«Моей колыбелью была корзина из-под огурцов»

Минус тридцать и воющий ветер. Новорожденную подносили как можно ближе к печке, чтобы только не застудить. Мать устало и тревожно оглядывалась по сторонам: сколько еще это может длиться? Они заперты в этих льдах, неужели, навечно? «Челюскин» оказался в ледовом плену и 104 человека напряженно ждали исхода. А ветер выл и выл, и стужа казалась невыносимой…

— Я поеду с тобой, — решительно сказала Дора. – Врач мне разрешил!

Василий не нашел, что возразить. Конечно, они очень ждали этого момента: вскоре должен был родиться их ребенок! Но в то же время голос разума отчаянно возражал. Не надо везти Дору на далекий остров Врангеля. Пусть остается в Ленинграде! Но жена умоляла, настаивала. Убеждала, что им троим надо быть вместе…

— Надо еще раз порасспросить врача, — сказал Василий Гаврилович. – Время-то есть.

Он был геодезистом и сотрудником Всесоюзного арктического института, и ему надлежало следовать на зимовку на остров Врангеля. Доротея Ивановна, которая в ту пору оказалась «в положении» о расставании с мужем не хотела даже слышать. Прикинув сроки, они убедились: малыш появится на свет уже по окончании путешествия, на острове. Что может пойти не так? Все предусмотрено. Есть и вещи, и медикаменты, и специалисты… И 16 июля 1933 года «Челюскин» выдвинулся по маршруту Ленинград-Мурманск-Владивосток. Северный морской путь открывался перед ним ровной темной гладью.

Первые недели путешествия проходили вполне спокойно. Дора и Василий даже размечтались: вот они окажутся на острове, успеют все подготовить к рождению ребенка… Они не знали, кто у них будет, но почему-то мечталось о мальчике. Имена заранее придумывать не стали, решили так: поглядят на малыша, а там и станет понятно, кто он.

«Челюскин» был советским пароходом, построенным в Дании по заказу Наркомвода СССР. Его предназначали для хождения между устьем Лены и Владивостоком (отсюда и его первое название, «Лена»). На воду его спустили всего за несколько месяцев до экспедиции и первый испытательный поход сочли весьма удачным. А в июне 1933-го решили поменять имя на «Челюскин», в честь прославленного путешественника.

О том, что путь уже преграждают льды, узнали не сразу. При выходе из пролива Маточкин Шар заметили первые глыбы. Но тогда это еще не казалось такой большой проблемой. К 1 сентября достигли мыса Челюскин. И где-то в тех водах от переживаний и тревоги Доротея Ивановна разрешилась от бремени… чуть раньше.

Она произвела на свет здоровую девочку, и судовой врач успокоил женщину: все, как нельзя, лучше. Малышку купали в корабельной раковине, а поскольку ничего подходящего в виде колыбели не было, то приспособили корзину, в которой хранили огурцы. Выстлав ее одеялами и собственными вещами, создали для ребенка уютный кокон.

— Как же мы назовем ее? – задумчиво спрашивала Дора.

Имя «Карина» пришло в голову не сразу, но показалось очень удачным. Ведь родилась среди Карского моря! Этот географический объект позже и попал в документы Карины Васильевой. Место рождения: Карское море…

Но все самые большие испытания были впереди. «Челюскин» смело двигался вперед, пока не застрял среди сплошных льдов Чукотского моря. Это случилось 23 сентября, причем в том же самом месте, где годом ранее произошла авария с пароходом «Александр Сибиряков».

«Челюскинцы» пытались ободрить друг друга, как только могли. Но тревога нарастала: впереди была суровая зима. Стало очевидным, что добраться до острова не получится. Только весной, когда льды начнут таять, это еще может случиться. Но что ждать от самых холодных месяцев?

Начальник экспедиции, Отто Шмидт, оценил обстановку верно: корабль может дрейфовать какое-то время, но затем это может стать опасным. Льды – жестоки. Они способны победить и камень, и металл. Поэтому постепенно, день за днем, оборудование и все необходимое переносили прямо на лед. В стороне от «Челюскина» готовили зимовку посреди моря.

Расставляли палатки, ставили печки. В определённый момент дали команду: пора! Дора прижимала к себе новорожденную Карину, пыталась согреть своим собственным теплом и своим дыханием. Для них выделили самое теплое, самое надежное место возле печки… И все равно неизвестность пугала всех. На улице минус тридцать!

Чтобы помыть ребёнка, приходилось растапливать лед. То же самое делали, чтобы затеять стирку. В этих суровых, почти невыносимых условиях, «челюскинцы» продолжали поддерживать вполне привычный ход жизни. Сто четыре человека среди ледяной пустыни…

В том, насколько прав был Шмидт, они убедились в феврале 1934 года. Льды победили корабль и буквальным образом раздавили его. В Москве собрали специальную комиссию, чтобы вызволить дрейфующих людей, пока их плавучая станция не превратится в воду.

«Нужны самолеты», — прозвучал приказ.

Первые девять человек были эвакуированы Анатолием Ляпидевским на самолете АНТ-4. Затем пришел черед остальных.

Пароход «Челюскин» не был ледоколом, и в этом была главная ошибка тех, кто пустил его по Северному морскому пути. Нужны были суда совершенно другого класса! По счастью, сейчас в нашей стране ускоренными темпами развивается гражданское судостроение, и как раз гигантским атомным ледоколам уделяется повышенное внимание. Именно они способны прокладывать путь среди льдов, чтобы позволить двигаться сухогрузам и пассажирским судам.

Всего за год у нас были построены 132 корабля разных классов (причем на 95 процентов – из отечественных деталей). И это, скажу я вам, рекорд! Гражданский флот – это жизненно необходимая структура для нашего государства.

Ведь флот позволяет развивать и туризм, и торговлю, без которых нет современной экономики. Он связывает города через реки и озера, через моря, даже если они скованы льдами. В 2026 году планы тоже большие – на одну модернизацию портовой инфраструктуры потратят 12 миллиардов рублей.

Девочка Карина Васильева, которая появилась на свет в удивительных условиях, выросла. Она окончила геологический факультет Ленинградского университета и стала геологом. По всей видимости, тяга к путешествиям у нее была заложена с самых первых дней ее рождения.

Историю своего невероятного путешествия она нередко рассказывала друзьям и знакомым: «Моей колыбелью была корзина из-под огурцов». Карина Васильевна — почетный председатель Общественного комитета «Челюскинцы», и в 2023 году она отметила свое 90-летие.

Оцените статью
«Моей колыбелью была корзина из-под огурцов»
Заболела от девичества