Герцог натешился и под благовидным предлогом покинул опочивальню, пообещав скоро вернуться. Люси ждала — сначала часы, а потом и месяцы. Наконец, она поняла, что на самом деле с нею случилось…
В 1599 году в семье графа Генри Перси родилась девочка, которую нарекли Люси. Вскоре после рождения малышки глава семейства впал в немилость монарха и угодил в тюремные застенки Тауэра.
Пока отец томился за решеткой, девочка взрослела и возрасте семнадцати лет превратилась в ослепительную красавицу. Но вместе с ее расцветом множились и долги рода — залог на фамильное поместье был безнадежно просрочен.
Чтобы спасти семью от разорения, Люси, как в те времена говорили, «пожертвовала собой»: она приняла предложение руки и сердца от престарелого, но весьма состоятельного сквайра.
Брак оказался формальностью — молодая жена не питала к супругу ни капли тепла, и когда через два года старик скоропостижно скончался при весьма подозрительных обстоятельствах (внезапная рвота, остановка сердца), Люси встретила его смерть с ледяным спокойствием.
Оставшись богатой вдовой, она немедленно открыла двери замка для тайного возлюбленного — своего кузена графа Джеймса Карлайла, с которым вскоре обвенчалась.
Обретя огромные земли и капиталы, графиня Карлайл могла бы наслаждаться безбедным существованием. Но ее амбиции простирались дальше: она жаждала не просто богатства, а подлинной власти, политического веса и влияния при дворе. Единственным местом, где такие желания могли осуществиться, был Лондон.
В столичном свете Люси быстро стала заметной фигурой. На одном из балов ее красотой пленился сам Джордж Вильерс, герцог Бекингем — искусный интриган и баловень судьбы. Виртуозно очаровав графиню, он пообещал ей неслыханное влияние в обмен на статус фаворитки. Но, добившись своего, фаворит тотчас охладел к Люси и стал публично игнорировать ее.
Более того, в свете Бекингем публично намекал, что на юной графине «клейма негде ставить».
Горькое унижение взбесило леди Карлайл. Вскоре ей открылась истинная причина холодности Бекингема: герцог положил глаз на французскую королеву Анну Австрийскую, надеясь через связь с ней упрочить свои международные позиции.
Для Бекингема Люси была лишь мимолетным увлечением, но она не желала мириться с такой участью. Уязвленная гордость превратила герцога в ее заклятого врага — она поклялась мстить ему до последнего вздоха.
Именно в этот момент на ее пути возникает кардинал Ришелье — лютый враг британской короны. Жажда реванша оказалась сильнее патриотизма: графиня без колебаний переметнулась на сторону Франции, предложив свои услуги всесильному кардиналу.
Агенты леди Карлайл донесли ей, что Бекингем внезапно стал носить баснословно дорогие бриллиантовые подвески, которых ранее в его коллекции не было.
Графиня, знавшая гардероб герцога досконально, насторожилась и немедленно сообщила о новинке Ришелье. Кардинал учинил дознание и выяснил: украшение являлось подарком Бекингему от Анны Австрийской, которая, в свою очередь, получила подвески от своего супруга, короля Людовика XIII.
Дарить подарок французского монарха иностранному герцогу — по тем временам поступок неслыханный и граничащий с государственной изменой.
Ришелье отдал графине приказ: похитить два бриллианта с королевских подвесок. И леди Карлайл провела эту операцию с поразительным изяществом. Явившись на бал, где присутствовал герцог, она осыпала его лучезарными улыбками, давая понять, что прежние обиды забыты. Вскоре Бекингем получил от нее записку с намеком на свидание — и, конечно же, не смог устоять.
Всего две минуты потребовалось Люси, чтобы ловким движением срезать с камзола вельможи два бриллианта, которые немедленно отправились через Ла-Манш к кардиналу.
Судьба и сама жизнь королевы Анны повисли на волоске.
Однако герцог, обнаружив пропажу, мгновенно вычислил виновницу. Чтобы перекрыть ей пути вывоза драгоценностей, Бекингем пошел на беспрецедентные меры: он приказал закрыть все английские порты, фактически парализовав морскую торговлю и нанеся колоссальные убытки судовладельцам. Одновременно лучшие ювелиры Соединенного Королевства изготовили филигранные копии утерянных бриллиантов. Подвески были восстановлены и возвращены Анне Австрийской, которая блистала в них на балу, выполнив волю мужа.
23 августа 1628 года враг графини был убит: Джон Фельтон, бродячий солдат, заколол Бекингема кинжалом в его собственном поместье в Портсмуте. И хотя современники пытались найти следы руки леди Карлайл в этом убийстве, убедительных доказательств так и не обнаружилось.
В 1642 году скончался и покровитель Люси — кардинал Ришелье. Но леди Карлайл не ушла из игры, а, напротив, вышла на новый уровень, став двойным агентом. Она ухитрялась одновременно работать на двух заклятых политических противников — Томаса Уэнфорта и герцога Пима, оставаясь для каждого незаменимым источником информации.
Не растерялась графиня и в водовороте Английской революции. После казни короля Карла I она вошла в свиту вдовствующей королевы Генриетты-Марии и при этом умудрялась поставлять сведения монархистам, революционерам и самой королеве одновременно.
Лишь в 1649 году, когда Люси исполнилось 50 лет, ее шпионская карьера оборвалась: графиню арестовали и поместили в Тауэр — ту самую тюрьму, где когда-то томился ее отец. Однако заключение было условным: лондонские газеты возмущались, что вместо положенной узнице диеты из хлеба и воды, она ежедневно получает изысканные вина, свежие десерты и дичь.
Освободившись, леди Карлайл удалилась от дел в свое поместье, где и скончалась в 1659 году в возрасте 60 лет.
Но ее смерть стала лишь точкой в реальной биографии. Ровно через 185 лет леди Карлайл обрела бессмертие — уже как блистательная и коварная Миледи Винтер на страницах романа Александра Дюма «Три мушкетера».
Подобно своей литературной «сестре», леди Карлайл состояла при особе кардинала Ришелье, будучи его доверенным агентом и виртуозной исполнительницей деликатнейших поручений. Влияние графини при французском дворе было столь велико, а методы достижения своих целей столь дерзкими, что в народной молве ее нередко обвиняли в сделке с дьяволом — и, как шептались, скреплен контракт был отнюдь не одним лишь поцелуем…
