Стоны из открытого окна были очень громкими.
— Ее высочество простудилась и никого не принимает! – крикнула служанка и захлопнула дверь перед королевским гонцом. В тот январский день 1716 года прислуге Люксембургского дворца предстояло скрыть тайну своей госпожи: она рожала. Будучи при этом вдовой! Официально было объявлено, что мадам неважно себя чувствует после конной прогулки. Но в эту версию мало кто поверил.
*
Потому что Луиза Елизавета была слишком красива и слишком любила жизнь, чтобы такая мелочь как насморк приковали ее к постели. Ради танцев и веселья она бы восстала из неживых. Тем более, что у нее уже имелся такой опыт!
А августе 1701 года, в возрасте шести лет, Луиза Елизавета Орлеанская серьезно захворала. Для человека восемнадцатого века вердикт лекарей был почти что приговором: оспа! Но отец так любил ее, так горячо молился о ней, что не допускал мысли о самом плохом исходе. За девочкой лично ухаживал герцог Орлеанский, пока однажды ночью она не начала метаться в лихорадке. А потом безжизненно распростёрлась на своем ложе…
— Увы… — пробормотал лекарь, вытирая слезы. – Наше милое дитя…
На протяжении ШЕСТИ ЧАСОВ Луизу Елизавету Орлеанскую считали ушедшей в иной мир. Ей уже готовили саван, а безутешный отец, облаченный во все черное, отправил слуг срывать охапки любимых кремовых роз своей дочери, как вдруг двери распахнулись и сонное дитя, возникшее на пороге, поинтересовалось: почему она в комнате одна? Где няня? Где горничная?
— О, моя бесценная! – вскричал герцог. – Это подлинное чудо!
Итак, она выжила и в честь этого выздоровления отец устроил грандиозное торжество. Луиза Елизавета и так была любимым ребенком герцога, а с той поры получила практически неограниченную власть над отцом. Все ее прихоти выполнялись, подарки сыпались на нее, как из рога изобилия. Принцесса Орлеанская росла счастливым и избалованным ребенком… И превращалась в девушку, на редкость симпатичную.
Эта самая Луиза Елизавета приходилась внучатой племянницей французскому королю Людовику XIV. И в семье было принято, чтобы брачные узы скреплялись только по велению государя. Иными словами, принцесса могла влюбиться, но вот выбрать супруга самостоятельно – ни в какую. Поэтому в 1710 году его величество объявил свою волю: миловидная Луиза Елизавета выйдет замуж за его внука. Юношу звали Шарлем и от своего деда он получил титул герцога Беррийского. Поскольку жених и невеста приходились друг другу троюродными братом и сестрой, потребовалось разрешение на брак от папы Римского. И оно было получено в мае 1710 года.
— За новобрачных! – провозгласили в Версале 6 июля.
Когда она шла к алтарю, в один момент… оступилась и упала. Слишком тяжелым было парадное платье, да еще и целые гроздья украшений! А потом, танцуя после венчания, неудачно повернулась и повредила ногу. Захромав, дошла до табурета и больше не могла сдвинуться с места.
— Брак будет неудачным, — зашептались во дворце. — Какие нехорошие знаки!
Только поначалу ничто не предвещало беды. Луиза Елизавета быстро понесла, но первый ребенок родился… неживым. Причина заключалась в неудачном стечении обстоятельств: герцогиня Беррийская (таким был титул Луизы после замужества) находилась в Версале, и король потребовал, чтобы она отправлялась в Фонтенбло, поскольку вот-вот могла родить. Но молодую женщину не посадили в карету, а отправили в путь на барже. И надо же было такому случиться, что во время плавания та самая баржа ударилась о мост в Мелене и чуть не затонула. От ужаса Луиза Елизавета закричала, потом лишилась чувств и начались роды…
Когда в 1713 году она снова была беременна и опять тянула до последнего – танцевала в Версале! – Луиза Елизавета произвела на свет ребенка в королевской резиденции. Мальчик прожил только три месяца и последовал в лучший мир. На этот раз некого было винить, так распорядилась судьба.
