«Все равно ж моей будешь», — усмехнулся Ягода. Тимоша с ненавистью смотрела на некрасивое лицо всесильного главы НКВД, и думала об одном: неужели и на этот раз ей придется уступить?
Сразу после возвращения из-за границы в СССР семья Максима Горького — он сам, сын Максим Пешков, «возлюбленная» невестка Тимоша — оказалась под плотным наблюдением сначала ОГПУ, а с 1934 года — НКВД. Сотрудники органов стали частыми посетителями дома писателя. Особенно часто бывал назначенный своеобразным «куратором» Алексея Максимовича Генрих Ягода, который фактически руководил ОГПУ из-за болезни его председателя В. Р. Менжинского.
Ягода, известный своими любовными похождениями, сразу же обратил внимание на Тимошу. Поэт Владислав Ходасевич, часто бывавший в доме Горького, вспоминал:
Став в 1934 году главой новообразованного НКВД, Ягода стал проявлять ещё большую настойчивость. Наталья Крандиевская, супруга «красного графа» Алексея Толстого, вспоминала:
«По ступенькам поднимался из сада на веранду небольшого роста лысый человек в военной форме. Его дача находилась недалеко от Горок. Он приезжал почти каждое утро на полчаса к утреннему кофе, оставляя машину у задней стороны дома, проходя к веранде по саду. Он был влюблён в Тимошу, добивался взаимности, говорил ей: „Вы меня ещё не знаете, я всё могу“. Растерянная Тимоша жаловалась…».
Против такого напора всесильного Ягоды Тимоша не смогла устоять и в конце концов сдалась. Оставалось ли неизвестным Максиму Горькому, что происходило с его любимой невесткой, — вопрос открытый.
В мае 1934 года в семье Горького случилось первое после возвращения в СССР большое горе. Марфа Пешкова в своих воспоминаниях писала:
«Папа приехал от Ягоды, который его всё время звал и напаивал… вышел из машины и направился в парк. Сел на скамейку и заснул. Разбудила его нянечка. Пиджак висел отдельно. Это было 2 мая».
Май того года выдался необычайно холодным, и Максим Пешков, проведший ночь на улице, тяжело заболел. Вскоре врачи диагностировали у него крупозное воспаление лёгких. 11 мая сын Горького скончался в возрасте 36 лет.
Тимоша осталась вдовой, и вокруг неё тут же закружился целый рой поклонников. К давней привязанности свекра и к настойчивому вниманию главы НКВД Ягоды добавился интерес маршала Тухачевского.
В наступление перешёл и давно питавший слабость к Тимоше Алексей Николаевич Толстой. Пятидесятилетний «красный граф» использовал свою дружбу с Горьким, чтобы быть ближе к его невестке.
Алексей Максимович быстро раскусил намерения коллеги и с иронией посоветовал ему «ограничить все формы духовного общения с чужеродными женщинами общением с единой и собственной женой». Автор «Петра Первого» одумался и оставил Тимошу в покое.
Из-за множества романов, а ещё больше — из-за слухов о них, в московских кругах Надежду Алексеевну Пешкову стали называть «весёлой вдовой», что, безусловно, доставляло ей немало неприятных моментов.
В 1936 году Надежду ожидало новое тяжёлое испытание. 18 июня в Горках скончался её свёкор и главный покровитель — Алексей Максимович Горький. Писателю было 68 лет.
На похороны Горького прибыл лично Сталин. Он привёз огромный букет, который по неизвестной причине вручил не законной жене покойного, Екатерине Павловне Пешковой, а Тимоше. Впрочем, с вождём Надежда была знакома давно: Сталин иногда привозил к Горькому в гости свою дочь Светлану.
Отношения Сталина и Тимоши — одна из самых загадочных страниц в биографии невестки писателя. О возможной связи «весёлой вдовы» с Иосифом Виссарионовичем в московских кругах ходили разговоры, хотя и предельно осторожные. Годы спустя дочь Надежды Алексеевны, Марфа Пешкова, вспоминала:
«Сталин положил на неё глаз ещё тогда, когда впервые привёз к нам Светлану. Он всегда приезжал с цветами. Но мама в очередной их разговор на даче твёрдо сказала „нет“. После этого всех, кто приближался к маме, сажали».
