— Прошу, не надо, больно мне, больно! — умоляла девица. Мать лишь прикрыла глаза. Смотреть было невозможно.
Ее холодной красотой восхищались миллионы мужчин: она была успешной манекенщицей, матерью любимого (и
— Поля, я ведь застрелюсь, — тихо произнес муж. Раздраженно взглянув на него, Полина наклонилась и попыталась
Взглянув на девушку, принц вздрогнул. Перед ним была Мария: тот же профиль, те же черты, и даже цвет глаз.
Шестнадцатилетняя саратовская гимназистка Татьяна Николаевна Лаппа, старшая дочь действительного статского
К 48 годам у него было все, о чем можно мечтать: уютный загородный дом в Медане, солидный счет в банке
Дедушка читал ей вслух «Мифы Древней Греции», а она взяла листок бумаги и начала что-то рисовать.
— Ну, давай же, подойди к тому господину и мило улыбнись ему, — подначивал свою шестнадцатилетнюю супругу
— Я не приму ее, — сказала княгиня, — передайте госпоже министерше, что ее не рады видеть.
«Хоть и старуха, а еще красивая! — усмехнулся пьяный матрос, разоблачаясь, и добавил. —