нежно называли «Лотти».
Лотти училась во французском пансионе, где ей пришлось ох как несладко. Дело в том, что помимо нее и сестры у мадам Геруль больше не было столь высокопоставленных воспитанниц. Небогатые дворяночки и купчихи всем сердцем ненавидели принцесс просто из-за их происхождения. Не проходило недели, чтобы Лотти не столкнулась с грубостью, надменным поведением или порчей своих вещей. Однако эта невеселая школа жизни закалила ее характер. Как позже выяснилось, не зря.
А ведь она была неглупа и очень интересовалась математикой! Изящная, хрупкая, словно статуэтка, принцесса с удовольствием читала книги и делала пометки на полях. Танцевала она грациозно, неплохо музицировала… И все равно великий князь Михаил Павлович был убежден, что избранница – отвратительная.
— Что мне делать? – повторяла бедная девушка. – Я же вижу, как я не нравлюсь ему!
— Он вас узнает лучше и полюбит, непременно, — успокаивали ее.
Решение о женитьбе было принято в Петербурге, и в Штутгарте идею поддержали. Принцессе пришлось ехать в далекую Россию.
В первых числах декабря 1823 года Шарлотта приняла православие, сменив при этом имя. Ее назвали Еленой Павловной, и отчество стало данью уважения покойному императору Павлу I (отцу жениха). На следующий день Елену Павловну обручили с Михаилом Павловичем, даровав ей титул великой княжны и Императорского высочества…
Но муж даже не смотрел в ее сторону. Неприязнь была настолько открытой и очевидной, что пришлось вмешаться императрице Марии Федоровне: она резко поговорила с сыном и указала на его недостойное поведение.
Свадьбу пышно праздновали в феврале. Никто не мог понять: почему эта хорошенькая, одетая в серебряную парчу и убранная бриллиантами невеста, столь ненавистна жениху? Браки часто устраивали ради династических интересов, и Михаил мог хотя бы попытаться быть вежливым с женой… Куда там! За пиршественным столом великий князь едва ли сказал пару фраз новоявленной супруге. А на ее простой вопрос просто фыркнул, не удосуживаясь ответить.
Он был груб с ней в их самый первый совместный вечер. Он старался как можно реже видеть Елену Павловну днем. А ведь все вокруг признавали, что избранница – замечательная! И умна, и наделена талантами… Даже Константин, который первым настраивал брата против немецкого брака, и тот писал:
«Положение (Елены Павловны) оскорбительно для женского самолюбия и для той деликатности, которая вообще свойственна женщинам. Это — потерянная женщина, если плачевное положение, в котором она находится, не изменится».
Когда 30 августа 1825 года был готов Михайловский дворец, его отдали в распоряжение молодых супругов. Там воцарился подлинный ад… Муж презирал и ненавидел жену, Елена Павловна старалась сдерживать накопившийся гнев. Когда ей становилось трудно сдерживать свои чувства, она просто выходила из комнаты. Фрейлины сочувствовали ей. Да что там! Весь Двор сочувствовал ей.
Может показаться странным, но в этом браке родились дети. Пять девочек! В 1825-м на свет появилась старшая, Мария. На следующий год родилась Елизавета, а после нее – без передышки! – Екатерина. Следующее дитя, названное Александрой, задержалось в мире живых только на год. И младшее дитя, Анна, прожила едва ли чуть больше… Так что у супругов оставались три дочери.
Великий князь не скрывал разочарования: он мечтал о сыне! Тем не менее, супружеские отношения между ним и Еленой Павловной полностью прекратились в 1834-м году.
Удивительно, но вне дома великого князя Михаила Павловича воспринимали совсем иначе. Отмечали добрые порывы его души, его щедрость. Его прозвали «мрачным благотворителем»: часто не в духе, но зато жертвовал огромные суммы для бедных и нуждающихся. Он стал начальником Пажеского корпуса и лично вникал во все дела. Ведал делами Артиллерийского училища и вносил в его казну собственные средства.
«Из всех концов империи слышу я благословения отцов и матерей за родительскую попечительность вашу об их детях, за христианское просвещение и истинно русское их воспитание», — писал Михаилу его брат, Николай I.
Но жену по-прежнему не любил, не ценил, и видел в ее попытках понравиться лицемерие и лукавство. Они так и не сумели поладить.
В 1845 году великий князь пережил потрясение – скончалась его дочь, Елизавета. Она только-только вышла замуж за герцога Нассауского, уезжала в Висбаден с роскошными дарами от семьи. Увы! Елизавета Михайловна скончалась родами.
Почти сразу после этого захворала старшая дочь Елены и Михаила… Чахотка прогрессировала так быстро, что ничего не успели сделать. Эта двойная потеря буквальным образом уничтожила великого князя. Здоровье его ухудшалось стремительно.
Он был в Варшаве, лично участвовал в смотре полков, когда ему стало плохо.
— Рука немеет, — успел пробормотать он.
Михаила Павловича сняли с лошади и отнесли во дворец. Спешно прибыла отвратительная избранница – Елена Павловна. У нее на руках муж и отдал Богу душу.
Ей было 42 года, но она надела траур, который не снимала до конца дней. Великая княгиня Елена Павловна сделала еще немало добрых дел. Она была среди горячих сторонников отмены крепостного права, реформ… Ее не стало в 1873 году.
Единственная выжившая дочь, Екатерина, вышла замуж за герцога Мекленбург-Стрелицкого.