После кончины Горького стали распространяться слухи, что и писателю и его сыну «помогли» отправиться на тот свет. В 1938 году Генриху Ягоде, попавшему в опалу и лишённому всех постов, на суде среди прочих было предъявлено обвинение в организации убийств Максима Горького и его сына, Максима Пешкова.
По этому же делу на скамью подсудимых сел Пётр Крючков — личный и доверенный секретарь А. М. Горького, который, согласно обвинению, действовал по указаниям Ягоды.
Согласно версии следствия, Крючков по приказу Ягоды оставил Максима Пешкова на скамье в парке, что привело к его простуде и смерти. А «буревестника революции», Горького, заговорщики якобы отравили.
На допросах «с пристрастием» Ягода признал свою вину и заявил, что совершил убийства из-за страстной влюблённости в Тимошу, которая после смерти мужа стала его любовницей.
15 марта 1938 года Генрих Ягода и Пётр Крючков были приговорены к высшей мере наказания и расстреляны.
С уходом из жизни свекра-покровителя жизнь «весёлой вдовы» стала отнюдь не веселой. Материально Тимоша, впрочем, не нуждалась: семья продолжала занимать роскошный особняк Рябушинского у Никитских ворот, а летом выезжала на отдых в живописное селение Неприе на Селигере.
Однако, как и многих из советской элиты, Надежду Алексеевну не отпускал постоянный ужас: не придут ли и за ней?
Тем не менее, Надежда Алексеевна, не растерявшая ни красоты, ни обаяния, по-прежнему привлекала внимание мужчин. У неё начался роман с академиком, философом и литературоведом Иваном Капитоновичем Лупполом.
Но едва Тимоша успела по-настоящему увлечься Лупполом, как во время их совместной поездки в Тбилиси Ивана Капитоновича арестовали. Его «приняли» прямо на глазах у потрясённой Надежды.
Пешкова долго и отчаянно боролась за любимого, обивая пороги различных ведомств, — всё было напрасно. Луппол был осуждён на 20 лет лагерей и скончался в Темлаге в 1943 году.
Новое чувство вспыхнуло у Тимоши в 1948-ом. Её избранником стал Мирон Мержанов, личный архитектор Сталина, автор проектов дач вождя.
Казалось бы, Мирону Ивановичу «наверху» могли бы разрешить отношения с вдовой сына Горького. Однако этого не произошло. В 1951 году Мержанова арестовали прямо в доме Надежды Алексеевны на глазах у её младшей дочери Дарьи.
Это воспоминание принадлежит уже упомянутой Дарье Пешковой. Сложно сказать, насколько её версия соответствует действительности, но мнение о том, что именно Сталин не давал «весёлой вдове» вновь выйти замуж, разделяли многие.
В 1953 году Тимоша предприняла последнюю попытку устроить личную жизнь. Её избранником стал инженер Владимир Попов, бывший муж дочери «всесоюзного старосты» Калинина. Но едва у Владимира начался роман с Надеждой Пешковой, как его арестовали.
«Больше ни один одинокий мужчина не переступит порог моего дома», — поклялась тогда Тимоша. Как выяснилось позже, данную клятву она не сдержала.
В 1957 году в особняк Рябушинского к Тимоше пришел в гости молодой художник Илья Глазунов. Надежда Алексеевна, сама обладавшая художественным талантом, в то время занималась организацией музея Горького в особняке, и Глазунов хотел предложить ей свои работы.
Илья с удивлением обнаружил, что 56-летняя вдова живёт вместе с человеком по имени Александр Александрович. Глазунов, знавший о непростой судьбе хозяйки дома, искренне порадовался за неё.
Созданию музея Горького Надежда Алексеевна Пешкова посвятила двадцать лет жизни. Она собирала экспонаты, документы и рукописи, добилась возвращения горьковского архива из Лондона.
Скончалась Надежда Алексеевна 10 января 1971 года на 70-м году жизни.
Старшая дочь Тимоши, Марфа Пешкова, стала филологом и мемуаристом, вышла замуж за «кремлёвского сына» Серго Берия. Младшая, Дарья, стала выдающейся театральной актрисой и оставила яркие воспоминания о Горьком, своём отце и, конечно, о матери — Тимоше.