— Я отправлю вас в монастырь! – бушевал разъяренный муж. – Вы не умеете рожать!
Потупив взор, Луиза призналась, что снова ждет ребенка. Она оказалась весьма плодовитой…
Но это дитя герцог Беррийский уже не увидел… Все произошло неожиданно: он отправился на охоту, был охвачен азартом и двигался слишком неосторожно. Опытный наездник, герцог, тем не менее, вылетел из седла и крайне неудачно упал. Поэтому Луиза Елизавета овдовела за семь недель до рождения своего третьего ребенка. Это была девочка, и судьба даровала ей только один день жизни.
— Теперь никто не посмеет меня неволить. – заявила вдова.
Она переехала в Люксембургский дворец, который принадлежал ее семье, и объявила, что будет держать строгий траур. То есть, никаких официальных приемов, никаких придворных балов. Молитвы, посты, редкие встречи с родными… На самом деле, у герцогини что ни день устраивались тайные вечеринки: узкий круг посвященных лиц мог посещать их, предварительно назвав пароль. Он менялся каждое утро и рассылался с гонцами Луизы Елизаветы.
На публике внучатая племянница короля появлялась только во время воскресной мессы. И придворные стали замечать, что живот у вдовы… растет. Неужели она стала невоздержанной в еде? Как жаль, она была такой изящной! На самом деле, Луиза Елизавета была беременна.
Объявив, что простудилась, в январе 1716 года она родила ребенка, которого моментально передали на усыновление. В ту пору Людовик XIV уже почил и от его имени правил Великий Регент. Поскольку он был ближайшим родственником Луизы Елизаветы (куда уж ближе, ее отцом!), то выхлопотал для нее персональную пенсию в 600 тысяч ливров ежегодно.
Луиза продолжала вести двойную жизнь: скромную на людях и совершенно иную среди своих самых ближайших друзей. Эту любопытную особу в 1717 году посетил – кто бы вы думали? – русский император Петр I. Рассказывали, что на вышла к нему в красивом шелковом платье, но вот только оно сильно обтягивало живот вдовы… Герцогиня Беррийская снова ожидала ребенка.
На этот раз она была предусмотрительнее и уехала на время родов в замок Ла Мюэтт. В июле 1717 года там появился на свет безымянный ребенок, судьбу котного так и не удалось проследить.
— Она беременеет, как кошка, — смеялись придворные.
Никто не знал, кого назвать отцом тайных детей герцогини Беррийской. Имелись разные сведения, звучали разные имена.
«Это ее собственный отец», — распускал слухи Вольтер и за это поплатился – его посадили в Бастилию. Там же он закончил пьесу «Эдип», премьера которой состоялась в ноябре 1718 года в театре «Комеди Франсез». Эту постановку посмотрела и Луиза Елизавета, конечно же, снова беременная….
2 апреля 1719 года, после тяжелейших четырёхдневных родов, она произвела на свет девочку. Утверждали, что отцом стал офицер ее охраны, шевалье де Рион, за которого она поспешно и тайно вышла замуж. После родов пара уехала в замок Луизы Елизаветы, где она вскоре устроила пышный прием в честь своего отца.
— Этот брак невозможен! – твердил регент.
— Позвольте мне быть счастливой!
Отец обнял дочь. Позже выяснилось, что это произошло в самый последний раз. Во время приема Луиза Елизавета простудилась, а ее организм еще был слаб после тяжелых родов. 21 июля 1719 года сердце этой женщины остановилось, теперь уже, навсегда.
Регент рыдал. Он почернел от горя и не мог поверить, что его дитя ушло навеки. Прислушивался к шагам за спиной и все надеялся: вдруг опять распахнутся двери и сонный голос девочки спросит его: почему рядом нет няни?
Но нет. Этого не произошло.
