Александра Федоровна горько плакала. Ей было всего 34 года, а близость с мужем была уже под запретом.
— Яша, не надо, — плакала Маша, уворачиваясь от тумаков любимого. — Надо, подлая, надо, — угрюмо отвечал он.
Всего тринадцать лет исполнилось невесте, жениху – датскому принцу – было на двадцать больше.
Кричала, билась, клялась, что понесла. Не послушали, хлестнули бичом, а русые пряди посыпались вокруг
Лицо невесты под белой вуалью было спокойным, хотя от нее ждали слез. Ведь шла за нелюбимого!
Записку вручили невесте прямо перед венчанием. Ворвался какой-то посыльный, тяжело дыша, да и побежал
Было невыносимо скучно. Войн Россия в это время не вела, а карты он не любил. Гвардейские дебоши казались
— Подушку носит под платьем, сестрицын позор прячет, — шептались молоденькие горничные в великолепном
-Эта русская невыносима! — гневалась королева Виктория. — Подумать только, она требует, чтобы
Государыня растерянно смотрела на изящную фигурку своей фрейлины, скользящую в танце с императором.