-Государь, — слезы на глазах женщины, одетой в траурное платье, чудесным образом высохли, хотя на лице еще оставалась приличествующая случаю скорбь, — взгляните на мою младшую…
Вдовец обернулся: бывшая теща выставила вперед светловолосую девочку лет 10-ти.
-Волей Создателя я стала матерью 15-ти детей, 9 из них — девочки, 8 из них — выжили. Господу было угодно прибрать к себе мою драгоценную Анну, — продолжала эрцгерцогиня. — Но посмотрите, Констанция еще юна, но она так походит на свою сестру, она будет замечательной женой, уверяю Вас, сударь.
Девочка хлопала голубыми глазами и хлюпала покрасневшим носиком — в соборе было довольно холодно. Констанция действительно была похожа на сестру, король обернулся, там, перед алтарем лежала его только что почившая супруга, ее сегодня отпевали.
Мария Анна Баварская, вдова эрцгерцога Карла Штирийского, правителя внутренней Австрии из династии Габсбургов, была весьма плодовита: за 19 лет брака (с 1571 по 1590 годы) она рожала 15 раз и потеряла младенцами только двоих сыновей, да дочь Елизавета ушла в небытие в девять. Неплохой результат в те времена. Родила бы и больше, но, увы, супруга, а по совместительству родного дядю Марии Анны призвал Господь.
Детей вдове помогали воспитывать родственники, они же начали хлопотать и об устройстве их браков. Первой на очереди была Анна, второй ребенок своих родителей, потерявших первенца. Девочка родилась в 1573 году, а в 1592 году 19-ти летнюю невесту повел к венцу король Польши, великий князь Литовский (через полгода еще и король Шведский, правда, на короткое время). Жениху было 26 лет, звали его Сигизмунд Третий Ваза.
У молодого монарха было громадье честолюбивых планов по увеличению своих владений, насаждению католичества везде, куда бы дотянулась его рука. У него была поддержка Рима, а оглядевшись, он решил обзавестись еще и родственными связями с Габсбургами. Предлагается брак? С Анной Австрийской? О, у ее матери куча детей, а девица недурна собой. «Берем!», — решил король и принялся ждать, что молодая жена осчастливит его множеством ребятишек. Для будущей великой Речи Посполитой они были очень нужны.
Поначалу в браке все складывалось так, как и мечтал Сигизмунд. Сразу после брачной ночи королева понесла, родилась крепкая девочка, которую назвали Анной Марией. Через год последовала еще одна дочь, прожившая меньше месяца. Король начал хмуриться: нужен был сын и не один! Ему же надо будет оставить наследникам короны Польши и Швеции. К счастью короля и королевы, следующее дитя, родившееся снова через год, было мужского пола.
Мальчика крестили Владиславом, Сигизмунд не скрывал радости и гордости, но, как только лекарь сообщил, что Анна Австрийская оправилась от родов, поспешил в супружескую спальню, чтобы зачать еще. Зачал, но в сентябре 1596 года родилась Катарина, которой было отпущено всего 9 месяцев жизни. Когда этого младенца провожали в вечную жизнь, в чреве ее матери уже зрел очередной плод.
10 февраля 1598 года королевский замок все еще оглашали крики несчастной роженицы: Анна Австрийская никак не могла привести в мир свое пятое дитя. Сновали повитухи, лекари сменяли друг друга, почти бежал священник с дарами и служкой. Роды длились уже много часов, ребенок лежал неправильно.
-Ваше Величество, мне так жаль, — лекарь вышел из покоев королевы, вытирая руки о передник. — Роды были трудными, мальчик прожил всего несколько минут. Но пусть это послужит Вам утешением, мы успели его окрестить Кристофером.
Сигизмунд тихо выругался, а потом громко сказал, что по воле Бога через год у них с женой будет новый малыш, отчаяние — грех.
-Амен, — откликнулся лекарь и замялся, прежде чем сообщить монарху о том, что Анна больше не родит. Молодая мать испустила дух от осложнений, вызванных трудными родами.
Сигизмунд даже не мог сказать, что он чувствует: горе, горечь или ярость? Надежды не сбылись, только одного мальчика подарила ему жена. Он даже не вслушивался в слова священника Вавельского Собора, где его королеву готовили к вечной жизни, поэтому до мужчины не сразу дошли слова тещи о другой ее дочери.
-Она кроткая и покорная, — вещала заботливая матушка, пока священник читал положенные слова над ее 24-х летней старшей. — В этом Констанция тоже походит на свою усопшую сестру. После траура можно будет объявить об обручении, а всего через несколько лет моя дорогая Констанция сможет стать Вам настоящей супругой. Подумайте, мои бедные внуки Анна Мария и Владислав будут гораздо счастливее, если их мачехой станет не посторонняя женщина, а сестра их матери.
Забегая вперед, скажу, что папа римский дал разрешение на брак Сигизмунда с родной сестрой его первой жены, хотя это считалось почти инцестом. Рим умел закрывать глаза на некоторые вещи, не укладывающиеся в каноны веры, если это было выгодно политически и вело к упрочению католического влияния в Европе, где вовсю бродил дух протестантизма.
Но почему теща предлагала ему Констанцию, брака с которой еще нужно было дожидаться долгие годы, у нее же была куча дочерей, а Констанция была предпоследней? Итак, считаем невест матушки Марии Анны.
Следующей дочерью была Мария Кристина, на год моложе усопшей супруги короля. В 1598-м, когда не стало сестры, Мария Кристина уже три года была замужем за Сигизмундом Батори, князем Трансильвании.
