Удивительно, как неприметно начиналась её жизнь – и как высоко она в итоге взлетела. Но в 1740-х годах именно эта девушка стала самой желанной женщиной Лондона, а её имя произносили с придыханием и лорды, и простой люд. Как нищая сирота, торговавшая цветами на улицах Бата, превратилась в живую легенду английского высшего света? Давайте разбираться.
Сирота с улиц Бата
О раннем детстве Фанни Мюррей известно немного, и даже дата её рождения – примерно 1729 год – установлена скорее по косвенным свидетельствам, чем по документам. Отец, музыкант по фамилии Рубман, водил дружбу с известным денди Нэшем – видимо, семья не бедствовала. Но когда Фанни было 12, отец умер, а мать к тому моменту уже давно покинула этот мир. Девочка осталась совершенно одна, без гроша в кармане, и единственным способом выжить оказалась торговля цветами на улицах Бата.
Именно тогда она впервые увидела, как богатые пожилые джентльмены окружают себя красивыми спутницами, и, видимо, сделала для себя определённые выводы. Хорошенькая цветочница быстро привлекла внимание Джона Спенсера – 34-летнего повесы и внука знаменитого полководца, герцога Мальборо. Спенсер, впрочем, спасителем не был: он очаровал её обещаниями, добился своего и скрылся, оставив девушку в пренеприятном положении, из которого выбраться было почти невозможно.
Спасение пришло с неожиданной стороны – от того самого Нэша, старого приятеля её отца. Ему было уже за 60, но он приютил Фанни и, судя по всему, обеспечил ей вполне комфортную жизнь, взамен получив то, что тогда считалось вполне обычной сделкой.
Из содержанок – в легенду
К 1743 году Фанни перебралась в Лондон и заняла место так называемой dress lodger – содержанки, чьё содержание оплачивал состоятельный покровитель, чтобы девушка могла обзавестись нарядами, украшениями и косметикой, без которых было немыслимо принимать влиятельных мужчин. Первым таким покровителем, судя по всему, оставался Нэш, но к концу 1740-х Фанни перешла под крыло Джека Харриса – известнейшего лондонского сводника, чьё имя связывают с легендарным справочником столичных куртизанок.
Именно с помощью Харриса слава о её красоте разлетелась по всему городу. К концу десятилетия Мюррей была не просто популярна – она была настоящим явлением. Один современник записал в дневнике, что не быть знакомым с Фанни считалось пороком, а не выпить за её здоровье – преступлением. Говорили даже, что желающих её общества было так много, что она наняла девушку-двойника и сняла вторую комнату, чтобы принимать вдвое больше гостей одновременно.
Фанни стала законодательницей мод – лондонские дамы копировали малейшие изменения в её нарядах, а их мужья тем временем тайком заказывали себе её миниатюрные портреты и прятали их в карманных часах, чтобы иметь возможность любоваться ею в любой момент.
Закат ее славы
В начале 1750-х Фанни вышла замуж за сэра Ричарда Аткинса – промотавшего половину состояния на содержанок ещё до того, как жениться на одной из них. Брак вышел бурным, и сохранился анекдот, прекрасно характеризующий нрав Фанни: когда муж однажды выдал ей жалкие двадцать фунтов на расходы, она, оскорблённая до глубины души, выхватила купюру у него из рук со словами «к чёрту ваши двадцать фунтов, что они вообще значат», после чего демонстративно положила банкноту между двумя кусками хлеба и съела её на глазах у мужа.
Аткинс умер в 1756 году, оставив Фанни не наследство, а долги. Ей было 27, красота ее уже начинала увядать (по мнению широкой публики), и все прежние поклонники, разумеется, растворились без следа. Женщину едва не отправили в долговую тюрьму. И тут выяснилось, что жениться собирается сын того самого Джона Спенсера – её первого обидчика. Фанни написала ему отчаянное письмо, рассказав, как когда-то с ней обошёлся его отец, и молодой Спенсер оказался человеком на удивление благородным: он назначил ей содержание в двести фунтов в год и, что важнее, познакомил с актёром и театральным антрепренёром Дэвидом Россом.
Пара влюбилась почти сразу и обвенчалась в течение года – к всеобщему изумлению лондонского общества. Фанни оставила прежнюю профессию и, судя по всему, действительно осталась верна мужу до конца жизни. Сам Росс говорил о ней так: какими бы ни были её прежние прегрешения, в качестве жены она вела себя с исключительным благоразумием и сдержанностью.
Финал жизненного пути
В 1763 году Фанни неожиданно оказалась в центре политического скандала – журналист и парламентарий Джон Уилкс упомянул её в своей непристойной пародии «Эссе о женщине», за что был обвинён в непристойности и подвергся уголовному преследованию. Саму Фанни, впрочем, никто ни в чём не обвинил – к тому времени она давно вела тихую семейную жизнь, лишь изредка вспоминая бурную молодость.
Фанни Мюррей умерла в Лондоне в 1778 году, немного не дожив до 50 лет. А по-настоящему бессмертной её сделала не собственная биография, а ее литературная тёзка – Фанни Хилл из «Мемуаров женщины для утех», чьё имя до сих пор ассоциируется с самой знаменитой куртизанкой георгианской эпохи.
