За мешок картошки

Немцу нравилась эта девушка, а жена была далеко. Но только уж больно худая была шахтёрская дочка! Конечно, ведь Синни голодала, как большинство её ровесниц в оккупации…

Тем утром в декабре 1944 года офицер Альфред Хаазе принёс в дом девушки мешок картошки. Мать Синни торопливо ушла «по делам». Никто не знал, что станет результатом этих встреч. Главное в тот момент было – выжить.

Светловолосые дети стали невероятной ценностью. «Арийская раса под угрозой вымирания», — говорил Генрих Гиммлер. У него имелись цифры: в годы Первой мировой войны Германия потеряла два миллиона человек.

А потом началась инфляция, у людей не хватало денег ни на что. Про большие семьи следовало надолго забыть… Вот поэтому-то в 1930-е в Германии развернулась целая кампания для стимулирования рождаемости.

Была создана «школа невест», где отборные светловолосые немки учились правильным семейным ценностям. А потом развернули другую программу – «Лебенсборн». В переводе что-то вроде «фонтана» или «источника жизни». Символично.

У «Лебенбсорна» были масштабные цели: во-первых, повысить рождаемость в семьях самыми разными путями (там была и финансовая поддержка, и доступные кредиты для семей, и снижение, а потом и полное освобождение от налогов). Во-вторых, помочь обзавестись детьми одиноким немкам. Все прекрасно понимали: мужчин не хватает!

Карен Пфаффель обратилась в «Лебенсборн» в 1939-м году. Она твёрдо решила стать матерью, а кавалера у белокурой немки не имелось. Проверив её «арийский паспорт», специалисты из программы приняли решение: подходит! Всё происходило в обстановке строжайшей секретности.

Репутация молодой 26-летней секретарши не должна была пострадать! В довольно короткие сроки ей нашли подходящего мужчину, с которым она познакомилась и могла встречаться на территории специальных домов «Лебенсборна». Заводить семью с этим человеком Карен не планировала (да это и не подразумевалось). Цель была практическая — ребёнок!

Впоследствии Карен забеременела. Прекрасные специалисты, приглашенные в рамках программы, наблюдали за будущей матерью все 9 месяцев. Потом, когда на свет появился голубоглазый – словно эталонный! – младенец Гюнтер, ему должным образом выправили метрику.

И документы у Карен тоже изменили. Теперь ее следовало называть «фрау», как замужнюю женщину. В глазах общества она совершила важный шаг: подарила ребенка нации!

А потом аппетиты у создателей программы стали еще больше! На занятых территориях тоже развернули «Лебенсборн». Ведь даже у «неполноценных» с точки зрения рейха славян, рождались светленькие очаровательные малыши.

Если таких выявляли, их немедленно забирали у родителей и переправляли в Германию. Ну а там – как сложится. Кто-то воспитывался в детских учреждениях, кто-то попадал в приемные семьи…

Скандинавские девушки, по мнению рейха, были идеальными самками. Вот поэтому-то в оккупированной Норвегии, с 1940 по 1945 год, действовала система «Тайскербарн». Немецких офицеров поощряли заводить отношения с местными. Появившихся в результате этого детей ставили на специальный учет. В Берлин присылали хвастливые отчеты: уже 12 тысяч малышей!

…Синни Лингстад знала об этой программе. Знала, что женщин сытно кормят и предоставляют им другую помощь. Но ей, хорошей девочке из приличной семьи, не хотелось превращаться в подопытного кролика. К тому же, в маленьком городке Нарвик, все друг друга знали. Как на нее посмотрели бы соседи?

Невысокая, тоненькая, от недоедания она стала совсем похожа на призрака. Голод преследовал ее и днем, и ночью. А потом появился этот офицер, Альфред Хаазе. Старше ее, он не скрывал, что Синни очень нравится ему. Он попробовал ухаживать за девушкой, но ее только испугали попытки сблизиться. И вот однажды он принес в ее дом мешок картошки…

Синни потом говорила, что в ее душе что-то шевельнулось. Хаазе не был похож на других офицеров – спокойный, благожелательный, без капли высокомерия. Относился к ней по-доброму. Спустя несколько месяцев Альфреда отозвали в Германию. А Синни, к своему ужасу, поняла, что ждет ребенка.

Случилось то, чего девушка так боялась. Соседи плевали ей в спину — они быстро сложили два и два. Хаазе не раз видели возле дома девушки. А тут ещё Германия капитулировала и все, кто был связан с офицерами, моментально превратились в людей второго сорта.

Летом 1945-го власти в Норвегии на полном серьезе предлагали выслать всех женщин и детей, прижитых по программе «Лебенсборн»… в Австралию.

— Женщины, которые позволили себе общаться с немецкими офицерами, — гневно говорили с высоких трибун, — скорее всего, носят в себе бракованные гены. Большинство из них страдают различными расстройствами психики. Иначе невозможно объяснить их поступки. Нашему обществу такие не нужны…

Когда в ноябре 1945 года Синни подарила жизнь Анни-Фрид, общество переживало период самого невероятного безумия. «Полунемецких» детей открыто обижали, кого-то отправляли в клиники для умалишенных. Матерей выгоняли с работы. Над Синни смеялись.

Ей грубили. Кто-то написал нехорошие слова краской на стене её дома… И Синни не выдержала. Она забрала ребенка и свою мать и убежала в Швецию. Там в ту пору было для них безопаснее…

Переживания плохо сказались на Синни Лингстад – она умерла в 1947-м. Маленькую девочку с той поры воспитывала ее бабушка, Агнета Корнелия Лингстад.

— Твой папа погиб, — говорила она Фриде. — Не думай о нём.

Годы и годы прошли, прежде чем «полунемка» выросла и… превратилась в настоящую звезду. Вы знаете её, конечно. Ведь она – одна из солисток знаменитой на весь мир группы «АББА». Однажды в интервью Анни-Фрид рассказала, что у неё был немецкий отец, Альфред Хаазе.

Говорила, что матери пришлось уехать из Норвегии, потому что она опасалась за свою жизнь. И журнальную публикацию об этом – бывают же совпадения! – увидел сын бывшего офицера…

В 1977 году они договорились о встрече. Правда, была вероятность, что это всего лишь однофамилец. Когда Анни-Фрид увидела предполагаемого отца, она задала ему только один вопрос:

— Что вы подарили моей матери в первый раз?

— Мешок картошки. – Не задумываясь, ответил Хаазе.

Это был он. Только теперь — постаревший кондитер из маленького городка.

Анни-Фрид стала мировой знаменитостью. А в 1992 году – принцессой! Она вышла замуж за принца Генриха Рейсс фон Плауэнна, и в данный момент живет в Швейцарии. Как-то у нее спросили, любит ли она картошку. «Не очень, — честно ответила она, — но я всегда помню, что благодаря ей появилась на этот свет».

Оцените статью
За мешок картошки
Тощая