— Братец затеял женитьбу. Смотрины назначил к февралю… Племянницы мои ревмя плачут: дескать, не хотим мачехи. Ох, беда сиротам, коли мачеха в дом…
Царевна Татьяна Михайловна строго поджала губы: брак братца-царя сулил беду её племянникам от кроткой царицы Марии Ильиничны Милославской.
— Известное дело, — вздохнула боярыня Анна. — Молодая царица своих деток нарожает, от трона пасынков отпихнёт. Да и падчерицам солоно придётся — выпихнет замуж или по монастырям раскидает. Известное дело — ночная кукушка всегда дневную перекукует…
Сентябрьским вечером 1669 года в царицыных покоях Кремлёвского Теремного дворца горели редкие свечи. За дубовыми дверями, расписанными травами и сказочными жар-птицами, собрались те, кому новый брак государя Алексея Михайловича сулил лишь беду. Старшие дочери покойной царицы Марии Ильиничны — Евдокия, Марфа и особенно умница Софья — готовились дать бой.
Царевна Татьяна Михайловна, тётка царских детей, нервно теребила край парчового плата. Напротив неё сидела Анна Петровна Хитрово — мама-воспитательница восьмилетнего царевича Фёдора, назначенная на эту должность ещё при его рождении в 1661 году.
Вдова, казначея, прошедшая огонь и воду дворцовых интриг, она смотрела на царевен с той спокойной уверенностью, какую дают только десятилетия выживания при особах царственных.
— Братец мой покладист, — продолжала со вздохом царевна. — Начнёт им вертеть тесть да молодая жена, мачеха загрызёт племянников, сживёт со свету. И нас с тобой могут от дела отринуть, чтобы под ногами не путались. Горе…
Так начиналась одна из самых мрачных интриг русского XVII века, в её центре стояла женщина, которую историки назовут «верховной боярыней», а её враги — лицемерной «постницей».
Анне Петровне Хитрово суждено было сыграть роковую роль в падении Артамона Матвеева и раздоре между юным царём Фёдором, его сёстрами и их мачехой Натальей Кирилловной Нарышкиной.
Путь Анны Петровны на самый верх придворной иерархии не был устлан розами. Ещё совсем молодой женщиной в 1630 году она получила должность казначеи при царевне Ирине Михайловне — старшей дочери государя.
Шестнадцать лет верой и правдой служила, пока в 1646 году, после смерти царицы Евдокии Лукьяновны, не последовало увольнение от двора. Казалось, карьера закончена, имя предано забвению. Но у Анны Петровны было одно преимущество — родство по мужу. Её супруг, стряпчий Степан Тарасович Хитрово, рано ушёл из жизни, оставив жену вдовой. Но в большой милости у царя Алексея Михайловича состоял её свояк — боярин и дворецкий Богдан Матвеевич Хитрово, один из самых влиятельных людей своего времени, основатель города Симбирска.
Благодаря протекции Богдана Матвеевича Анна Петровна в 1658 году была пожалована в дворовые боярыни — чин, который ставил её в число главных женщин государства. Дворовая боярыня, или верховная боярыня, — это была высшая ступень женской придворной службы, своего рода «статс-дама» допетровской Руси.
В 1661 году, когда царица Мария Ильинична родила царевича Фёдора Алексеевича, «мамой», то есть старшей воспитательницей и кормилицей, новорождённого назначили именно Анну Петровну Хитрово.
По обычаю, «мамкой царевича назначалась боярыня честная, вдова старая», лично отвечавшая за жизнь и благополучие младенца. Анне Петровне теперь подчинялся целый штат: кормилицы, няньки, постельницы, прачки. Должность эта была почётной и ответственной — любая оплошность грозила ссылкой, а то и плахой.
Анна Петровна показала себя прекрасно. Она обучала царевича первым молитвам, окружала заботой. Между Фёдором и его главной нянькой установилась та особенная связь, которая возникает между воспитательницей и ребёнком, лишённым материнской ласки (царица Мария Ильинична умерла, когда Фёдору было всего восемь лет).
Когда в 1670 году скончался старший брат Фёдора, царевич Алексей Алексеевич, Анна Петровна Хитрово заняла при дворе первенствующее положение среди женщин: её воспитанник стал наследником престола.
В 1671 году царь Алексей Михайлович женился во второй раз, молодую и жизнерадостную Наталью Кирилловну Нарышкину отвел под венец. Для дочерей от первого брака, особенно для царевны Софьи Алексеевны, это стало личным оскорблением. Мачеха была на шесть лет старше Софьи. Не могла Софья мачехе простить ни этой молодости, ни красоты, ни влияния на отца.
Софья — женщина «великого ума и самых нежных проницательств, больше мужеского ума исполненная дева», как характеризовали её даже недоброжелатели, — сразу невзлюбила Наталью Кирилловну. Ненависть подогревали тётки, сёстры, старые боярыни, видевшие в новой царице угрозу своему положению.