Екатерине Ренате было 22 года, невеста. Но в описываемое время вовсю шли переговоры о ее браке с Рануччо, герцогом Пармы. К слову, замуж она так и не вышла — внезапно умерла летом 1599-го.
Грегории Максимилиане было 16, девушка получила в наследство всю «прелесть» близкородственных браков своих предков: выдающуюся челюсть, несколько других физических недостатков. Но и для такой невесты заготовили жениха: портреты Грегории, а также ее сестер Элеоноры и Маргариты повезли в Испанию и Филипп Второй выбрал именно эту девушку в жены для своего сына (тоже Филиппа), хотя тому больше понравилась Маргарита.
Когда Грегория прибыла в Испанию, состояние ее здоровья было уже таково, что она сама сравнивала себя с христианами, попавшими в узилище Османской империи. В Испании Грегория и скончалась, а счастливый жених все же отвел под венец ее младшую сестру Маргариту. Соответственно, Маргарита тоже выбыла из списка жен, предлагавшихся тещей Сигизмунду Вазе.
Переходим к следующей сестре усопшей. Элеонора родилась в 1582 году, в детстве переболела оспой, которая не только испортила ей лицо (портреты льстят), но и характер, и здоровье в целом — она не могла иметь детей. Женихов ей искали, но все они отказывались. В конце концов, Элеонора ушла в монастырь. Сигизмунду ее предлагать не решились.
Вот и остались только Констанция и Мария Магдалина. Последняя — еще моложе. Сигизмунд неожиданно очень благосклонно отнесся к предложению жениться на свояченице. Она — Габсбург, не потеряются внешнеполитические связи, девочка подрастет, как доносили послы — здоровьем она обладает отменным.
Вдовец осторожно взял тещу под локоть:
-Мадам, я нахожу, что милая Констанция вырастет столь же красивой и благоразумной, как и моя незабвенная Анна, смотрите за ней хорошенько. Это будет до поры наша маленькая тайна, а сейчас — время вернуться и достойно проводить нашу супругу и королеву, — на лице тещи мелькнула довольная улыбка, но она тут же приложила к глазам траурный платочек.
Семь лет Сигизмунд утешался в объятьях своей фаворитки Урсулы Майэрин, его будущая жена росла, учила языки, укреплялась в католической вере. Летом 1605-го Сигизмунд официально объявил о намерении жениться на Констанции. В Польше новость встретили ропотом: католики протестовали против «родственного союза», но папа «дал добро» на брак, а недовольную шляхту успокоили верные королю войска.
11 декабря 1605-го в том же Вавельском соборе, где отпевали Анну Австрийскую, где покоилось ее тело, венчали с ее мужем младшую сестренку Констанцию. Невесте было 17, жениху — почти 40. Брак, на удивление, сложился. Теща выполнила свои посулы: Констанция была плодовита. Из семи рожденных в браке детей, мальчиками было пятеро. И из них стали взрослыми четыре сына! Успех, сестру Констанция переплюнула.
Что касается покорности второй жены и ее любви к несчастным сиротам сестры, то как раз это и не сбылось. Молодая королева практически тут же начала вмешиваться в политику. Особенно рьяно она настаивала на продолжении войны мужа с Русским царством. Констанция была ревностной католичкой, Рим даже удостоил ее награды — Золотой Розы, вручавшейся за поддержку веры членам правящих домов.
В чем поддержка? В том, что Констанция преследовала кальвинистов, с ее подачи их приговаривали к казни или, если не могли казнить, удаляли от двора, как ее же собственную золовку Анну. В 1609-м молодая королева переехала в Вильно, чтобы быть ближе к мужу, осадившему Смоленск, чтобы сломить ненавистный русский город, Констанция продала свои драгоценности, а на полученные деньги велела отлить больше пушек и ядер.
Ни одна высокая должность в Польше не обходилась без внимания королевы. Продвигала Констанция только лояльных к ней или женатых на ее немецко-австрийских фрейлинах. Интересно, что любовница Сигизмунда Урсула Майэрин стала подругой и ближайшим доверенным лицом Констанции, ей было поручено воспитание королевских отпрысков.
Ко времени второго брака из детей первой супруги Сигизмунда оставался в живых только королевич Владислав. Тетушка не стала ему доброй матушкой, наоборот, она интриговала против племянника, чтобы посадить на трон собственного сына.
Отношения Констанции с пасынком Владиславом напрямую касаются истории нашей страны. Мало того, что Польша поддерживала притязания на престол всяких самозванцев, развязала против России интервенцию, 14 февраля 1610 года по договору, который был заключён под Смоленском королем Сигизмундом и послами из лагеря Лжедмитрия Второго, пасынок Констанции Владислав должен был стать русским царем. Да, по договору Владислав должен был принять православие, но делать он этого совершенно не собирался.
Зная ненависть Констанции к сыну короля от первого брака с одной стороны и к православию, с другой, можно говорить, что этот «проект» подготовила она, чтобы протолкнуть своего старшего сына Яна Казимира на трон Речи Посполитой, отодвинув Владислава подальше — на Русь.
Народное ополчение Минина и Пожарского положило конец этим интригам. Интервентам надавали «по щам», хотя войны с Польшей продолжались еще довольно долго. Вторая жена Сигизмунда скончалась раньше него, получив в 1631-м солнечный удар и инсульт во время церковного хода. Через год за ней последовал и старый безутешный король.
В Вавельском соборе две сестры и мужчина, женами которого они стали по очереди, покоятся рядом. Сигизмунду наследовал Владислав, сын Анны. Но Владиславу не повезло с детьми, после него на трон взошел брат, сын второй жены отца Ян Казимир. Тоже. По очереди. На Яне Казимире «Вазы» на престоле Речи Посполитой и закончились.
