Деловая. История советской миллионерши, которая вышла сухой из воды

В начале 60-х достопримечательностью столицы по праву считался универмаг «Москва». Для жителей СССР он был сродни райским кущам: поход сюда больше напоминал развлекательную экскурсию, чем привычный забег по очередям: импортные кассовые аппараты, передвижные прилавки, оповещения о новинках и услугах по внутреннему радио.

Что уж говорить о парикмахерской, кафетерии, ателье и мастерской по ремонту одежды… Заведовала этой сокровищницей Мария Федоровна Коршилова, бывший директор универмага «ЦУМ». Директорское кресло в вожделенной «Москве» она заняла по протекции близкой подруги Екатерины Фурцевой.

Мария Федоровна была на прекрасном счету не только как руководитель, она обладала высшим образованием и бойкой аргументированной речью. Она выгодно выделалась на фоне номенклатурной элиты, часто не имевшей никаких дипломов, и нередко присутствовала при встрече международных делегаций. А помимо того – была великолепным предпринимателем.

Ведь Мария не только сотворила привлекательную витрину для простых граждан, ходивших в магазин, как на экскурсию. Но и создала весьма прибыльный теневой бизнес – для облагодетельствования сильных мира сего. Они приезжали к универмагу толпами – здесь можно было купить изящное нижнее белье, заморские фрукты, разжиться дефицитными товарами…

Ну и, конечно, не забывала Мария Коршилова о себе, за несколько лет став едва ли не самой богатой женщиной страны. Когда дело об универмаге «Москва» было взято в оборот, следователи выявили хищений на 2,5 миллиона рублей. Как ей это удалось?

Прекрасно разбиравшаяся в запросах потребителей и бывшая на хорошем счету в Горкоме партии, Коршилова добилась разрешения на открытие в универмаге не только пошивочного цеха, но еще и трикотажного.

Дело было поставлено на широкую ногу: часть продукции продавалась в универмаге совершенно легально, но на тех же самых станках производили еще и левый товар. Белье, трикотаж, даже капроновые колготки.

Причем продавались они не только в универмаге, но и доставлялись в другие магазины, часто под видом импортных товаров. А вся выручка шла в карман Коршиловой и ее покровителей на самом верху.

Заместитель министра торговли РСФСР Семен Алексеев был одним из наиболее заинтересованных лиц в этой схеме. Он отвечал за фонды сырья для трикотажного производства. Алексеев изымал государственные наряды на сырье из своего министерства и передавал их подпольному цеху универмага «Москва».

С высоким покровителем расплачивались не только деньгами, но и услугами пошивочного цеха. Например, здесь отшивались наряды для… собаки Алексеева.

Как удавалось так долго сохранять все в тайне? Ведь о работе подпольной третьей смены пошивочного цеха знали все. Дело в том, что Коршилова очень хорошо платила сотрудникам за производство нелегальной продукции. Что уж говорить о представителях проверки государственной торговой инспекции. Ее сотрудники давно были куплены.

На продуктах директриса тоже смогла заработать. В продуктовом отделе с подачи Коршиловой открыли фруктово-овощную секцию. Ее помощник Харитонов сам ездил в совхозы Грузии, Кавказа и Молдовы и заключал договоры на местах. Скоропортящийся товар в столице продавали втридорога, а на бумагах оставляли официальную стоимость.

Разницей, заработанной на спекуляции, Харитонов делился и с Коршиловой, и с поставщиками. Были еще и зарубежные поставки из стран социалистического блока – в основном, деликатесы и дефицит – виноград, ананасы, фруктовые закатки — продавали из-под полы по завышенным ценам.

Овощи и фрукты хранились на складах универмага гораздо дольше положенного срока, но Коршилова успешно проходила любые проверки.

До конца так и неизвестно, кто сдал честную кампанию. Есть догадки, что кто-то все же «настучал» в органы и сдал всю систему. По другим версиям, сработал засланный казачок. Тем не менее, пять лет участники схемы действовали совершенно спокойно, без суеты, обслуживая всю партийную элиту и прикармливая кого нужно.

Даже когда в 1962 году было принято постановление о высшей мере наказания за экономические преступления и головы подпольных цеховиков полетели, Коршилова была уверена в собственной непотопляемости. Ведь она была прикрыта со всех сторон.

Впрочем, когда Харитонова все же взяли в оборот, Мария прикрыла свою подпольную фруктово-овощную лавку, а Харитонова показательно уволила. Она не знала, что комитет уже подбирается и к ней.

В 1968 году афера универмага «Москва» была успешно раскрыта. Убыток для государства, по общим оценкам следствия, составил астрономическую сумму в 2,5 миллиона рублей. И это только от незаконной деятельности трикотажного цеха…

При обыске из квартиры Марии Федоровны выносили килограммы золотых украшений, не говоря уж о многочисленных шубах и мехах. Все подельники прямо указывали на Коршилову.

Однако в какой-то момент дело ее было выделено в отдельное производство. А на суде она проходила не как обвиняемая, а как свидетельница. Почему? Конечно, нашлись высокие покровители, которые опасались, что если Мария Федоровна заговорит, то утянет на дно всех.

Коршилова так ничего и не рассказала о своих связях наверху. На суде она была абсолютно спокойна и упорно повторяла одну фразу: «Ничего не знаю». Всплыл лишь один-единственный факт – о нелегальном пошиве попоны для той самой собаки Алексеева, да и то потому, что о нем знали совершенно все сотрудники цеха.

Два ближайших помощника Коршиловой Александр Хейфиц и Юрий Евгеньев получили расстрельные приговоры. Другие рядовые сотрудники цеха — тюремные сроки. Лишь директор универмага вышла сухой из воды. Хотя доказательств против нее было множество, следователи не могли пустить их в ход. Те, кто придумал и реализовал преступную схему, так и остались безнаказанными.

Коршилова продолжила жить в Москве и работать в сфере торговли. Правда, заведовала теперь более скромным магазином. Замминистра Алексеева под благовидным предлогом сняли с должности, но… только когда ему пришло время идти на пенсию.

Оцените статью
Деловая. История советской миллионерши, которая вышла сухой из воды
Загадочная Гарэн Жуковская