Она экономила на себе, чтобы у детей была еда

Четыре ребенка и никакой поддержки. Ее семья осталась в Ирландии, а мужа она только что оплакала. «Отдай детей в приют, — советовали Брижит, — все равно тебе их не прокормить». В этом был смысл, и однажды Брижит почти согласилась на этот шаг, но изменить мнение ее заставил случай. Как-то, проходя мимо одного городского приюта, она увидела, что ребятишек разных возрастов сажают в повозки.

— Вы везете их на прогулку? – спросила Брижит, хотя ее это совершенно не касалось.

Мужчина в шляпе, руководивший процессом, хмуро поглядел на нее.

— Прогулку? Мы везем их на ферму в Айдахо. Там нужны рабочие руки, мэм. А прокормить всю бедноту, что стекается в приют, у города просто нет денег.

Брижит кивнула и зашагала дальше. Она сжимала кулаки и мысленно дала себе клятву: ее дети останутся с ней! Она будет экономить на всем, но обязательно поднимет их. Каждого.

*

Когда на подошве ее единственных тёплых ботинок образовалась дыра, Брижит подложила в обувь картонку. А потом попросила соседа, чтобы он отдал ей обрезки кожи – тот шил сапоги. Из этих обрезков Брижит соорудила заплатку, но ноги все равно промокали и мерзли.

Январь – самый холодный месяц в Бостоне. Дует сильный ветер, а температура падает до минус шести. Закутанная в теплую накидку, единственную ценную вещь, которая осталась у нее после Ирландии, Брижит каждое утро выходила искать работу. Она стучалась в дома, где вывешивали объявления о найме прислуги, потом заходила в лавки, где иногда требовались помощники. Очень часто она слышала отрицательный ответ. Но иногда ей улыбалась удача.

Те крохи, что она зарабатывала, были единственным доходом семьи. А ведь когда-то Брижит так смело смотрела в будущее! Она считала, что ей крупно повезло….

Будучи простой девушкой, дочкой фермера, она с малых лет отлично знала, что такое труд. Вся округа занималась выращиванием картофеля, кто-то держал сады. Были среди соседей и такие, что варили пенные напитки. Никто не был особенно богат, но и бедствовать не приходилось. Однако все изменилось в 1840-е, когда на Ирландию обрушились голод и неурожаи.

Фермеры умоляли дать им отсрочку, чтобы заплатить за аренду. Но надменные английские лорды не собирались их слушать. Королеве Виктории писали петиции, с рассказом о том, как тяжело приходится ирландцам, но в ее окружении находились люди, кто с презрением говорил: «Не верьте, мэм! Все не так уж плохо!». И королева верила! Она узнала, как плохи дела на самом деле, спустя несколько лет…

На самом деле, было плохо и становилось хуже. Разоренные ирландцы поняли, что их проблемы всем безразличны и стали все чаще садиться на корабли. Они плыли в Америку. В чужой мир.

Брижит Мерфи купила билет на «Вашингтона Ирвинга». О подобных кораблях говорили нехорошие вещи – дескать, из-за скученности людей и плохого питания далеко не все доплывают до конечной точки (и это было правдой). Но ей было некуда деваться. Часть ее семьи уже отправилась к праотцам, а старший брат уехал искать счастья во Францию. Поэтому она могла просто молиться, чтобы у нее получилось на новом месте.

А по дороге, на корабле, она встретила Патрика.

Это была любовь с первого взгляда. Патрик – такой же ирландец из Дунганстауна, потерял родителей еще в подростковом возрасте. Ферму родителей теперь держал старший брат, а Патрику надо было три раза в неделю отвозить ячмень в Нью-Росс. Отправиться в Америку его вынудил все тот же голод.

— Я немного скоплю денег, и мы поженимся, — пообещал Патрик.

Когда они с Брижит доплыли до Нью-Йорка, то решили, что оставаться в этом городе не будут – там и без них полно мигрантов. Они добрались до Бостона, но выяснилось, что и там ирландцев пруд пруди. «Если ты видишь человек на улице, не спрашивай, кто он, — шутили в то время. — Это точно ирландец!»

Патрик снял комнату за 1 доллар в неделю, и сразу устроился работать бондарем. Попутно помогал мебельному мастеру, а еще мастерил деревянные игрушки. Брижит не могла нарадоваться на этого человека – он был послан ей самой судьбой! С таким было легко идти по жизни, рука об руку. 26 сентября 1849 года Патрик женился на Брижит в соборе Святого Креста.

Брижит тоже работала – прачкой, кухаркой, горничной, экономкой. Даже будучи на сносях, подметала в чужих домах. Сначала она родила дочь, названную Мэри. Потом Джоанну… Вскоре пришел черед дочери Маргарет, а маленькому Джону порадовались, но потом его же и оплакали.

14 января 1858 года на свет появился Патрик Джозеф. Радостный отец успел написать родне в Ирландию, что у него появился еще один сын… но увидеть взросление этого мальчика Патрику было не суждено. Он угас от хо л е ры и несчастная Брижит не знала, что ей делать дальше…

Она экономила на себе, чтобы у детей была еда. Работала еще больше, выбивалась из сил. Устроилась горничной в отель – там платили больше. И всегда откладывала. Хотя бы доллар. Хоть что-то. Главное, чтобы было, что отложить!

Злые языки не верили, что она добилась всего честным трудом. Брижит была симпатичной молодой женщиной, а владелец отеля – импозантным вдовцом. Однако никто не мог доказать, будто бы вдова с детьми оступилась. Священник в церкви всегда вежливо здоровался с ней, дети выглядели прекрасно – скромно одетые, но всегда опрятные, очень хорошо воспитанные.

Спустя шесть лет после кончины мужа Брижит Кеннеди открыла лавку. С той поры она больше не знала, что такое голод и нужда. Она встала на ноги. У нее все получилось!

Она вырастила детей и помогла им получить образование, как когда-то пообещала самой себе. Ее потомки превратились в респектабельных и влиятельных людей. Среди них даже один американский президент – Джон Фицджеральд Кеннеди. Человек и аэропорт, собравшийся сокрушить Федеральную Резервную систему, за что и получил Техас 1963 года.

Брижит Мерфи Кеннеди покинула этот мир 20 декабря 1888 года. Это случилось в ее собственном нарядном доме в Бостоне, где она регулярно принимала гостей, родственников и знаменитых людей города. Ее считали столпом местного общества и у нее была важная привилегия: когда Брижит входила в местную церковь, в знак уважения все вставали, а женщины целовали ей руку, словно она – святой отец.

Оцените статью
Она экономила на себе, чтобы у детей была еда
Ей было 19, когда её взяли в плен: через 22 года она надела корону