Анна Петровна действовала в согласии с царевной Софьей. Прямых свидетельств их заговора не сохранилось, но косвенных улик достаточно. Хитрово была своей в «верховой горнице» — помещении, куда допускались лишь избранные, и именно там обсуждалось, как ослабить влияние Нарышкиных.
При жизни отца, царя Алексея Михайловича, Софья не могла открыто влиять на политику: девицам вмешиваться в политику и совать нос в государственные дела не полагалось. Но 29 января 1676 года царь Алексей Михайлович стал частью истории. На престол вступил Фёдор Алексеевич — практически подросток, находившийся во многом под влиянием своего окружения.
Софья начала действовать, а в голове роились мысли: если Фёдор умрёт, престол должен перейти к следующему по старшинству — брату Ивану, но Нарышкины, конечно, захотят посадить на трон Петра. Этого Софья допустить не могла.
Иван был болезненным и слабым — иностранные дипломаты называли его «неспособным править из-за слабоумия и других недостатков». Но для Софьи он был идеальным инструментом: царевич, за спиной которого она сама сможет вершить дела в стране.
— Ты для государя как мать родная, — говорила Софья Хитрово. — Он тебя послушает. А ты ему скажи, кто его враги.
«Любимая мамка, нянчившая Фёдора с младенчества, боярыня Анна Петровна Хитрово, суровая постница и богомолка, обвиняла перед своим воспитанником в страшных преступлениях и А. С. Матвеева, и Нарышкиных», — свидетельствуют современники.
Каждый вечер, когда юный царь оставался наедине со своей старой нянькой, она нашёптывала ему о кознях мачехи и её советника. О том, что Нарышкины хотят отравить его и брата Ивана, чтобы освободить трон для своего Петра. О том, что Артамон Матвеев — «худородный выскочка», колдун и чернокнижник.
— Берегись, государь, Нарышкиных. Они тебе не родня, они Петра хотят на царство. Артамон Матвеев батюшку твоего колдовством испортил, теперь до тебя доберётся. Царица Наталья хитра, своего не упустит.
Верил ли Фёдор той, которая вынянчила его? Слабый и болезненный, привыкший к ее заботе и доброте…
В 1676 году Артамон Матвеев, ближайший советник покойного царя и воспитатель Натальи Кирилловны, был обвинён в колдовстве и измене, лишён боярства, имений и сослан в Пустозерск. В ссылку с ним отправился и малолетний сын Андрей.
Приверженцы Нарышкиных и сам Матвеев не сомневались, кто за этим стоит. В источниках прямо сказано: «Приверженцы Нарышкиных и боярина Матвеева считали её главной виновницей ссылки А. С. Матвеева и размолвки между царицей Натальей Кирилловной и царём Феодором Алексеевичем».
После ссылки Матвеева Наталья Кирилловна осталась без защитника. Её отстранили от дел. Родственников её, Нарышкиных, удалили от двора. Петра держали в тени. Фёдор, под влиянием мамки и сестры, перестал общаться с мачехой.
В 1680 году царь женился на Агафье Грушецкой. Влияние Хитрово ненадолго уменьшилось — молодая царица имела свой двор. Но в 1681 году Агафья умерла от родильной горячки, и Анна Петровна вновь стала главной женщиной при государе. Фёдор даже успел жениться ещё раз, но сил, чтобы сделать брак действительным, у государя уже не было. 27 апреля 1682 года царь скончался, не оставив наследников, несчастная Марфа Апраксина осталась вдовой-девственницей.
Сразу после смерти Фёдора Нарышкины, заручившись поддержкой патриарха, провозгласили царём Петра — в обход старшего Ивана. Новое правительство Нарышкиных немедленно отменило опалу и вернуло Матвеева в Москву.
Сторонники Милославских и царевны Софьи пустили слух, что Нарышкины и возвращённый Матвеев «извели» царевича Ивана. Стрельцы, и без того недовольные, поверили, начался бунт: Артамон Матвеев, несколько Нарышкиных и другие сторонники Петра были растерзаны толпой.
Под давлением стрельцов Ивана и Петра объявили царями-соправителями, а регентшей при них стала Софья. Наталья Кирилловна с сыном Петром была фактически сослана из Кремлёвских палат в село Преображенское.
Для Анны Петровны Хитрово смерть Фёдора стала концом власти. Её имя ещё встречается в дворцовых разрядных книгах до 1698 года, но уже не на первом месте. Старая мамка Софье была больше не нужна.
В 1687 году Анна Хитрово на свои средства построила в Калуге каменный Троицкий собор. Умерла бывшая царская нянька в глубокой старости. После 1698 года её имя в хрониках больше не встречается.
Враги видели в боярыне лицемерку, набожность её считали чистейшей воды фарисейством, друзья почитали за очень благочестивую женщину. История запомнила её как боярыню, по чьему наущению погиб один из самых просвещённых людей своего времени, как ту, что рассорила царя Фёдора с мачехой.
