«Засужу!» — поклялась мужу Джорджина

В дверь громко и беспрерывно стучали. «Миссис Уэлдон, откройте немедленно!» — донесся с порога голос человека, способного превратить ее жизнь в ад. Слуги в замешательстве смотрели на свою госпожу, не зная, что им делать. «Откройте окно!» — решилась, наконец, миссис Уэлдон…и подняла юбки.

В 1837 году в семье мелкого дворянина Моргана Томаса появилась на свет девочка, названная Джорджиной. Наличие шести — преимущественно младших — братьев и сестер с детства закалило ее дух. Упрямство и целеустремленность же она унаследовала от отца, который годами пытался занять место в парламенте, что ему, в итоге, и удалось.

Томасы тщательно следили за репутацией семьи: детей воспитывали в строгости и нанимали им лучших учителей, чтобы отпрыски могли блеснуть в обществе эрудицией и знанием этикета. Девочек, разумеется, учили музыке, и Джорджина так увлеклась пением, что решила стать знаменитой оперной певицей.

Родители всерьёз слов дочери не воспринимали, но все же отправили ее во Флоренцию, где она довела свое сопрано до совершенства. Однако о певческой карьере речи идти не могло: подумать только, какой бы был позор, если бы дитя уважаемых людей выступало на сцене вместе с артистками!

О распущенности нравов театрального сообщества ходили такие страшные слухи, что приличным дамам даже приближаться к нему не полагалось!

Джорджина же не собиралась отступать от своей мечты: чтобы добиться желаемого она против воли родителей вышла замуж за обычного лейтенанта Уильяма Генри Уэлдона, с которого предварительно взяла обещание, что он не будет препятствовать ее музыкальной карьере.

Отец девушки, конечно, пришел в ярость и тут же лишил ее наследства, но Джорджина только плечами пожала: она планировала сама заработать приличное состояние.

Однако чаяниям ее не суждено было сбыться, да и брак принес одно разочарование. Уэлдон, несмотря на прежде данное слово, все же запретил жене петь на сцене, так что Джорджине приходилось довольствоваться благотворительными концертами и выступлениями в кругу друзей.

Семейной гармонии тоже достичь не удалось: супруги бесконечно ссорились, и однажды, среди очередного скандала, Уэлдон в сердцах пригрозил Джорджине, что убьет и ее, и себя. Нервное потрясение обернулось для Джорджины прерванной беременностью, навсегда лишившей ее возможности иметь детей.

Супруг же ее вскоре обзавелся молодой любовницей, которая родила ему сына. Возможно, эта новость преисполнила чашу терпения Джорджины, и она взяла жизнь в свои руки. Начала она с того, что выстроила приют с музыкальным уклоном для сирот и детей из бедных семей.

Расселила она своих подопечных в Тэвисток-хаусе, жильцом которого некогда был сам Чарльз Диккенс, пристроивший к дому маленький театр, подходивший для занятий с малышами.

Уэлдон с ужасом смотрел на деятельность жены, тем более, что та придерживалась очень своеобразных для того времени принципов воспитания: детям разрешалось громко шуметь, ходить босиком и любым другим способом выражать свой творческий потенциал. Миссис Уэлдон категорически возражала против наказаний и считала, что счастье ребенка — главный залог развития музыкального таланта.

Родственники Джорджины уже краснели, слушая рассказы об очередных ее чудачествах, а муж, отчаявшись добиться повиновения от своей законной половины, старался как можно реже появляться дома.

Миссис Уэлдон же не собиралась останавливаться на достигнутом и присоединилась к знаменитому хору Генри Лесли, в котором познакомилась с французским композитором Шарлем Гуно. Вскоре между ними начался роман, и Гуно переехал в Тэвисток-хаус.

Связь с известным композитором пошла певческой карьере Джорджины только на пользу: она опубликовала несколько собственных пособий, по которым занималась с детьми, с успехом выступала на сцене…

Гуно даже обещал ей дать главную роль в своей грядущей опере «Полиевкт», но слова своего не сдержал: ещё до премьеры он покинул «сумасшедший дом» Уэлдонов, не вынеся постоянной компании полудиких сирот и бурливших в обществе слухов разной степени достоверности.

Смертельно оскорбившись отъездом Гуно, Джорджина отказалась прислать ему личные вещи, включая черновик будущей оперы, и вернула партитуру только год спустя со своим именем, мелком нацарапанным по диагонали на каждой странице. Затем она возбудила против него ряд судебных исков за клевету, которая так и не была доказана, поэтому Джорджине пришлось самой отправиться на несколько месяцев в тюрьму.

К 1875 году уже и Уэлдон не мог выносить безумной домашней обстановки и покинул жену, оставив ей приличное годовое содержание. Джорджина же жила в свое удовольствие: между благотворительными концертами и заботами о сиротах она ради забавы занималась спиритическими сеансами.

И именно это невинное увлечение жены Уэлдон решил использовать в собственных целях, ведь заперев смертельно надоевшую супругу в сумасшедшем доме, он мог снизить свои расходы на ее содержание в несколько десятков раз! Игра определено стоила свеч…По крайней мере, так думал Уэлдон.

Для того, чтобы отправить женщину в лечебницу, в то время был нужен приказ о невменяемости, подписанный двумя врачами и супругом. Под ложным предлогом руководитель больницы Уинслоу со своим коллегой, представившись чужими именами, наведались к миссис Уэлдон и аккуратно расспросили ее о возможности вызова духа усопшего.

Получив положительный ответ, врачи удалились, а на следующий день явились уже с санитарами. Бедной Джоржине пришлось бежать через окно, а потом скрываться у знакомых: приказ о ее принудительном лечении вступил в силу.

Желая избежать заточения, миссис Уэлдон обратилась в суд, чтобы выдвинуть обвинение в нападении. Судья посочувствовал ей и был убежден, что она вменяема — пусть и не без некоторых странностей, — но по викторианским законам замужняя дама не могла возбудить гражданское дело против мужа.

И все же Джорджина не пожелала сдаваться: она предала свою историю огласке, написав в газеты, чем спровоцировала супруга и врачей подать на нее в суд за клевету.

Теперь-то миссис Уэлдон могла отыграться! Она выиграла суд, получив огромную компенсацию, но если муж ее думал, что на этом все и закончилось, то он жестоко ошибался.

В 1882 году был принят «Акт о собственности», согласно которому замужние дамы признавались полностью дееспособными и получали право возбуждать дела против своих вторых половин, чем и воспользовалась Джорджина: мистер Уэлдон не успевал отбиваться от судебных исков!

Выступать в суде Джорджине очень нравилось: она даже не прибегала к помощи адвокатов и в какой-то момент вела одновременно семнадцать дел, приобретя тем самым широкую известность.

К концу 1880-х годов популярность Джорджины пошла на убыль: людям надоело наблюдать за ее бесконечными судебными процессами, хотя и поклонники у нее были: когда она в очередной раз отсидела небольшой срок за клевету, ее приветствовали сразу несколько тысяч человек.

Под конец жизни Джорджина, так до конца и не оставившая разбирательства, двенадцать лет провела в монастыре, занимаясь спиритизмом и садоводством, выпустила мемуары, а затем переехала в Лондон, где и скончалась в 1914 году. Овдовев, ничуть не опечаленный этим событием Уэлдон женился на матери своего сына. Однако ему довелось прожить лишь 5 спокойных лет: он ушел в 1919 году.

Оцените статью
«Засужу!» — поклялась мужу Джорджина
Лев Борисов: что спасло актера от зависимости и самая яркая роль на пенсии